QHA (Киев) -

(Сегодняшней публикацией мы начинаем цикл материалов, посвященных славному городу Конотопу)

Часть первая: историческая.  

«Ще як були ми козаками,

А унії не чуть було,

Отам-то весело жилось!

Братались з вольними ляхами,

Пишались вольними степами…»  (Тарас Шевченко)

Хорошей традицией стало проведение фестивалей, посвященных Конотопской битве, а зародилась она еще в 2009-м году, когда на государственном уровне проводился конкурс мероприятий, посвященных  350-летиею битвы.

В определенной мере Конотопская битва  имеет не меньшее право называться «Битвой народов», чем более раскрученная в плане PR-а знаменитая Грюнвальдская битва, произошедшая 15 июля 1410 года, где поляки и литовцы в союзе с некоторыми другими народами разгромили войска Тевтонского ордена. Во-первых, численное соотношение сторон под Конотопом было даже большим, а во- вторых, даже установленный в поле под Шаповаловкой Конотопского района памятник (где пять сабель пробивают щит с гербом московского царства) свидетельствует, что число народов тут тоже было явно не меньшим.

Говорят, что победителей не судят, но вышло так, что их потомки в лице историков до сих пор спорят: чей же вклад в победу был решающим? Во истину:  у победы- много отцов, а  поражение- всегда сирота. Тем не менее,  историческая справедливость должна, наконец,  восторжествовать.

 Когда в этом году журналистская бригада агентства QHA приезжала в Конотоп, член Меджлиса крымскотатарского народа Риза Шевкиев с горечью отметил, что:

 — Такой односторонний постсоветский подход к освещению этих событий. Меня это расстраивает. Пора в демократической Украине говорить все, как есть. Исторические вещи должны быть правдивыми. Если бы не наша конница 50-тысячная, которая вошла в коалицию в этой борьбе, победы бы не случилось. Поэтому роль крымских татар в этом бою должна быть оценена достойно.

В самом Конотопе, который держал оборону от агрессора, тоже установлен мемориальный знак, но и там отмечена победа украинских казаков в содружестве с абстрактными европейскими союзниками!

При том, что дело историков — объективно  разобраться в существе деталей, главным в праздновании очередной годовщины битвы под Конотопом есть осознание того переломного факта, что мы наконец-то начинаем поминать не только свои поражения, но и праздновать свои победы, а это  залог грядущей успешности украинской политической нации.

Именно поэтому  любой современный художественно-исторический фестиваль или праздник исторической реконструкции (с неизбежными применением  по формату  элементов шоу у организаторов  и пафосом в речах приглашенных  политиков) на местах нашего ратного торжества, особенно когда оно осуществлено в содружестве с союзниками,  имеет своё воспитательное значение для подрастающего поколения и исполняет в обществе благородную  патриотическую роль.

Не случайно за год до празднования 350-летие битвы МИД РФ так прокомментировал подготовку к юбилейным мероприятиям в Конотопе:

— Вызывает просто недоумение и сожаление то, с каким упорством, достойным лучшего применения, некоторые силы на Украине пытаются сегодня выискать в общей, действительно сложной, местами противоречивой российско-украинской истории события и персонажи, примечательные лишь тем, что они как-то были направлены против Москвы, против России, против русских. Во имя этого иногда поднимаются на щит имена и деяния, которых в других условиях можно было бы и постесняться. Кровавая битва из-за очередного предательства очередного гетмана — из их числа.

В этих условиях приходится уповать на мудрость украинского народа, который не позволит себя втянуть в искусственное, надуманное противостояние с Россией. Игры с историей, особенно с националистической подоплёкой, никогда ещё ни к чему хорошему не приводили.

Последние слова стоило бы адресовать к российскому нацлидеру, ведь именно Путин проводил аннексию Крыма и агрессию на Донбассе, утверждая сомнительные идеалы концепции так называемого «Русского мира»  под явной «националистической подоплёкой» с густой примесью имперской спеси.

