У российских силовиков есть данные обо всех нас: глава ветеранской организации крымских татар Халилов

Публікації
Асіф АлієвQHA
28 Травня 2021, 17:30
Асіф АлієвQHA
28 Травня 2021, 17:30

В августе 2020 года в Киеве крымские татары, ветераны войны на Донбассе презентовали общественную организацию «Военно-патриотическое объединение крымскотатарских участников боевых действий Qırım Ğazi». Главой организации стал участник боевых действий, доброволец, а затем и военнослужащий 59-й бригады ВСУ Рустем Халилов.

Спустя год после создания ветеранского объединения крымских татар участники «Qırım Ğazi» провели собрание в одном из пансионатов на берегу Черного моря в Коблево. Журналисты агентства «Крымские новости» побывали на встрече ветеранов и расспросили Рустема Халилова об участии крымских татар в российско-украинской войне, о том, как складывается жизнь после возвращения с фронта и ветеранском бизнесе.

Позывной «Док»

___________________________________

Рустем бей, расскажите, пожалуйста, когда и как вы попали на Донбасс?

Я выехал из Крыма 18 марта 2014 года. Переехав на материковую Украину, занимался волонтерством, помогал армии. Участвовал в блокаде Крыма в надежде на то, что будет создан крымскотатарский батальон. Затем подписал контракт с ВСУ. Был под Мариуполем, в Станице Луганской, Счастье. Уволился из рядов вооруженных сил в 2020 году.

Кем вы были на фронте?

У меня несколько образований, одно из них медицинское. На службе я был военным врачом. У меня позывной был «Док».

В каких боевых подразделениях вы служили?

Я скажу только о контрактной службе. Это доблестная 59-я бригада (59-я отдельная мотопехотная бригада имени Якова Гандзюка, — прим. ред.), расквартированная в городе Гайсин Винницкой области.

Могли бы вы поделиться с нами о самом тяжелом для вас моменте на войне?

Если честно, то не люблю об этом говорить, правда. Я вам скажу в двух словах: война — это грязь, кровь, страх. Попадаешь куда-нибудь и начинаешь молиться всем богам, ничего хорошего в этом нет. Да, есть у меня побратимы. Иногда мы вспоминаем те дни, но я не люблю об этом говорить. Я делал свою работу, служил, не пил. Я был доктором, помогал второму взводу разведки бригады, что мог, то и делал.

21 мая Верховная Рада Украины приняла в первом чтении закон о военном капелланстве, который закрепят статус капелланов как военнослужащих. Расскажите, пожалуйста, о том, насколько помогали крымскотатарским бойцам мусульманские капелланы?

Их поддержка — одна из самых основных на фронте. На фоне всех трудностей войны она грела душу. У меня была книжечка-молитвенник, подаренная капелланами, к ней я относился очень трепетно. Даже более ответственно, чем к другим документам. Когда приезжает священник, ты можешь с ним отдельно поговорить, довериться, это как с доктором. Нужно отдать должное Мурату (Мурат Путилин — председатель Военного капелланства мусульман Украины, — прим. ред.), он всегда мог дать хороший мудрый совет. Это дает такой заряд, который сохраняется 3-4 месяца, когда капелланы вновь приходили на фронт.

Батальон «Крым» — надежда на отдельное подразделение

___________________________________

Сколько, по вашим данным, крымских татар принимало участие в российско-украинской войне?

У нас, у крымских татар, скажем так, «не перерезана пуповина с Крымом». Многие не говорят о себе, не рассказывают. По моей информации, порядка 150 человек участвовали в боевых действиях. Доступа у меня к официальной статистике нет. Мы узнаем и находим друг друга через соцсети, знакомых.

В каких подразделениях ВСУ, добровольческих батальонах преимущественно воевали крымские татары?

Практически везде, во всех бригадах, в 24-й, 80-й, в «Днепре», служили и служат в морской пехоте, десантуре, спецназе. Были и в «Правом секторе», «Айдаре». Крымские татары создали свой батальон «Крым», как известно, его командиром был Иса Акаев. Кстати, была большая надежда в 2015 году, что у нас будет отдельное подразделение, но, к сожалению, этого не случилось.

Если у вас данные о количестве погибших на фронте крымских татар?

По нашей информации, это четыре или пять человек.

Вы упомянули о батальоне «Крым». Скажите, почему не удалось его создать? Насколько я помню, в ВСУ утверждали, что в армии не создаются батальоны по национальному признаку.

Дело не в том, что не создаются по национальному признаку.  Это более глубокий вопрос. Если в двух словах, то знаете, есть страна Украина и государство Украина. Страна — это все люди, которые тут живут, а государство — это политики, чиновники. Для многих из них создание такого отдельного военного подразделения — это нежелательное усиление крымских татар, как бы горько это не звучало. Это последствия совка в Украине. К сожалению, многие политики еще живут этой совковой парадигмой.

Нужно отдать должное всем бойцам и командиру батальона Акаеву. Они не стали серой массой, принимают активное участие в общественной жизни. Они думают о возвращении в Крым, занимаются вопросами переселенцев. Мы вместе работаем в рядах «Qırım Ğazi».

В прошлом году вы рассказывали, что у добровольцев из батальона «Крым» нет удостоверений участников боевых действий. Сейчас эта проблема разрешена?

Нет, у многих эта проблема не решена, но мы работаем над этим. Там существуют моменты, о которых не хочется говорить. Ведь даже получив статус участника боевых действий, не всегда удается рассчитывать на разного рода социальные льготы.

К примеру, чтобы встать на очередь для получения компенсаций за жилье, предусмотренного постановлением правительства №280 от 18 апреля 2018 года («Вопрос обеспечения жильем внутренне перемещенных лиц, которые защищали независимость, суверенитет и территориальную целостность Украины», — прим. ред.), необходима справка о непосредственном участии в АТО или ООС. Ее дает строевая часть того подразделения, где служил или служит боец. А если это был добровольческий батальон? Какая строевая у них? То есть обладатель статуса, получив удостоверение, может только в транспорте проехать бесплатно, а многие льготы он не получает, не может встать на учет в различных органах.

Все эти моменты мы обсуждаем с Министерством ветеранов. Ведь спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Для этого и создавалась наша организация «Военно-патриотическое объединение крымскотатарских участников боевых действий «Qırım Ğazi».

Жизнь после фронта

___________________________________

Рустем, бей, расскажите, пожалуйста, чем вы занялись после возвращения с фронта?

После увольнения несколько месяцев ушло на то, чтобы прийти в себя. Очень помогло открытие нашей общественной организации. Изначально, когда планировали ее создавать, я должен был заниматься только вопросами медицины, реабилитации ветеранов, но позже меня избрали главой организации.

Я начал заниматься общественной деятельностью, вернулся в бизнес. Сегодня «Qırım Ğazi» занимается обеспечением социальных потребностей военных из числа крымских татар: оформлением статуса участника боевых действий, помощью в поиске жилья, а также психологической реабилитацией.

Если у ветеранов с материковой Украины есть место, куда вернуться, то ветеранам из Крыма возвращаться некуда. Скажите, пожалуйста, много ли в оккупированном Крыму открыто уголовных дел относительно ветеранов, подвергаются ли их семьи преследованиям?

Конечно. У российских силовиков есть данные обо всех нас, а особенно о тех, кто официально служил в армии.

Вы говорили, что основные задачи «Qırım Ğazi» — это обеспечение жильем, работой, лечением участников войны. Насколько удается претворить эти планы в действительность?

Начнем с лечения и реабилитации. Благодаря Министерству ветеранов с нами сотрудничают сейчас два госпиталя, где можно пройти обследование и лечение. Это Киевский городской клинический госпиталь ветеранов войны в Пуще-Водице и Украинский государственный медико-социальный центр ветеранов войны в селе Цибли Киевской области. Несколько наших бойцов прошли там лечение и один лечится на данный момент.

По поводу решения жилищных вопросов, то Меджлис крымскотатарского народа обещал нам — ветеранам войны, в первую очередь предоставить квартиры, которые будут строиться в Киеве, Херсоне, Николаеве по программе турецкого правительства для вынужденных переселенцев из Крыма.

Расскажите, пожалуйста, о вашем пансионате, где прошло заседание общественной организации «Qırım Ğazi».

Я, прежде всего, своим примером хочу показать, как участники войны возвращаются в мирную жизнь. Мы являемся примером развития ветеранского бизнеса. У меня есть товарищ и бизнес-партнер, с которым мы решили взять эту базу отдыха в аренду.

Я пригласил на работу участников войны, в частности, ребят из второго разведвзвода, в котором служил. Специально стараюсь брать на работу АТОшников. Я решил, что дам жилье, работу, помогу развиваться в бизнесе. Пусть, таким образом, смогу помочь 3-4 людям.

Второй момент, который сразу был оговорен с моим бизнес-партнером, — это предоставление 5-6 номеров для бесплатного отдыха ветеранам войны. Хотя и это не предел: будет больше ветеранов, предоставим больше номеров. Пусть приезжают с семьями, отдыхают на берегу моря и приводят себя в порядок.