«Уникальность балтийских стран в том, что они перетерпели то же, что и крымскотатарский народ». Новоизбранный руководитель Центра исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы Адас Якубаускас | QHA media
Портрет

«Уникальность балтийских стран в том, что они перетерпели то же, что и крымскотатарский народ». Новоизбранный руководитель Центра исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы Адас Якубаускас

26 Червня 2020, 18:00
Закрити
Асіф АлієвQHA

Имя Адаса Якубаускаса давно известно в Литве. Он – преподаватель Университета Миколаса Ромериса, доктор социальных наук, глава Союза татарских общин Литвы и заместитель генерального секретаря Всемирного конгресса крымских татар, ведет активную научную и общественную деятельность. Якубаускас — автор многих исследований об истории татар Литвы. Он стал одним из первых инициаторов публичного обсуждения темы депортации крымских татар в СССР.

25 июня Сейм Литвы выбрал Якубаускаса новым главой Центра исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы.  Агентство «Крымские новости» стало первым украинским СМИ, которое взяло эксклюзивное интервью у новоизбранного литовского чиновника.

«Свой первый визит я хотел бы совершить в Киев»


Адас-ага,  вы стали руководителем Центра исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы. Расскажите, пожалуйста, про Центр и что вы хотели бы поменять в его работе?

Вы знаете, Центр уже работает 30 лет. Он делает очень существенную работу, и, в принципе, конечный пользователь услуг Центра — это литовская общественность. Центр формирует литовскую политику по теме немецкой и советской оккупации, послевоенного сопротивления Литвы, депортации литовцев и всему похожему кругу вопросов. Поэтому эта институция очень важна в Литве. Центр  –  один из главных органов, который работает над изучением преступлений оккупационных режимов, неважно – это фашистский оккупационный режим или два советских оккупационных периода. Целью и задачей Центра также является исследование событий, связанных с 13 января 1991 года, когда Литва уже была независимым государством, а СССР применил агрессию против нее. Тогда погибли 13 защитников парламента и многие получили увечья.

То есть круг исследований Центра велик, и ответственность, которая ложится на него, тоже очень велика. Стоит сказать, что подобные центры существуют в тех странах, которые имели подобную судьбу, как Литва. Такой же Центр есть в Латвии, есть также Центр национальной памяти в Польше, Музей геноцида в Эстонии, Институт национальной памяти в Украине. Знаете, я хотел бы первый свой визит в качестве главы Центра совершить в Киев. Дело в том, что Украина идет теми же стопами, что и Литва 30 лет назад. Украинская сторона и мы могли бы обменяться советами и опытом. Я надеюсь, что между подобными центрами Литвы, Украины, Польши, Эстонии, Латвии, Венгрии и других стран, которые претерпели тоталитарный режим, будет очень тесное общение, потому что сохранение исторической памяти очень необходимо.  Молодое поколение уже не знает, что было 30 лет назад. А что говорить о том, что было 70-75 лет назад!

Вы упомянули о том, что молодое поколение может забыть ключевые события в истории своего народа. Скажите, пожалуйста, есть ли в Литве факты пересмотра, ревизии еще недавнего исторического прошлого?

Я не сторонник того, чтоб из истории делать политику. История должна опираться на факты. Если факты подтверждаются, тогда эти сведения достоверны, и их можно транслировать в общество, но пользоваться конъюнктурным случаем в данный момент, подпадать под влияние какой-то политической силы — это недопустимо. В таком случае пропадает смысл таких исследований. Подтасовывать исторические факты нельзя. Факты должны говорить правду. Я исхожу только из такого соображения.

То есть таких попыток в Литве не наблюдается?

Нет.

Сотрудничество с КГБ или измышления


В интервью литовским СМИ вы говорили, что хотели бы расширить узнаваемость Центра и углубить сотрудничество с родственными институциями в Украине, Латвии, Эстонии, Польше. В каких, по-вашему мнению, сферах может проходить это сотрудничество?

Наш Центр должен заговорить по-английски. Центр должен стать узнаваемым для мировой общественности. Коммуникация на английском языке пока не настолько развита, как хотелось бы. Я из академической среды, я работаю профессором в Университете Миколаса Ромериса. Поэтому я хотел бы инициировать научные конференции, диспуты по спорным вопросам, чтобы собирались именитые историки, имеющие противоположные точки зрения, слушались доклады, были обсуждения, и можно было бы прийти к какому-то консенсусу. Дело в том, что очень много вопросов, которые не могут трактоваться однозначно: белое или черное, плюс или минус. Это был очень сложный период, и очень важно прийти к таким выводам, которые были бы основаны, еще раз повторюсь, на документах, хранящихся в архивах Литвы, других стран, письменных свидетельствах событий. Все эти документы должны на сто процентов быть достоверными.