События 2014 года актуализировали значение этой битвы не только в нашей истории, но и в современности. Не случайно еще в 2008 ( не только за 6 лет до войны РФ с Украиной, но и за несколько месяцев до агрессии Кремля против суверенной Грузии)  сотрудник института славяноведения РАН Олег Неменский так  пророчески прокомментировал ноту российского МИДа:

— Празднование юбилея Конотопской битвы прежде всего отражает нынешние устремления Украины и направлено не столько против России, сколько на строительство украинской нации. Конотопская битва символизирует прозападную пропольскую политику, единение Украины с Крымом и противостояние промосковской оппозиции. Она показывает, что, будучи в союзе с поляками и татарами (а, соответственно, и с турками тоже), можно «победить русских». Граница между русскими и украинцами сейчас ещё очень размыта, и актуализация столкновений между ними — это выстраивание ментального рубежа, без которого немыслима украинская национальная идентичность.

Сейчас, когда уже и доказывать ничего не нужно в современности, чтобы понять, кто агрессор, а кто жертва, есть резон задуматься: отчего история давала украинцам и крымским татарам в 17 веке шанс мощно  утвердится на европейской карте, но из-за внешних вызовов он был со временем не реализован?  В украинском контексте, понятно,  имели место и внутренние распри среди казацкой элиты, актуальные и для наших дней, воплощенные в поговорке: «где два украинца, там три гетмана».

Впрочем, отмечать наши поражения и те вехи истории, где на раздорожье выбора политическая элита выбрала не самый  оптимальный вариант перспективы, — любимая забава украинцев.

Однако, ретроспективно посыпать голову пеплом — тоже не самое продуктивное занятие. Развитие народов (при всей одиозности теории пассионарности этносов Льва Гумилёва) – осуществляется на определённую единицу времени – нелинейно.

И в жизни каждого индивидуума, как отдельных его этносов и целой нации в совокупности, бывают такие времена, когда люди и народы теряют субъектность, часто из-за вероломства более мощных соседей, обещавших в часы примирения равноправие и заботу о союзниках, но позже впавших в амнезию при напоминании о своём же слове.

Возьмём две исторические даты.

Весна 1648-го года. Именно тогда состоялась битва под Жёлтыми Водами, вошедшая в анналы истории в качестве первой крупной победы восставших казаков в союзе с крымскими татарами над польскими силами в ходе восстания Богдана Хмельницкого. Передовые польские отряды встретились с армией запорожских казаков и крымских татар под предводительством Богдана Хмельницкого и Тугай-бея.

И, собственно, Конотопская битва лета 1659 года, когда украинцы вновь с крымскими татарами, но уже в союзе с поляками разгромили московскую дружину. Если про битву под Желтыми водами в советских учебниках истории писали довольно обстоятельно,  то битву под Конотопом  советская официальная историография замалчивала или показывала, как незначительный эпизод, не нуждающийся в  подробном изложении.

Между этими двумя датами была Переяславская Рада 1654-го года, смерть гетьмана Богдана Хмельницкого в 1657-м году и Гадячский договор 1658-го года  — соглашение, заключенное  по инициативе гетмана Ивана Выговского между Речью Посполитой и Гетманщиной, предусматривающее вхождение последней в состав Речи Посполитой под названием «Великого Княжества Русского» как третьего равноправного члена двусторонней унии Польши и Литвы. Предусматривалась также ликвидация Брестской церковной унии. Основные преобразования, однако, так и остались на бумаге, так как польский Сейм ратифицировал договор в сильно урезанном виде, отменив его главные положения.

Но, как показала история, Переяславский договор (оригинал которого пропал в московских архивах), гарантирующий казакам существенную автономию и многие вольности на поверку времени, для украинцев  оказался значительно более губительным, чем открывающиеся перспективы быть (пусть и на вторых-третьих ролях) в Речи Посполитой,  по договору Гадячскому .

 Не случайно  в  финале экранизации  Ежи Гофманом одной из частей  трилогии Генрика Сенкевича «Огнём и мечом» констатируется, что наши распри привели к третьему разделу Польши и к потери польской государственности (восстановленной лишь в 1918-м году) и к грядущему закрепачиванию украинского народа.

Не случайно другой исторический фильм режиссера был «Варшавская битва. 1920», где поляки вместе с украинцами (под командованием С. Петлюры) вновь выступали против Москвы, но уже большевисткой. Стоит напомнить, что войскам Троцкого и Тухачевского противостояли и русские отряды уроженца Харькова эсера Бориса Савенкова, которого всё же выслали из Польши в 1921-м году, а позже чекисты заманили его в Москву и арестовали, где четыре года спустя он погиб в застенках Лубянки приблизительно в то время, когда агентами ОГПУ в Париже был убит Симон Петлюра.

Летом наше издание писало о научной конференции, посвященной перспективам реализации идеи столетней давности — маршала Юзефа Пилсудского о создании «Межморья» — конфедерации народов, живущих между Черным и Балтийскими морями. Сторонником «Интермариума» был  и  Председатель Курултая Крыма Джафер Сейдамет, который также активно поддержал идею маршала о создании прометеевского движения сопротивления угнетенных наций.   

Как видим, во все эпохи борьбы украинцев за свою независимость (и во времена Запорожской Сечи, и в эпоху УНР, и сейчас) главные союзники остаются неизменными, как и общий враг. Иное дело, что Кремль всегда пытается вбить клин в это сотрудничество. Не случайно и сейчас российская пропаганда намеревается искусственно разогревать распри ученых и политиков вокруг трагических эпизодов взаимоотношения украинцев и поляков во время  Второй Мировой войны. При этом в России акцентируют внимание на действительно трагических деталях,  всячески забывают напомнить главное:что к его началу привела  договоренности между Гитлером и Сталиным, в том числе и секретные протоколы Молотова-Риббентропа.    

Следует сказать, что споры вокруг интерпретации исторических событий  могут быть различными. Не случайно  даже сейчас, в эпоху точной цифровой фиксации и хранения информации, разные политические силы спорят о событиях на Майдане, о времени ползучей аннексии Крыма или о тех неделях и месяцах 2014-го года, когда Москва в рамках тура «Русской весны» организовывала парад суверенитетов на площадях городов так называемых народных республик. Что уж говорить о событиях трехсотлетней давности, особенно если не всегда сохранены объективные научные источники и артефакты или в угоду правящих режимов уничтожены или фальсифицированы?

Тем, кто хочет узнать более-менее объективную трактовку событий при Конотопской битве рекомендуем прочесть и скачать монографию Алексея Сокирко «Конотопская битва. Триумф во время Руины». Роль крымских татар при ней хорошо отслежена в телевизионных исторических студиях Гульнара Абдулаева. Другой сюжет о союзе украинцев и крымских татар смотрите тут.

Конечно, вопреки мечтаниям всяческих фантастов, пишущих тома «альтернативной истории», прошлое вспять не обратишь и не вычеркнешь. Но ведь история — это не только войны стран и народов,  борьба правителей и  политиков, но и становление местных общин, развитие на их базе ремёсел, наук и искусства. Этим занимаются не только историки и археологи, но и краеведы.

В наше непростое время обострились дискуссии: поскольку Украина целые века была лишена собственной государственности (или она осуществлялась в формате кквази-независимой УССР), что именно из царского и советского прошлого приемлемо для экстраполяции на современность?

Об этом постоянно спорят политики, пишут прозаики и только исследователи прошлого своей малой родины — города или края — стараются соблюдать научную объективность. Есть такие энтузиасты и в Конотопе.

Не скрою, что информационным поводом моего посещения Конотопа стали Седьмые Конотопские чтения, посвященные истории, археологии, культуре и природе Левобережной Украины.

Еще летом, когда коллеги освещали гамму мероприятий, состоявшихся в рамках проведения фестиваля, посвященной Конотопской Битве, научный сотрудник Конотопского краеведческого музея имени А.М. Лазаревского Шамиль Акичев  (татарин по происхождению, правда, не крымский, а – уральский) предложил QHA командировать корреспондента на это научно-художественное мероприятие.

Прошедшие недавно чтения (по статусу — ежегодные) — уже седьмые по счету. И, кроме  местных краеведов, на них были приглашены исследователи из столицы, а также из соседних Сум, Чернигова, Нежина, Глухова, Батурина. Спектр выступлений был разный: археология, история религиозной жизни, развития ремёсел, промышленности, транспорта, техники, средств массовой информации города и района, краеведения и туризма.

Как и на предыдущих шести чтениях, место встречи энтузиастов изучения прошлого изменить было нельзя: в помещении местного краеведческого музея имени Александра Лазаревского, который, собственно, и стал родоначальником изучения прошлого на этих землях. Он же — создатель этого музея. В 2010м-году, когда праздновалась 110-я годовщина основания этого заведения, в его стенах и заложили практику проведения публичных чтений.

Другой уроженец этих мест — герой Балкан Генерал-губернатор Киевщины Михаил Драгомиров. Между прочим, в его бывшем киевском особняке  ныне размещается китайское посольство.

Конотопская усадьба, где сейчас расположен его музей, выглядит, конечно, гораздо скромнее.

Он вошел в историю не только своими ратными делами, но и административными, как губернатор-реформатор, во многом предварил идеи Столыпина. Недаром рисовать его приезжал сюда самый известный на то время художник Российской империи — Илья Репин. Кстати, лицо Драгомирова легко найти и на картине про запорожцев.

А еще он был известен тем, что осуждал варварские методы ведения войны, осуждая применение на поле боя такого оружия, как пулемет. Кто знает, может ход русско-японской войны был бы другим, если бы вместо бездарного Алексея Куропаткина правительство командировало возглавлять группировку войск на Дальнем Востоке ветерана Михаила Драгомирова? Но он к 1903-му году был еже нездоров, но всё же дожил до известия о бесславном поражении российских войск летом 1905-го…

А вообще-то Конотоп — город музейный. Тут об этом извещают даже дорожные указатели.

 Решено, что следующие восьмые конотопские чтения в 2017-м году пройдут уже в помещении музея его имени, по случаю десятилетия открытия тут мемориального музея. Он, как и музей авиации под открытым небом, в организационно-структурном плане является филиалом музея краеведческого.

Еще один уроженец этих мест из  19-го — золотого века отечественной культуры — библиограф Степан Пономарев, чьё имя запечатлено на памятной доске, установленной на библиотеке, названной его именем. Старший брат его, Иван, пошел по административной линии и был одно время градоначальником города, а самого Степана с детства тянуло к книге,  вот и пошел он по научной стезе. Поскольку из многих земляков  он наиболее связан был именно с печатным словом, имя его – наиболее часто встречается в научной литературе. Более печальной оказалась судьба личной  библиотека Степана Ивановича, которая насчитывала около 15 000 томов книг: Ещё при жизни Пономарёва часть книг земство передало земской мужской гимназии, часть — женской, несколько — в тюрьму. Остальное было похищено и распродано. Среди многих раритетов погиб, вероятно, и экземпляр «Кобзаря» издания 1840 года с автографом поэта.

 Собственно, на первых шести чтениях, немало докладов было посвящено именно этим знаковым фигурам, а также тем деятелям истории, науки и искусства, которые проживали в городе или подолгу тут гостили.

 Естественно, тема Конотопской битвы красной нитью проходила по всем предыдущим чтениям, но и на этом не обошлось без доклада научного сотрудника музея Валентины Шульги, которая исследовала документы Веспьяна Коховского (1633-1700), посявященные первому удару Конотопской битвы.

— Рассказывая о битве,  Валентина Ивановна обратила моё внимание на тот факт, что перед началом битвы украинские казаки и крымские татары присягали друг другу на верность.

Кстати, потомок тех казаков – атаман местного козачьего полка – скульптор по призванию Юрий Ведмедь (более подробный рассказ о скульпторе — в следующей публикации, посвященной Конотопу) украсил город не одной своей работой.  Кроме всего прочего, он автор бюста руководителю обороны Конотопа во время войны полковнику Григорию Гуляницкому. Юрий Ведмедь давно мечтает, чтобы этой местности придали статус национального  историко-культурного или военно-исторического заповедника.

—Я был бы счастлив соорудить здесь монумент общей победы украинский казаков и крымских татар. Надеюсь, моя идея найдёт поддержку среди крымско-татарской диаспоры, в свою очередь поддержку украинского казачества гарантирую.

Отметим, что Юрий возглавляет  организацию именно украинского казачества, отметив, что в городе существуют еще три проросийских казачьих организации.

 Эта идея, да еще наличие в городе аж трёх музеев, к тому же близость гетманской столицы — Батурина может оживить приток туристов, тем более уже сейчас многочисленные туристические организации включают эти два города в общие маршруты, посвященные истории княжеской, казачьей и недавней нашей истории.

 

(Продолжение следует)

Александр Воронин

ФОТО: автора, интернет

QHA