КИЕВ (QHA) -

На днях сепаратисты обвинили ВСУ в использовании фосфорных боеприпасов при обстреле поселка Знаменка на Луганщине. Однако представитель Министерства обороны Украины категорически опроверг эти обвинения. В СММ ОБСЕ, хотя и были довольно аккуратны в формулировках, также сообщили, что по данному инциденту не могут подтвердить применение запрещенных международными конвенциями боеприпасов.

В минувшую субботу, 25 марта сепаратистское СМИ «Новороссия» распространило заявление представителя так называемой «народной милиции ЛНР» Андрей Марочко, что ВСУ якобы применили фосфорные боеприпасы, обстреляв населенный пункт Знаменка (часть Славяносербского района Луганской области, занятая боевиками). В качестве доказательства он рассказал, что «в н.п Знаменка на улице Жукова при осмотре очередных повреждений в результате обстрела со стороны н.п. Трехизбенка 24 марта представители СЦКК и СММ ОБСЕ зафиксировали остатки фосфорного боеприпаса». Марочко также отметил, что «на момент осмотра был еще светло-белый дым и чувствовался запах фосфора». Других деталей или отличительных признаков повреждений, которые могли бы нанести фосфорные боеприпасы, боевик не привел.

Поскольку в информации сепаратистов указывалось, что «фосфорный» инцидент якобы зафиксировали представители ОБСЕ, то агентство QHA решило найти упоминание о нем в ежедневных отчетах, публикуемых СММ ОБСЕ в Украине. Однако в отчете о событиях, отмониторенных наблюдателями в течение 24 марта, н.п Знаменка упоминался только в контексте вооруженной провокации боевиков против патруля ОБСЕ: когда патруль остановился западнее поселка, чтобы отследить соблюдение режима прекращения огня, наблюдатели услышали выстрелы из стрелкового оружия. Выяснилось, что неподалеку находились трое вооруженных членов так называемой «ЛНР», один из которых выстрелил в воздух из пистолета и крикнул по-русски: «Уезжайте [...] быстрее, миномет работает!» В то же время в отчете отмечается: «Члены патруля не видели и не слышали минометного огня. Из соображений безопасности наблюдатели вернулись к своим автомобилям и покинули это место».

Никаких упоминаний о каких-либо других инцидентах в Знаменке  в отчете СММ за 24 марта зафиксировано не было.

[news]163061 [news]

Однако информация о событиях в Знаменке, похожих на описанные в СМИ сепаратистов, содержится в отчете СММ ОБСЕ о наблюдениях за 23 марта – то есть днем раньше.

Вот как описывается инцидент в отчете СММ за 23 марта:

– В подконтрольном «ЛНР» с. Знаменка (35 км северо-западнее Луганска) вооруженный член «ЛНР» показал команде Миссии четыре места ударов неподалеку домов № 35 и № 37 на ул. Жукова. Одна свежая воронка была примерно в 10 м к западу от небольшой водозаборной колонки и примерно в 25 м к северу от домов. По оценкам наблюдателей, она образовалась от разрыва минометной мины калибра 120 мм, выпущенной с северного направления. Из воронки все еще шел белый дым и был ощутим запах фосфора.

Обратим внимание на формулировки: воронка образовалась от минометной мины, из нее еще шел белый дым и был ощутим запах фосфора. В то же время наблюдатели не предоставили описания характерных разрушений вокруг, которые могли бы быть в случае обстрела боеприпасами с белым фосфором. Можно, конечно, иронизировать по поводу того, как «повезло» то ли боевикам, то ли наблюдателям, что прямо перед появлением в поселке представителей ОБСЕ туда очень вовремя «прилетели» фосфорные боеприпасы, однако есть более важные моменты, которые заставляют усомниться в правдивости информации.

Показательно несовпадение дат: ОБСЕ указывает, что «фосфорный» инцидент в Знаменке произошел 23 марта, в четверг, а сепаратисты что 24 марта, в пятницу. Кроме того, наличие только специфического запаха на месте взрыва еще не является стопроцентным свидетельством применения фосфорных боеприпасов. В отчете было указано лишь то, что от места разрыва минометной мины поднимался белый дым и чувствовался запах фосфора, но документ не содержал прямой фиксации обнаружения запрещенных международными конвенциями фосфорных боеприпасов.

Учитывая расхождение в датах и возможность неоднозначных трактовок текста отчета, информагентство QHA обратилось в представительство СММ ОБСЕ в Украине с просьбой прокомментировать ситуацию, в том числе объяснить, означает ли содержащаяся в отчете за 23 марта формулировка «чувствовался запах фосфора», что на Луганщине были применены именно запрещенные международными конвенциями боеприпасы.

Комментируя инцидент, в пресс-службе СММ ОБСЕ сообщили, что в отчете опубликовано лишь то, что наблюдатели увидели в Знаменке, и СММ не может сделать вывод, что там были использованы фосфорные боеприпасы.

В данном конкретном случае... мы не можем дать оценку, что использовались фосфорные боеприпасы. Как и во всех случаях, в том числе и в данном, СММ не может делать выводы: мы даем возможность фактам говорить самим за себя. СММ сообщает только то, что она фиксирует визуально и на слух и может верифицировать, а ежедневные отчеты, доступные для широкой общественности на нашем сайте на трех языках, содержат те факты, которые наблюдатели СММ непосредственно зафиксировали и описали настолько подробно, насколько это возможно.

В пресс-службе акцентировали на том, что сотрудники миссии являются мониторщиками, которые лишь фиксируют и предоставляют информацию, а делать выводы из приведенных фактов в компетенцию СММ не входит. При этом представители ОБСЕ в очередной раз подчеркнули, что СММ не всегда может зафиксировать информацию в связи с ограничением свободы передвижения наблюдателей, расстоянием, погодными условиями и/или другими факторами.

QHA также обратилось к украинским военным с вопросом, мог ли произойти такой обстрел. В комментарии агентству спикер Министерства обороны по вопросам АТО, полковник Андрей Лысенко отметил, что Украина не применяет фосфорных боеприпасов, а кроме того, вообще не имеет их на вооружении.

Мы их не применяем. Их у нас нет на вооружении.

Андрей Лысенко попытался смоделировать ситуацию в Знаменке, пояснив, что ВСУ физически не смогли бы осуществить обстрел, описанный боевиками. И не только потому, что ВСУ не обстреливают мирные населенные пункты, но и потому, что нанести подобный удар фосфорными боеприпасами можно только с помощью артиллерии. А украинская артиллерия отведена от линии разграничения на расстояние, установленное Минскими соглашениями.

Дело в том, что применить фосфорные боеприпасы можно только с помощью артиллерии. Артиллерия у нас отведена на соответствующее расстояние, она зафиксирована на тех площадках представителями, в том числе, миссии ОБСЕ и СЦКК. Поэтому мы просто физически не могли применить такие боеприпасы.

Комментируя сообщение боевиков, которые якобы нашли в Знаменке остатки такого боеприпаса, Андрей Лысенко предположил, что они могли прибегнуть к своей обычной тактике: самостоятельно обстрелять поселок, а затем попробовать переложить вину на украинскую сторону. Тем более что у сепаратистов, в отличие от ВСУ, фосфорные боеприпасы на вооружении имеются.

Случай в Знаменке это чистая провокация. Я считаю, если и будут найдены какие-то фактические остатки подобных боеприпасов, то стопроцентно можно говорить о случаях, когда этими боеприпасами сами боевики обстреляли какой-то населенный пункт или какую-то позицию. Потому что мы уже неоднократно фиксировали их провокационные обстрелы, а затем они обвиняли в этом украинскую сторону.

[news]157478 [news]

Итоги. В течение всего периода российско-украинского вооруженного конфликта силы пророссийских сепаратистов время от времени обвиняют ВСУ в использовании запрещенных боеприпасов, в частности фосфорных. Для усиления эмоционального воздействия пропаганды акцент делается на якобы факте применения запрещенных боеприпасов именно против мирных жителей. Психологический эффект от таких псевдоновостей производит на рядового читателя сильное впечатление: «Боеприпасы, содержащие белый фосфор, распространяют легковоспламеняющееся вещество, температура горения которого превышает 800 °C, по значительной территории, площадь которой может достигать нескольких сотен квадратных метров. Горение продолжается до тех пор, пока весь фосфор не выгорит или пока не прекратится доступ кислорода. Такое оружие может вызвать особо тяжкие и болезненные увечья или спровоцировать медленную и очень болезненную смерть».

Обычно обвинения со стороны сепаратистов начинают нагнетаться тогда, когда необходимо «встряхнуть» информационное пространство, например, перед знаковой встречей в Минске или после какого-то существенного преступления самих боевиков, чтобы «перебить» его картинку. Впрочем, не припоминается, чтобы обвинения ВСУ террористами хоть раз получили официальное подтверждение.

А вот информацию о том, что фосфорные боеприпасы применялись боевиками, украинская сторона сообщает с предоставлением доказательной базы. И даже в отчетах СММ ОБСЕ формулировки об этих инцидентах звучат более определенно. Скажем, в конце октября прошлого года украинские военные сообщили, что боевики обстреливают поселок Водяное под Мариуполем с использованием, в том числе, запрещенных фосфорных боеприпасов. «Они имеют термический эффект. Выжигают значительные площади, непосредственно в Водяном дома мирных жителей, несут опасность и угрозу жизни и здоровью гражданских лиц», говорил тогда пресс-офицер сектора «Мариуполь» Александр Киндсфатер. И в отчете СММ ОБСЕ за 26 октября 2016 года указано, что при обстрелах могли быть использованы мины или снаряды, содержащие белый фосфор: «Вечером 26 октября камера СММ в с. Широкино (20 км к востоку от Мариуполя), направленная на северо-северо-восток, зафиксировала 29 взрывов и 35 взрывов в воздухе, по оценке наблюдателей, из-за разрывов минометных мин или разрывных артиллерийских снарядов, которые, вероятно, содержали белый фосфор». Как видим, наблюдатели СММ ОБСЕ могут быть довольно конкретными в описании ситуации, если есть соответствующие факты для описания.

Возвращаясь к инциденту в Знаменке, можно резюмировать, что «фосфорный туман», который попытались напустить пропагандистские сепаратистские СМИ, развеялся при первой же попытке более детально выяснить обстоятельства происшествия. ВСУ в очередной раз заверили, что не могут совершать обстрелы фосфорными боеприпасами из-за отсутствия их на вооружении украинской армии. И этот факт стоит запомнить на будущее  ведь сепаратисты наверняка не в последний раз подкинули фейк о фосфоре от ВСУ.

Наблюдатели ОБСЕ, хотя и унюхали характерный запах, но не взяли на себя смелость утверждать, свидетелями чего именно они стали то ли запах шел от фосфорного боеприпаса, то ли просто стоявший рядом сепаратист прикурил от спички (шутка и ирония – Авт.). Из отчета миссии и комментария нашему информагентству можно сделать вывод, что разрыв какой-то мины был, но с уверенностью назвать ту мину фосфорной вряд ли можно.

Ну а тем, кто любит сидеть в интернете и постить «страшилки» с сомнительных сайтов, стоит вооружиться критическим мышлением и, увидев подобные «информационные гибриды» от сепаратистско-российской пропаганды, спокойно прокручивать страницу дальше.

В то же время имеет смысл еще раз напомнить, что появление в сепаратистских и российских СМИ любой фейковой информации является элементом гибридной войны. И что к подобным информационным провокациям боевики в районах конфликта обычно прибегают либо после, либо перед совершением реальной провокации, так сказать, на местности.

Подготовила Татьяна Иваневич

QHA