КИЇВ (QHA) -

Про судьбу противотанковых ракетных комплексов Javelin, последствия трансформации АТО в операцию Объединенных сил (ООС), а также усиливающуюся напряженность  между НАТО и ЧФ РФ в Черном море в интервью радио «Hayat» рассказал бывший офицер оперативного управления Генштаба ВСУ полковник запаса Олег Жданов.

Радио «Hayat»: 30 апреля США отправили в Украину долгожданные противотанковые ракетные комплексы Javelin, и уже до конца мая 2018 года пройдут испытания этого оружия на украинских полигонах. В связи с этим многих наших граждан интересует ответ на вопрос – будут ли они когда-то применены против армии РФ на Донбассе?

Олег Жданов: Думаю, что да. Если мы говорим про американскую сторону, то нет никаких ограничений. Это исключительно наше решение – военное или политическое, тут не важно. И если мы примем решение поставить Javelin на первую линию и применить в случае использования противником тяжелой боевой техники на Донбассе, что Минскими договоренностями категорически запрещено, то нас никто в этом не ограничивает. Потому что мы абсолютно официально получили это вооружение от США, причем оно досталось нам бесплатно, и имеем полное право применять его на свое усмотрение.

Но, опять же, все упирается в политику, если Порошенко изменит свой мирный план, то я не сомневаюсь, что Javelin будет применен на первой линии. Приведу пример: осенью 2017 года на линии соприкосновения на протяжении 6-часового боя 4 российских танка атаковали украинские позиции, в результате чего были убиты 8 воинов ВСУ и 22 ранены. Если бы в этом бою у ВСУ было 4 ПТРК Javelin, то бой бы закончился через 10 минут, и мы бы не имели таких огромных потерь. Тем более, что ПТРК не подпадают под действие Минских соглашений.

Радио «Hayat»: Может ли предоставление США для Украины ПТРК Javelin ускорить введение миротворческого контингента ООН на Донбасс?

Олег Жданов: Сложно ответить на этот вопрос, но очевидно, что предоставление противотанковых ракетных комплексов является первым шагом в оказании нашему суверенному государству военно-технической помощи. Поскольку США готовы последовательно поставлять нам оружие для защиты международно-признанных границ Украины и восстановления ее территориальной целостности.

Радио «Hayat»: Смена формата АТО на ООС – в чем разница, и как это отразится на ситуации на Донбассе?

Олег Жданов: Что касается ведения боевых действий в зоне, теперь уже, операции Объединенных сил, то она не меняется. Для солдата в окопе все равно, какое название – АТО или ООС, потому что не меняется политика президента Украины Петра Порошенко. Мы не отвечаем на провокации, не открываем огонь, не возвращаем на линию соприкосновения тяжелые вооружения.

Состав группировки украинских войск, находящейся на линии разграничения, не меняется, поэтому в плане так называемых силовых действий все осталось без изменений. Что касается управления, то все кардинально поменялось. Полномочия не просто передали от Службы безопасности Украины к военным, но и все, что находится в этой зоне, которую расширили до границы областей.

Ответственность за руководство и контроль над военно-гражданской администрацией, Национальной полицией, Нацгвардией, СБУ, Государственной пограничной службой Украины несет объединенный оперативный штаб. На сегодняшний день это единоличная прерогатива президента Украины Петра Порошенко.

Радио «Hayat»: Как вы считаете, какие недостатки и позитивные моменты трансформации АТО в ООС?

Олег Жданов: К недостаткам можно отнести большую закрытость действий ООС: у нас нет контроля над такими ведомствами, как Министерство обороны. Кроме того, на сегодняшний день мы практически ввели все критерии военного положения, фактически не объявив войны.

Причем личный досмотр граждан и транспорта, экспроприация по этим законам разрешаются, в то время как Конституция Украины трактует такие действия как ограничение прав и свобод наших граждан. В этом заключается самый большой недостаток превращения АТО в операцию Объединенных сил.

Несмотря на централизацию системы управления через военных президент Украины Петр Порошенко как верховный главнокомандующий фактически самоустранился или, точнее, дистанцировался от ответственности за происходящее в этой зоне.

Радио «Hayat»: То есть раньше у него была ответственность?

Олег Жданов: Ну, конечно, как верховный главнокомандующий гарант отвечал за проведение Антитеррористической операции, потому что ее проведением руководила СБУ, которая является его прерогативой. Сейчас у нас получается, что за все отвечает начальник Объединенного оперативного штаба. И, если мы говорим, что фактически создаем ставку Верховного главнокомандования, то обратившись к закону «Об обороне Украине» и положению про ставку ВГК, обнаружим, что это практически все те полномочия, которыми наделен Объединенный оперативный штаб.

Ведь если взять Конституцию Украины, то президент Петр Порошенко как верховный главнокомандующий обязан был возглавить этот штаб. Или в случае, если у него чрезвычайная загруженность или он не считает главной задачей восстановление территориальной целостности Украины, то ООС мог бы возглавить начальник Генерального штаба ВС Украины-главнокомандующий ВСУ генерал армии Виктор Муженко.

Однако это должен быть никак не заместитель начальника ГШУ генерал-лейтенант Сергей Наев. Поскольку эта должность не отвечает масштабам задач, которые возложены на ООС. И это наглядно иллюстрирует, например, недавнее инспектирование Министром внутренних дел Арсеном Аваковым в середине апреля на линии соприкосновения подразделений МВД Украины и последующее заявление для Порошенко с инициативой проведения амнистии, принятия ВРУ ЗУ про коллаборантов, и вообще реинтеграции Донбасса.

Если бы ООС руководил хотя бы начальник ГШУ, а тем более, если бы там был президент Украины, то понятное дело, Арсен Аваков не мог бы позволить себе делать подобные политические заявления. Таким образом, важно, чтобы военно-гражданские администрации, Национальная полиция, Нацгвардия, СБУ и  Госпогранслужба Украины осознали необходимость коллективных действий в рамках ООС.

Радио «Hayat»: 1 мая в Черное море вошли корабли военно-морской группы НАТО, вместе с ними в маневрах принимали участие британские истребители. Ровно через две недели экипажи ударных вертолетов морской авиации Балтийского флота РФ провели плановые учебно-тренировочные полеты на Балтике.

Олег Жданов: Действительно, в начале мая в Черное море вошли корабли военно-морской группы НАТО – британский ракетный эсминец HMS Duncan, фрегаты ВМС Испании SPS Victoria, ВМС Турции TCG Gemlik, ВМС Германии FGS Bayern. С ними взаимодействовали британские истребители Typhoon, которые поднялись с базы в Румынии и провели миссию воздушной полиции Альянса над Черным морем.

Страшный сон России, когда натовские войска приблизились к границе РФ, она приблизила сама. Прежде всего своей агрессивной внешней политикой Россия вынудила страны НАТО строить свою коллективную безопасность как можно ближе к границам Российской Федерации, поэтому в Черном море появились военные корабли Альянса. Для НАТО усиление своего присутствия в Черном море и последующая реакция россиян не представляет большой угрозы, поскольку ЧФ является самым слабым из военно-морских флотов России.

Этот флот не имеет даже кораблей с атомными реакторами как силовыми установками, не говоря уже про ядерное вооружение. Поэтому преимущества, конечно же, на стороне кораблей НАТО, а для Украины это плюс, потому что мы партнеры и понимаем, что Альянс в любом случае будет заинтересован нам помочь в защите наших интересов и суверенитета.

Вел интервью Эдуард Солодовник

QHA