Пандемия борьбы за власть | QHA media
Аналітика

Пандемия борьбы за власть

11 Червня 2020, 16:00
Закрити
Микола Карпенкодля QHA media

Именно такой диагноз стал актуален для оккупационных правителей Крыма в условиях карантина. Кто стал слабее, а кто, напротив, усилил свое влияние во властных коридорах на улицах Кирова и Маркса в Симферополе? И будет ли это иметь какие-то последствия?

Карантин, который не карантин


Конечно, не стоит злорадствовать – пандемия коронавируса стала неожиданностью не только для российских и крымских властей. Куда более развитые экономики и системы здравоохранения в мире оказались бессильными перед неизвестной угрозой. Другое дело – уровень демократических свобод и доступа к информации, возможности общественности контролировать действия властей. И вот в этом смысле российская действительность, в которой вынужденно пребывает и Крым, разительно отличается от, скажем так, западной.

Кадры смерти Джорджа Флойда, облетевшие весь мир (заметим, кстати, все действующие лица на них были без масок – и это при самом высоком в мире уровне заболеваемости в США), в оккупированном Крыму просто невозможны. Не потому что здесь нет полицейского и спецслужбистского беспредела, а потому что монополия на информацию принадлежит исключительно местной «власти», которая в свою очередь контролируется и отчитывается перед Москвой. В условиях возникновения вирусного очага это обстоятельство играет чуть ли не ключевую роль. И позволяет набрать немалые политические очки. Собственно, как сделал президент Франции Эммануэль Макрон или канцлер Германии Ангела Меркель, да что говорить – мэр Москвы Сергей Собянин.

«Глава» Крыма Сергей Аксенов тоже решил встать в этот почетный ряд борцов с коронавирусом и еще в середине марта возглавил оперативный штаб «республики» для борьбы с надвигающейся опасностью. Сначала были закрыты детсады, школы и вузы, потом предписание сидеть дома получили граждане старше 60-ти лет. Ну а с середины апреля полуостров охватила всеобщая изоляция – вплоть до запрета передвигаться собственными автомобилями (в отличие от Украины, где общественный транспорт был полностью остановлен, в аннексированном Крыму он ходил по сокращенному графику, а для отваживания пенсионеров от поездок «по неотложным делам» были временно отменены льготы на проезд, как и для школьников).

При этом официально как во всей России, так и на захваченном ею украинском полуострове карантин объявлен не был. И это – удивительный факт, но сделано это было по… экономическим соображениям, ведь карантин сам по себе обязывает государство к обязательным социальным выплатам и компенсациям, которых российское правительство хотело избежать во что бы то ни стало на фоне резко упавших тогда же в марте цен на нефть. И вот во всей этой ситуации Аксенов взялся бодро указывать и решать все вопросы направо и налево. Так называемый «оперативный штаб», куда поначалу была записана чуть ли не половина состава крымского «правительства», достаточно быстро схлопнулся до узкого круга: сам Аксенов, «председатель совмина» Юрий Гоцанюк, «вице-премьер» и «министр соцполитики» Елена Романовская, «главный санитарный врач», она же – «руководитель Роспотребнадзора в Крыму» Наталья Пеньковская и… все. Даже крымского «министра здравоохранения» Игоря Чемоданова очень скоро оттерли от принятия ключевых решений.

Мои мысли, мои скакуны…


Тон всему задавал Сергей Валерьевич. Наиболее яркими были его высказывания и идеи относительно курортного сезона. В конце марта – апреле он оперировал тезисом о том, что туристов летом в Крыму из других регионов не будет, но российское правительство не даст крымским курортам умереть и выделит 5 миллиардов рублей (!) для организации отдыха крымчан в пределах полуострова (то есть якобы бюджетникам раздадут льготные путевки). В чем принципиальное различия от создания скоплений людей в условиях курорта, когда это жители других регионов или же местные – стоит, конечно, узнать у самого Аксенова. Однако такие его заявления не могли не повергнуть в уныние всю курортную сферу региона – перспектива рисовалась печальная.

Тем более если учесть, что в оккупированном Севастополе уже после майских праздников «и. о. губернатора» Михаил Развожаев заявил о том, что город начнет курортный сезон с 15 июня. Более того, кроме течения пандемии приближаться стал и заветный для высшей российской власти день наконец-то назначенного «всероссийского голосования» по поправкам в конституцию РФ, продлевающим правление Владимира Путина практически пожизненно. Такой пессимизм перед таким важным политическим событием – совершенно неверен и даже вреден. Вот потому-то под бравурные заявления о снятии карантина (а точнее – режима самоизоляции) с 8 июня Аксенов сразу же объявил и о снятии ограничений на въезд в Крым с 15 июня для жителей регионов РФ. То есть не будет преувеличением сказать, что поменять свое мнение в зависимости от воли Кремля или обстоятельств для Аксенова – пара пустяков. Однако негатив первыми словами уже был создан. И это запомнилось.