 Я хотел бы спросить у вас, как вы относитесь к тому, что в списке информаторов литовского КГБ оказывались фамилии знаменитых людей. Если человек как-то и сотрудничал с КГБ, но имеет заслуги перед обществом, то как будет в таком случае поступать Адас Якубаускас в качестве главы Центра?

Адас Якубаускас будет поступать согласно букве закона. У нас 20 лет назад принят закон о Центре геноцида и резистенции (сопротивления) Литовской Республики. Но я тут хочу отметить, что если и имеется информация о сотрудничестве с КГБ, неважно кого, то такая информация, по моему глубокому убеждению, должна даваться не после смерти уважаемых людей, а когда эти люди живы. Чтобы они могли ответить: сотрудничали ли они в действительности с КГБ или это измышления. А то получается какое-то очернение памяти человека. Всем известно, что в те времена человек искусства, науки, любой другой, который хотя бы был в Польше, я уже не говорю про так называемые «капиталистические страны», должен был после возвращения писать отчет о поездке. Но разве можно ставить в один ряд таких людей с теми, кто тайно или явно сотрудничал с КГБ, которые писали доносы? Их сопоставлять нельзя. Это совершенно разные категории. Мы должны смотреть на это совершенно спокойно, такова была система, и мы про это знаем. Иначе стоит относиться к тем, которые циклично писали отчеты, доносы, следили за соседями, родственниками, имели псевдонимы. На них заведены большие, толстые тома в архиве КГБ.

Депортация литовцев и крымских татар


Адас-ага, 14 июня 1941 года – День депортации литовского народа, поэтому тема судьбы крымских татар для литовцев близка и понятна. Расскажите, пожалуйста, об этой трагической депортации для литовцев?

14 июня 1941 года в Литве произошла первая сталинская депортация. Депортация лучших, повторюсь, лучших представителей литовского народа. Тогда массовому выселению из своей страны подверглись примерно 27 тысяч человек. Это были ученые, бывшие политики, представители духовенства, крупные предприниматели, люди, которые имели угодья в селе, их называли коммунисты «кулаками», то есть цвет литовской нации. Я разговаривал с некоторыми людьми, которые были депортированы, с их потомками. Они рассказывали, что когда двигались эшелоны поезда с депортированными и когда 22 июня разразилась война, многие думали, что война их догонит, и они не попадут в депортацию. Даже такие мысли у людей были. Очень многие из депортированных, к сожалению, погибли, поскольку попали в совершено не приспособленные для человеческой жизни места и условия проживания.

Я хотел бы еще коснуться и другой темы, которая не всегда упоминается. Как известно, Вильнюс был под польской оккупацией, и когда 17 сентября 1939 года СССР напал на Польшу, город и Вильнюсский округ попал под власть советов. Коммунисты орудовали там как оккупанты и не считались с местным населением. С 19 сентября по 27 октября 1939 года  там полностью хозяйничали оккупационные, большевистские своры, которые уже начали убивать людей, вывозить их имущество. Некоторые люди были даже депортированы, хотя на тот момент они были гражданами совершенно другой страны (Польши – прим. ред.). То есть за один месяц Советы уже успели наворотить много бед, проблем, вывозились произведения искусства из Вильнюса, какие-то станки с фабрик. Этот период времени вышел из поля зрения нашего Центра.

Литва – вторая после Латвии страна, которая признала депортацию крымских татар. Как, по-вашему, можно ли ожидать такого шага и от третьей балтийской страны – Эстонии?

Я думаю, что да. Эстонцы пойдут на этот шаг. Если будет надо, я, как частное лицо, как представитель татарской общины в Литве, как представитель Всемирного конгресса крымских татар, заместитель генерального секретаря Конгресса мог бы тоже принять активное участие в этом. Уникальность трех балтийских стран в том, что они перетерпели то же, что и крымскотатарский народ, только не в полном объеме. Если крымскотатарский народ был весь депортирован, то в Литве, Латвии и Эстонии депортации подверглась часть населения. Поэтому нам очень легко рассказывать о страданиях крымских татар литовскому, латышскому и эстонскому обществу, поскольку эти народы сами это пережили. Это живо в памяти общества. 

«Крым — наша историческая Родина»


Адас-ага, история литовских татар берет свое начало с XIVXV веков. Как менялась жизнь крымских татар в Литве за последние столетия?

Первые татары появились в Великом княжестве Литовском в 1319-1320 годах. Это описано в хронике польского историка Стрыйковского. Он сообщает, что были татарские воины, которые пришли в помощь как союзники к литовскому князю Гедимину. Позже они растворились и влились в местные этносы. Мы считаем себя потомками тех татар, которые пришли в Литву в 1397 году. Я хочу отметить, что те татары, которые пришли сюда, были сторонниками свергнутого Тамерланом хана Тохтамыша. Они — первые татары –  пришли с территории Золотой Орды. Вы знаете, что территория Золотой Орды была тогда самым большим государством в мире с территорией около 6 млн кв. км.

Затем в Литве начали селиться, собственно, крымские татары. Вначале из Крымского улуса, а потом уже из Крымского ханства. Это было в XV-XVI столетиях. Помимо того имеются сведения, что частично и в начале XVII века в Литву прибывали крымские татары. В Литве эти татарские сообщности сплавились, и отсюда появился этноним «литовские татары».

А скажите, пожалуйста, почему литовские татары утратили свой родной язык?

На эту тему было много спекуляций, всяких домыслов, которые заключались в том, что сюда якобы пришли одни мужчины-татары, которые брали в жены литовок, и уже их дети воспитывались в литовской языковой среде. Однако ничего подобного быть не могло, потому что в те времена воинские соединения, войска двигались со всем своим скарбом, женами, детьми, скотом, утварью, слугами и т.д. Поэтому когда говорят, что татары брали тут христианок в жены, эта теория не терпит никакой критики.

Мы потеряли родной язык потому, что первые татары пришли с разных мест великой империи, и они между собой не могли говорить. Им было проще перейти на местный язык, что они и сделали.  С единственным отличием – они писали арабскими буквами. Вот и все пояснение. Мы себя именуем литовскими татарами, но Крым мы чтим как свою историческую Родину. Мы являемся кровно связанными с крымскими татарами, и, в принципе, составляем один и тот же народ. Об этом писал даже Исмаил Гаспринский (выдающийся просветитель крымскотатарского народа – прим. ред.) в свое время, в начале XX века.

Если не ошибаюсь, основатель крымского ханства Гирей I тоже родился на территории Великого княжества Литовского

Если точно, то Хаджи Гирей, как достоверно установлено, родился в Тракайском замке. Тракай — это древняя столица Великого княжества Литовского. Об этом говорится в литовских анналах. Там упоминается, что жена хана разрешилась от бремени, и эта запись датируется 1397 годом. И, по всей видимости, он долгое время обитал в Тракае и какое-то время жил в Лидском замке. Вы знаете, что Хаджи Гирей два раза пробовал стать крымским ханом, и его попытки увенчались успехом в 1441 году. Мы, когда говорим, что родоначальник рода Гиреев родился в Литве, – это совершенная правда. Поэтому мы причисляем себя к крымскотатарскому народу, на защиту которого я работаю сознательно уже более 30 лет.

В одном из интервью вы говорили, что Литва, наверное, – единственное место в мире, где более 600 лет мирно сосуществуют христиане и мусульмане. Такое толерантное отношение — это часть литовской ментальности?

Скорее всего, да. Правда, был один эпизод в начале XVII века, когда под горячую руку реакционных католических священников попали в первую очередь протестанты, евреи и мусульмане. Тогда в 1609 году была сожжена Тракайская мечеть. Но это, повторюсь, единственный случай за 600-летнюю историю татар в Литве. Все остальное время татары и литовцы мирно уживались. По моему глубокому убеждению, пример Литвы очень важен как образец межрелигиозной толерантности в Европе и, думаю, и во всем мире.

А сколько составляет численность татар в Литве?

В Литве проживает на данный момент более трех тысяч татар – примерно 3100-3200 человек. Очень трудно назвать точную цифру, для этого надо провести перепись.

«Джон Маккейн сказал: «Мы никогда не признаем оккупацию Крыма»


26 июня в Украине и в местах проживания крымских татар отмечается День национального флага крымских татар. Будут ли такие мероприятия в Литве?

Акции у нас проводятся ежегодно, и по традиции возле украинского посольства поднимается крымскотатарский флаг. У нас появилась идея подсветить бирюзовом цветом Национальную библиотеку Литвы. Мы как раз с украинским послом господином Владимиром Яценковским обсуждали этот вопрос и обратились к властям города Вильнюса по этому поводу. Вы знаете, посольство Украины в Литве первым начало 18 мая вывешивать рядом с украинским флагом крымскотатарский флаг. Потом эту традицию распространили другие посольства Украины в разных странах мира. Однако начало этому положило украинское посольство в Вильнюсе.

И в День крымскотатарского флага посольство Украины вывешивает два флага. Традиционно на такую акцию приходят представители власти, европарламентарии, члены крымскотатарской, украинской общины, проживающей в Литве. В этом году мы также проводим акцию у дипломатического корпуса в 11:30. Я хотел бы напомнить, что спустя год после оккупации Крыма в литовском парламенте мы организовали международную конференцию по защите прав крымских татар. Мы хотели подытожить год оккупации, собрались очень именитые представители политической сцены Литвы и Европы. На конференции выступил американский сенатор Джон Маккейн. Лейтмотивом его выступления были слова: «Мистер Путин, мы никогда не признаем оккупацию Крыма». Потом пару лет спустя Джон Маккейн приезжал в Вильнюс. Это было за год до его смерти. Меня пригласили на встречу с ним в парламент, и я с собой взял крымскотатарский флаг. Я его развернул, и когда Джон Маккейн проходил мимо приветствующих его людей в Сейме и увидел крымскотатарский флаг, он приложил руку к сердцу и поклонился ему. Я увидел самое большое уважение одного из самых ведущих политиков мира.

Я хотел бы вспомнить и событие 30-летней давности. 19 мая 1989 года я в Нагорном парке города Вильнюса организовал митинг в защиту прав крымскотатарского народа. Тогда из Узбекистана приехала очень большая группа крымских татар во главе с Решатом Джемилевым. Там были люди, ставшие ветеранами крымскотатарского национального движения, такие как Снавер Кадыров, Шевкет Гейбуллаев, Сабрие Сеутова, Сервер Керимов и другие. Это был первый митинг на территории СССР, организованный, собственно, не крымскими татарами. Для меня была большая честь, что мы в Литве подняли вопрос крымскотатарского народа и потом собрали 13 тысяч подписей. Я эти подписи носил в Москву на пленум ЦК КПСС, а вскоре – и на Съезд народных депутатов СССР.

Мы с Мустафой Джемилевым обошли всех литовских представителей, всех депутатов, оставили всем документы. Именно тогда литовские депутаты, профессор Витаутас Ландсбергис и другие, с той высокой трибуны подняли вопрос крымских татар. Я помню, тогда к ним присоединился калмыцкий поэт Давид Кугультинов, межрегиональная депутатская группа Юрия Афанасьева (демократическая фракция на Съездах народных депутатов СССР – прим. ред.). Я очень горжусь, что был причастен к этому.

Адас-ага, вы преподаете в Университете Миколаса Ромериса, являетесь заместителем генерального секретаря Всемирного конгресса крымских татар, в 1990-ых у вас вышел первый сборник стихов. Расскажите, пожалуйста, о себе, где вы родились, про вашу профессиональную и общественную деятельность.

Я родился в маленьком местечке Бутримонис Алитусского района. Это местечко основали татары во времена князя Витовта Великого, потом в течение многих столетий преобладающим здесь стало еврейское население, которое во время Второй мировой войны было полностью истреблено. Из тысячи человек, которые проживали в местечке, в живых остались только четверо. В этом местечке я закончил восемь классов школы. Затем наша семья переселилась в город Алитус. Там я окончил технический техникум, после чего поступил в Вильнюсский педагогический институт. Став магистром по славистике, я некоторое время спустя поступил в Университет Адама Мицкевича в Познани для соискания докторской степени. Я написал диссертацию, правда, на польском языке и защитил ее успешно. Затем по возвращению в Литву я работал в канцелярии Сейма Литовской Республики, был общественным советником премьер-министра по национальным меньшинствам и с 2010 года я работаю в Университете Миколаса Ромериса.

А со вчерашнего дня, 25 июня, меня, как вам известно, избрали главойЦентра исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы. В Центре работает около 150 человек, там очень много историков, которые занимаются исследованиями. Это будет очень интересная работа.

Дивитись ще: