КИЕВ (QHA) -

Директор Центра исследований армии, конверсии и разоружения Валентин Бадрак рассказал в интервью QHA о внутренней кухне концерна «Укроборонпром», качестве бронемашин, отправляемых на фронт, и проблемах на Львовском бронетанковом заводе.

QHA: В "Укроборонпроме" говорят, что за 2016 год нарастили экспорт на 25%. В то же время, у Львовского бронетанкового завода (ЛБТЗ) нет денег не только на покупку комплектующих, но даже на зарплаты, рабочих распустили. Феномен, не так ли?   

Валентин Бадрак: Одно другому не противоречит. Государственный оборонный заказ в 2017 году вырастет на 10-20%. Эти деньги государство выделяет на закупку вооружения в армию. А экспорт – традиционная составляющая работы предприятия. Экспорт идет независимо от сокращений рабочих. Есть предприятия, которые получают валютные отчисления от экспорта, используя эти поступления как оборотные средства, в том числе, для государственных оборонных заказов, когда есть гарантии. К сожалению, в Украине практика госгарантий появилась недавно. Вспомните, как завод имени Малышева в Харькове получил под госгарантии проект по производству танков для Вооруженных сил Украины.

QHA: Куда же идет прибыль по контрактам, если у концерна нет денег на зарплату рабочим?

В. Бадрак: Прибыль от экспортных продаж идет предприятиям в составе концерна. Единственное, что спецэкспортеры получают процент - комиссионные. Но этот процент закладывается в цену контракта на покупку военной техники. Главное, что заводы за отгруженную иностранному заказчику технику получают живые деньги. Бывает и так, что предприятие концерна «Укроборонпром» не получил доходов от экспорта, а в государственный оборонный заказ его только включают. По факту, деньги не выделены. Это довольно частая история, ведущая к задержке зарплат и простою производства.

QHA: Как скоро Львовский танковый завод возобновит работу?

В. Бадрак: Трудно сказать. На Львовском заводе вопрос не только в ресурсах. Проблемы есть и с качеством продукции. Не секрет, что украинский оборонно-промышленный комплекс живет за счет лоббирования военных проектов. Тут нет большого секрета. В Америке военно-промышленный комплекс, как огромная в финансовом смысле структура, обладает значительными возможностями лоббирования своих интересов в Конгрессе. Так, конгрессмены от некоторых штатов, в которых расположены объекты военно-промышленного комплекса США, лоббируют выгодные им оборонные проекты.

Украинский оборонный сектор – закрытая сфера. Программа развития вооружения и все гособоронзаказы – секретные. Наш ВПК управляется в ручном режиме.

QHA: Вы говорите о контроле над "оборонкой" людьми президента – Турчиновым и Пашинским?

В. Бадрак: Александра Турчинова нельзя назвать прямо человеком "от Банковой". ВПК контролируют бывшие бизнес-партнеры Петра Порошенко, заинтересованные в развитии отдельных военных мощностей. Проблемы таких предприятий, как Львовский бронетанковый не относятся ни к окружению президента, ни к Сергею Пашинскому. Продукция завода лоббировалась без научно-практического сопровождения и экспертных выводов генеральных конструкторов. В результате получилось, что недоделанную бронемашину «Дозор-Б» рассматривали как готовый автомобиль для фронта. В частном секторе существует несколько боевых бронированных машин, которые успешно заменят «Дозор-Б».

QHA: Назовете альтернативы?

В. Бадрак: Семейство бронеавтомобилей «Козак» - достойные оппоненты «Дозора». Самая новая версия «Козак-2» - первая бронемашина, прошедшая испытание на противоминную устойчивость. У нее повышенная проходимость за счет итальянских двигателей Iveco.

В Украине появилось много разных версий бронемашин. Кременчугский автомобильный завод (КРАЗ, - ред.) производит по лицензии канадской компании Streit Group машину «Спартан». История с неудачным «Дозором» - пример, когда потенциал частных оборонных предприятий не используется.

QHA: Что Вы имеете в виду?

В. Бадрак: Министерство обороны Украины напрямую работает с частными компаниями. Но бизнесмены не получают ресурс для производства и гарантии продажи готовой продукции. Государственные все это имеют. Частники работают по принципу «покажите, что вы можете сделать, а мы решим, покупать или нет». Коммерческие заказы должны идти уже на этапе экспериментальных исследований. Тогда частные заводы заработают

QHA: Как быть с виноватыми за брак и недочеты?

В. Бадрак: Тут еще один важный момент – отсутствие ответственности официальных лиц государства за срыв обещаний и программ. Вопрос налаживания серийного производства «Дозоров» был положен на концерн. Значит, спрашивать надо с «Укроборонпрома».

QHA: Внутри концерна не все гладко, верно?

В. Бадрак: Естественно, внутренних проблем хватает. Раньше средствами распоряжался генеральный конструктор на своем заводе. Он доводил разработку до серийного производства. Когда «Укроборонпром» взял все военные заводы под свою организацию, возникла ситуация, когда назначили генерального директора. Генконструкторы еще сохраняли свои полномочия. В результате ответственность размывается. На мой взгляд, это – одна из причин неудачного выпуска машины «Дозор-Б».

QHA: Непрозрачные тендеры, по-Вашему, второстепенная проблема?

В. Бадрак: Конечно, идеальный тендер – это прозрачный тендер. Проблема украинского лоббизма в том, что, несмотря на технические проблемы и невыполнение обязательств фирмой, товар все равно купят. Например, МВД Украины продвигает в КОРД (Корпус оперативного внезапного действия, спецподразделение Национальной полиции Украины, - ред.) специализированный бронированный автомобиль для перевозки личного состава «ВАРТА». Как и «Дозор», ВАРТА имеет массу технических недочетов. Более того, поставщик авто до конца года так и не выполнил обязательства. Из 40 машин приехало лишь 10. Это результат непрозрачных тендеров и засекреченных оборонных заказов. Кроме этого, руководство КРАЗа заявляло, что советник президента Юрий Бирюков продвигает бронемашины завода «Богдан» бизнес-партнера Петра Порошенко. Проверить эти связи довольно сложно.   

QHA: Получается, что в Украине даже автобусные заводы делают боевые машины?

В. Бадрак: Безусловно, ни одна страна не может позволить себе иметь 20 разных бронемашин только потому, что каждой машине нужен индивидуальный сервис. В Украине должен быть путь к унификации производства боевой техники.  

QHA: Стоило ли вливать в концерн брендовое предприятие «Антонов»?

В. Бадрак:  Не думаю, что «Антонов» нужно было корпоратизировать и ставить в подчинение «Укроборонпрому». Антоновым управляет гендиректор, а должность генконструктора упразднена. Это серьезная ошибка, которая приведет к потере качества. Аналогичная ситуация была с «Дозором-Б», Генштаб ВСУ рассчитывал на другое качество бронемашин. 

QHA: Назовите самое успешное предприятие в украинской оборонке.

В. Бадрак: По динамике производства и разработок самое успешное предприятие – Государственное Киевское конструкторское бюро «Луч», разрабатывающее высокоточные комплексы авиационного и противотанкового вооружения.

Беседовал Тимур Савин

QHA