ПО ПОЛОЧКАМ

О важности писем, российской пропаганде и «провале» революционера. Что Олег Сенцов и Александр Кольченко рассказали на своей первой пресс-конференции после освобождения

10 сентября 2019, 19:47
Закрыть
Анастасия ГевкоQHA media

Освобожденные из российского заключения Олег Сенцов и Александр Кольченко сегодня, 10 сентября, дали совместную конференцию, на которой отвечали на накопившиеся у журналистов вопросы. Пресс-конференция проходила в Украинском доме, и для Александра это было первое публичное выступление перед большим количеством СМИ. В то же время Олег рассказал, что он в этом здании находится в третий раз. Впервые он был в Украинском доме в начале 2000-х годов на соревнованиях по киберспорту, во второй раз – на Евромайдан в 2014 году, так как именно здесь находился штаб.

Прежде чем начать отвечать на вопросы Сенцов и Кольченко поблагодарили всех тех, кто их поддерживал и прикладывал усилия для их освобождения, тем, благодаря кому они смогли освободиться намного раньше, чем закончился срок заключения в российской тюрьме и тем, кто смог их спасти. Сенцов, в то же время, напомнил о тех людях, которые остались в плену. Он уточнил, что со своей стороны сделает для их освобождения все, что в его силах.


Об отношении к Геннадию Афанасьеву, признания которого стали основанием для задержаний в Крыму


Олег Сенцов

Коллекционирование обид – это увлечение слабых. Если хочешь быть сильным, нужно уметь прощать. Поэтому у меня нет никаких обид и тем более действий против Афанасьева. У каждого своя судьба, каждый выбирает свое. Желаю всего хорошего, но это не означает, что я обязан с ним общаться.


О ближайших планах на будущее


Александр Кольченко

Я пока что не строил никаких планов. Первые дни хочу немного отдохнуть и адаптироваться. Собираюсь вернуться в Таврический национальный университет, где я учился перед арестом. Я успел закончить два курса на заочной форме обучения и планирую продолжить на той же специальности.

Олег Сенцов

Я собираюсь заниматься двумя самыми важными вещами на этой земле – снимать кино и жить.


Собираются ли возвращаться в Крым, пока он аннексирован


Александр Кольченко

Пока Путин при власти в Крым возвращаться не собираюсь.

Олег Сенцов

Касаемо Крыма, вернусь туда только на танках. Эти слова не нужно воспринимать серьезно, конечно. Просто пока что мы не можем туда вернуться.


О планах заниматься политикой


Олег Сенцов

Для меня самого этот вопрос остается открытым. Я человек не публичный сам по себе, а более закрытый, но так получилось, жизнь так вывела, что я чувствую определенную ответственность перед своим народом и своей страной. Поэтому я буду делать все, что в моих силах для своей страны.

Я очень благодарен политикам за то, что они со мной не связывались по поводу вступления в какую-либо партию за все 5 лет (заключения, — ред.).


О видео, где Кольченко «дает признательные показания» России


Александр Кольченко

Да, это было под пытками, и да, это было под давлением. К тому же, в первые дни я был очень растерян.


О возможности мира с Россией


Олег Сенцов

С приходом новой власти у России есть шанс перезагрузить отношения с Украиной. Президент Зеленский также делает шаги навстречу. Я вижу, что он искренне хочет решить этот конфликт без потери интересов. И это правильно. Я всегда говорил, что сто лет переговоров – лучше, чем один день войны. Но касаемо того, что «Россия хочет мира», то сколько бы волк не рядился в овечью шкуру, зубы у него постоянно на месте, не переживайте. Не верьте в это. Я не верю.


Об освобождении Владимира Цемаха и передачу его России в рамках обмена


Александр Кольченко

Об акции против освобождения Цемаха я узнал вот только что от вас. Эту фамилию я впервые услышал в самолете. Что касается этой фигуры, у меня еще не сформировалась личная позиция.

Олег Сенцов

У меня то же самое, что и у Александра. Причем помощник президента подошел ко мне в самолете и сказал, что я якобы был против этого обмена. Я ответил, что впервые об этом слышу… Потом я почитал новости об этом. Мне трудно эту ситуацию комментировать. Я не люблю комментировать чужие действия. Есть президент — человек, которого Украина наделила такими полномочиями и доверием… сами знаете, процент был высокий. У него есть больше информации, чем у нас с вами. Он принял такое решение, значит, это было необходимо.


О возможности изменения власти в России


Олег Сенцов

После Майдана я видел, что народ может изменить свою страну. Я верил, что народ может сместить власть в случае необходимости, какой бы сильной и железобетонной она не казалась. Попав в российскую тюрьму, понимая, что происходит в этой стране, я думал, что люди попросту не могут так жить, не захотят так жить, это невозможно. Я действительно верил, что возможны изменения, хотя люди, которые живут в России давно, говорят: нет, здесь ничего не происходит. Это — болото. Теперь, когда я пробыл там пять лет, я могу сказать то же самое: к сожалению, это болото. Большей части людей просто все равно, их ничего не волнует. Тех, кто за Путина яро – немного, и тех, кто яро против, тоже немного. Большинству просто все равно.


О том, почему именно они оказались за решеткой из всех крымчан, которые боролись против российских оккупантов


Александр Кольченко

Попадание в эту «компанию» я оцениваю как случайное. На моем месте мог оказаться кто угодно, кто занимался протестной деятельностью против наступления на гражданские свободы. Кроме всего прочего, я пренебрег безопасностью. Свое беспечное поведение я могу объяснить тем, что я себя оценивал как того самого неуловимого Джо. Я просто думал, что не представляю какого-либо серьезного интереса для спецслужб. А оказалось, что все немного иначе.

Олег Сенцов

Совершенно согласен с Сашей. Что касаемо меня, что касаемо Саши, это абсолютная случайность. Никто никого не выбирал специально. Саша знал, что всех арестовывают, поэтому не поехал в эвакуацию, скрылся на несколько дней. Потом решил, что все закончилось, пошел, и его арестовали возле здания ФСБ. Он шел и пил пиво. Скажем так, для профессионального революционера это провал.


О том, как задерживали Сенцова


Олег Сенцов

Что касается взрывов – это фантазии ФСБ, которые взяли показания Чирния и слепили эту всю историю. Я читал показания. Они каждый месяц менялись. Даже каждые 2 недели – становились все сильнее и сильнее. Сначала было просто, что задержали Сенцова. Он что-то делал. А потом с каждой неделей новые показания, глубже. И вот через два или три месяца я стал уже организатором, появилось какое-то оружие, и поехали. Все подводилось задним числом, чтобы как-то утяжелить дело. Когда меня задержали, меня привезли домой. Они же думали, что там лагерь террористов. Что там оружие, литература запрещенная. Открыли дверь — а там дочка моя в пижаме стоит. Зашли, посмотрели. Трехкомнатная квартира, я сижу в наручниках. Они проводили обыск часами, следователь заполнял протокол. Главный подошел, спросил: «Ну, что?» Тот ему ответил, что «ничего». Голову опустили. Я говорю: «Что, пацаны, все – разбег». А они мне – «Нет. Ты с нами. Сейчас все будет». Затем начался второй обыск и «нашли» какие-то диски.


О пытках российских спецслужб


Олег Сенцов

Как человек, прошедший через все это, могу сказать: выдержать пытки на длительном протяжении времени невозможно. То есть на коротком можно, но на длинном – нет. Ты признаешься во всем (что делал, и чего нет, — ред.), вопрос только во времени. То, что происходило со мной я не хочу даже озвучивать… Я когда летел пообщался с Карпюком… я и до этого знал, что там происходит, так как много путешествовал по тюрьмам и общался со многими заключенными. Некоторые ребята прошли реально через ад.


О возможности поддаться российской пропаганде в заключении в РФ


Александр Кольченко

Когда я смотрел там телевидение, мне было и смешно и грустно. Потому что есть люди, которые смотрят телевизор с серьезными лицами и действительно воспринимают все это очень близко к сердцу.

Олег Сенцов

В тюрьме по выходным я часто смотрел Киселева, не пропускал. Поймите меня тоже, развлечений в тюрьме мало. Цирка нет, театра нет. А тут все и сразу. Очень весело. Понятно, верить нельзя ни одному слову. Но кем тут надо быть, чтобы в это верить? А так — смотреть на него конечно весело. Такое извращенное немножко удовольствие.


О предложениях «сотрудничества со следствием»


Александр Кольченко

Мне не предлагали сотрудничать со следствием, но предлагали работу. Оперативники российские спрашивали, как собираюсь жить и чем заниматься. «Может быть, на работу хотите устроиться», сказали. Я ответил, что нужно осмотреться и «узнать какие условия труда, какая зарплата». Он был весь на «нервяках»: «Что?! Какая зарплата?». А я спокойно стоял и мимо него в окно смотрел.

Олег Сенцов

Они очень хорошие психологи и видят, с кем что-то сработает, а с кем – нет. Мне предлагали «облегчить свою участь», получить 7 лет вместо 20 благодаря показаниям на «кого-нибудь в Киеве». Говорили: «Вот есть Кличко. Кого еще знаешь, кто был на Майдане? Давай на любого – нам все равно». Они попробовали и увидели, что нет, с этими не работает. А если дать слабину, то тебя доедят.


О письмах


Александр Кольченко

Какое-то отдельное письмо отделить сложно. Но мне давали силы и письма Олега, и письма моих друзей. Конечно, было очень приятно их получать и чувствовать поддержку.

Олег Сенцов

Для любого заключенного: политически, не политически, казаха, украинца, кого угодно,  — в тюрьме письма это очень важно. Ты можешь не поесть день, может не быть передачи, с тобой могут что-то делать, но все ждут писем. Поэтому пишите. О чем угодно. Это очень поддерживает. Мне писали очень многие люди, и я старался на все отвечать. Я не выбросил ни одного письма, все привез с собой из заключения. Я их не буду перечитывать, но они мне дороги, я их храню. Единственное, мне не нравилось, когда личную переписку выкладывают на всеобщее обозрение. Спасибо за письма, ребята. Всем!