Или, например, известные казусы Аксенова (как, впрочем, и большинства российских губернаторов) с обвинениями медицинских работников в чуть ли не «измене Родине». Что на самом деле было лишь принципиальным требованием людей выплатить положенные им надбавки к зарплате – от 30 до 80 тысяч рублей в месяц, если медработник, в зависимости от своего статуса и квалификации, принимал участие в борьбе с коронавирусом и обслуживал соответствующих пациентов. Риторика Аксенова не жалела эпитетов по разоблачению якобы алчных врачей и медсестер (в Крыму они сосредоточились в Керчи, Евпатории и Алуште), но вызвала обратную акцию – по активизации работы соответствующих профсоюзов и организации сбора подписей медиков с требованиями извинений от Аксенова.

И снова-таки: подобные российские кейсы дошли до Москвы, высшее руководство дало команду губернаторам разобраться в срочном порядке, и деньги дошли до людей. Но, ясное дело, никто из назначенцев Путина извиняться перед «электоратом» не стал – не стал делать этого и Аксенов. Стоит ли говорить, что положенные выплаты люди получили и проблема теперь решена – деньги продолжают начисляться. Но осадочек от такого отношения и обвинений в «провокациях», и, тем более, в каком-то специальном политическом их умысле (а об этом постоянно твердит официальная пропаганда через СМИ) остался, и связан он в Крыму именно со словами и действиями Аксенова.

В инфраструктурном смысле крымчан также ждало разочарование в связи с пандемией коронавируса. Поначалу появилась вполне креативная идея временно перепрофилировать новый корпус Республиканской больницы имени Семашко под прием больных с коронавирусом. Конечно, такое долгожданное и экстренное открытие объекта стало бы немалым информационным поводом и доказательством эффективности крымской «власти». Ведь открытие должно было состояться еще в конце прошлого года. Однако на самой последней стадии отделочных работ выяснилось, что построено огромное здание с… ошибками проектировки. И в него не может быть установлено физически специализированное оборудование и цельные медицинские аппараты. Стало ясно, что необходимы переделки вплоть до дырок в стенах, чтобы это оборудование туда внедрить.

Говорили о полугоде для всех этих работ. Но когда случилась экстренная ситуация, о новом корпусе вспомнили. Но подрядчик строительства – московский бизнесмен Араз Агаларов – отказывается от сдачи объекта, мотивируя это повышением стоимости работ. По сути же, требует, чтобы ему заплатили больше за форс-мажор. И все это на фоне слухов о серьезных системных ошибках при строительстве, которые теперь угрожают уже всему построенному зданию. Ну и понятно – никто никого в нем так и не принял, и стоит впечатляющая белая махина на границе городской черты Симферополя все также одиноко и неприкаянно. Однако активность по ее возможному вводу в действие проявлял снова Аксенов – и снова результат этой активности равен нулю.

А если сюда добавить чисто внешний эффект, что сам Аксенов зачастую заседал на том же «оперативном штабе» без маски, чем прямо нарушал предписания Минздрава РФ, а также его постоянные оглядки на то, «как решит Москва, как скажет Москва», инициативы по внедрению именно московских мер по борьбе с пандемией без понимания их смысла и сути, фактическое попустительство приезду тех же москвичей и других россиян в Крым и нарушению ими изоляции при жесточайших параллельных мерах для крымчан и составлении для местных нарушителей протоколов со штрафами – все больше создавался портрет некомпетентного и несамостоятельного руководителя, оказавшегося в экстремальной ситуации.

Фактически это можно сравнить с такими же противоречивыми заявлениями Аксенова в момент техногенной аварии в Армянске осенью 2018 года и выбросами химических соединений в атмосферу. Уже тогда все основные приемы были опробованы: и раздача поручений кому ни попадя, и обвинения в провокациях, и реальное бессилие по сути самой проблемы, и оглядка на то, что скажут в Москве. Как говорится, все тайное рано или поздно становится явным, и неготовность Аксенова к занимаемой им «должности» приобретает все более обоснованные и уже кричащие черты. И замечать это начали не только в Симферополе, но и в Москве.

Как партия строить и жить помогает


А вот формально второй по политическим полномочиям бенефициар крымской «власти» – «глава госсовета» Владимир Константинов – на фоне бурной деятельности Сергея Аксенова в последние месяцы тоже не сидел, сложа руки. Как мы уже неоднократно отмечали, опытный «спикер» давно усвоил главное правило российской публичной политики – будь как можно тише и незаметнее, и высоки шансы, что ты достигнешь своей цели рано или поздно. Владимир Андреевич уже давно разобрался в сути своего партнера по политическом процессу и не питает к нему никаких иллюзий. Более того, отношения между ними с прошлого года из стадии холодного нейтралитета перешли к вполне однозначному и нескрываемому раздражению, закамуфлированному под внешнюю вежливость по отношению друг к другу.

Собственно, пандемия коронавируса и стала той площадкой, где можно наработать политические очки. И Константинов понимал, что роль первой скрипки Аксенов с присущей ему упорностью никому не отдаст. Другое дело, что выше описано, какие факапы пришлось на этом пути ему пережить, и их последствия сложно считать позитивными для имиджа и политического реноме. Вот потому «спикер» решил просто отойти в сторону: поначалу исправно ходил на «оперативный штаб», а потом перестал это делать демонстративно, и какое-то время кресло просто было пустым. Затем все же на бдения был направлен «первый зам» Константинова Ефим Фикс, который в свою очередь подавал пример спартанского лаконизма в своих репликах, как бы подчеркивая свою отстраненность от вступлений Аксенова и его подчиненных. Позиция была очевидной – это не наше поле для пиара, пусть другие демонстрируют свои способности. Ну и несут за это соответствующие политические потери.

А вот чем господин Константинов занялся, так это… помощью простым людям. Не будем идеализировать картинку, но иначе определить его деятельность в последние месяцы сложно. «Глава госсовета» все чаще вспоминает о своей партийности – он «секретарь крымской организации партии «Единая Россия»», и это помогает ему играть собственно политическую роль и проявлять независимую активность. Так было и в скандале с его подопечными чиновницами в Керчи зимой текущего года, а также при распределении сфер влияния в новом «созыве госсовета» прошлой осенью. Вот и сейчас Константинов сосредоточился на партийной работе. А именно: при «крымском отделении ЕР» создан отдельный волонтерский штаб, где активисты партии и все желающие могут принять участие в соответствующих благотворительных акциях, прежде всего, в разносе продуктовых и прочих наборов людям на изоляции, в первую очередь – одиноким пенсионерам.

Ну что тут скажешь? Чем упрекнешь? Да, пакетики с логотипом «Единой России», но в смысле пиара – акция однозначная, удачная и успешная. Более того, системно внедренная: практически весь «депутатский корпус госсовета» от «Единой России» был отправлен Константиновым в города, районы и села, и раздача помощи, а также сбор жалоб и проблем были налажены повсеместно. К тому же совершенно не мешает Константинов и подобной работе конкурентов правящей в Крыму де-факто партии: соответствующие волонтеры и представители ЛДПР, КПРФ и «Справедливой России» также организовали свои акции. И отсутствие проблеем с их реализацией – тоже воля Константинова, который таким образом превращает условных конкурентов в своих политических сателлитов.

Плюс работа крымского «парламента» была сразу переведена в удаленный режим, удалось избежать и каких-то противоречивых или волюнтаристских заявлений. То есть Константинов с одной стороны не создал вокруг себя негатива и повода говорить о своей некомпетентности, а с другой – значительно нарастил публичную активность, что фиксируется появлениями в СМИ, главные из которых – телеканалы «Первый Крымский» и «Крым24» – после смены руководства весной становятся все более лояльными именно «главе госсовета».

Не будем скрывать: само собой, вся эта активность Константинова направлена не на исключительно бескорыстную помощь крымчанам, а на расширение и укрепление собственных политических позиций в холодном противостоянии с Аксеновым. Причем Константинову не так принципиальна позиция «главы республики», важно, чтобы Аксенов ушел с нее как можно быстрее. А вот при таком развитии событий маневр «спикера парламента» является очень широким: от согласия на «варяга» из Москвы при расширении своих полномочий, как и «госсовета» в целом, до осуществления заветной мечты – окончить политическую карьеру таки реальным руководителем и бенефициаром процессов в Крыму. И  пандемия коронавируса дает именно такой шанс – подвести, в принципе, черту под деятельностью Аксенова как крымского наместника Кремля.

Дивитись ще: