КИЕВ (QHA) -

Положительно или отрицательно избрание новым президентом США Дональда Трампа скажется на военной поддержке Украины, сократится она или увеличится, в каком виде будет предоставляться и будет ли предоставляться вообще - эксперты до сих пор не могут прийти к единому мнению по этим вопросам. Слишком многое зависит от личности Трампа, назначений на ключевые посты в его администрации, а также ряда других факторов.

Директор Центра исследований армии, конверсии и разоружения Валентин Бадрак считает, что Украине вообще пора отойти от позиции просителя военной помощи и оружия и перейти к предложениям взаимовыгодного сотрудничества западным партнерам, и в частности США. Об этом Валентин Бадрак рассказал в интервью агентству QHA.

Валентин Владимирович, в мае Сенат США в проекте бюджета на 2017 финансовый год предлагал предусмотреть 500 млн долл. для помощи Украине, в том числе предоставления летального оружия. Учитывая избрание нового президента, может ли этот план быть пересмотрен?

- Этот план, безусловно, может быть пересмотрен, так как личность новоизбранного президента США вызывает вопросы не только у экспертов, но и у действующих чиновников европейских стран, в том числе крупнейших партнеров по НАТО.

С одной стороны, Путин повел активную внешнюю политику в американском направлении и очень желает установления баланса, чтобы ситуация была принята как такая, которую нельзя изменить без огромных рисков. С другой стороны, западный мир, и особенно это доказал 2016 год, немного проснулся и действительно увидел угрозу в сосуществовании с Кремлем во главе с Путиным. Мы слышали, как политики почти всех ключевых стран, в том числе Великобритании, Германии, Франции, я уже не говорю о США, последовательно заявляли, что Россия сегодня представляет угрозу для западного мира. Поэтому мы пока сохраняем оптимизм. 

К тому же американская государственная машина имеет отлаженный механизм. И многое зависит от того, насколько Дональд Трамп, не имея опыта государственного управления или работы в военной сфере, будет прислушиваться к команде. Тем более мы знаем, что и в его окружении сейчас, и в его будущей команде есть несколько специалистов, которые придерживаются преемственности в политике и будут учитывать всю панораму происходящего на международной арене.

Поэтому вопрос предоставления помощи Украине на сегодняшний день - где-то 50 на 50.

Возможно, более четкая картинка выстроится после того, как будут назначены ключевые должностные лица новой администрации Трампа. Прежде всего, речь идет о Госсекретаре, о главе Пентагона и о руководителе внешнеполитического ведомства *.

И все же некоторые эксперты уже сейчас говорят, что с избранием Трампа Украина летального оружия не увидит.

- Ну, Украина его и не видела. Как по мне, просить летальное оружие у западных стран - это занятие малоперспективное и вредящее имиджу Украины. А вот работа с западными странами как с партнерами, чтобы страна, которая обладает реальными технологиями, могла предложить какие-то проекты, - это более перспективно, более интересно для них, в первую очередь потому, что западные компании смогут получать прибыль.

Поэтому для того, чтобы у нас появилось оружие сдерживания, главным достижением Украины может быть именно развитие военно-технического сотрудничества в направлении создания совместных производств и совместных разработок. Таким образом Украина могла бы не только многое наверстать, но и превратить западных партнеров в настоящих союзников. Потому что когда будут создаваться технологии и инвестироваться деньги в совместные производства, это означает, что страны и компании приходят на наш рынок уже с намерением быть здесь долго, развиваться, и понятно, что они будут принимать соответствующие меры для защиты своих инвестиций.

Это важный сегмент, где Украина могла бы компенсировать западную помощь. Тогда наша стратегия была бы похожа на стратегию Израиля, который именно таким образом прямую военно-техническую помощь превратил в возможности создания собственными силами и совместно с партнерами техники, которая может быть оружием сдерживания.

И это вывело бы Украину на совсем другие рубежи и позволило бы быть не объектом, а субъектом международной политики и вести переговоры с Кремлем фактически на равных. Потому что оружие сдерживания не позволило бы таких дерзких атак и постоянных нападок на Украину.

То есть мы должны перестать просить оружие и начать предлагать взаимовыгодное сотрудничество по его производству? Скажем, президенту Трампу как бывшему бизнесмену предложить разговор на понятном ему языке бизнеса, сделать бизнес-предложение в военной сфере?

- Наше военное бизнес-предложение могло бы быть разработано в том числе в рамках приглашения крупных западных компаний к приватизации определенного количества мощных украинских государственных оборонных предприятий.

Почему я говорю именно об оборонно-промышленном бизнесе? Потому что вроде все страны НАТО высказались за политическую поддержку Украины. Но политическая поддержка на самом деле нас никак реально не поддерживает в нашей войне. А вот оборонно-промышленное сотрудничество - это уже конкретные программы, механизмы и конкретные деньги конкретных людей и конкретных компаний. Это означает, что уровень доверия уже таков, что на эту страну можно делать ставку.

Можно оперировать примерами и вспоминать и Польшу, и Турцию, которым именно такая стратегия позволила и продвинуться в сотрудничестве, и получить технологии, и стать сильнее в вопросах оборонного потенциала и экономики.

Главный центр тяжести надо перевести именно на военно-техническое сотрудничество. Тем более что и у НАТО есть интерес к такому сотрудничеству с нами - как у военно-политического блока, который сам ничего не покупает, но способствует этому. И кроме НАТО есть целая группа компаний, которая видит в Украине мощного игрока на рынке.

Я думаю, что в случае совместных разработок и совместных производств такой недостаток, как финансовая ограниченность возможностей Украины, мог бы быть покрыт за счет партнеров. Партнеры могли бы рассчитывать, во-первых, на более дешевые производства, так как на территории Украины, понятно, рабочая сила намного дешевле, чем в западных странах, и это бы сделало современные системы вооружений более дешевыми. А во-вторых, это бы позволило партнерам (и в этом заключался бы их двойной интерес) обеспечивать не только потребности оружейников Украины, но и вместе с Украиной выходить на рынки третьих стран, например тех, где украинское вооружение традиционно покупают - в Азии, на Ближнем Востоке, в Африке. И совместно получать дивиденды.

Какими должны быть первые шаги со стороны Украины для налаживания такого военно-промышленного сотрудничества?

- Мы должны предложить план приватизации оборонки с приглашением западных компаний, предложить конкретные программы военно-технического сотрудничества и осуществления шагов для того, чтобы правила игры были понятными и абсолютно гармоничными с западными традициями.

Кстати, для нас очень интересным опытом может быть Польша с ее реформированием своих структур. Несмотря на то, что оборонно-промышленный комплекс Польши - это только 10-15% украинского, но четкие планы, четкая стратегия, четкие предложения привели к тому, что Польша сегодня является участником западных производств, например, по самолетам, по вертолетам, то есть имеет заказ от западных компаний, причем даже по таким элементам, которые они никогда не производили. И Польша сегодня достигла того, что было бы очень нужно Украине, достигла такого уровня доверия, что США решили разместить на ее территории свои военные объекты и защитить их своими системами ПВО. Это означает, что Польша фактически является неприкосновенной для прямого военного вмешательства России. Да, там есть угрозы гибридного уровня, но не прямого военного вмешательства. Вот очень интересный путь для Украины.

А какие конкретные украинские проекты в военной сфере уже может предложить иностранным партнерам?

- Не столько в военной, сколько в военно-технической. Скажем, это может быть создание высокоточных современных ракет дальностью до 500 км, а также крылатых ракет несколько большей дальности. Сегодня Украина в рамках режима РКРТ (режим контроля ракетных технологий. - QHA) имеет возможности и разрешение на производство ракет дальностью до 500 км, но ситуация требует пересмотра - и это уже дело дипломатов. А тогда можно было бы говорить и о создании крылатых ракет дальностью до 1500 км. Это вполне реальные вещи.

Также может быть актуальным совместное создание беспилотных аппаратов, а также и беспилотных авиационных комплексов, в том числе с прицелом, чтобы в будущем, например, через 10-15 лет, парк боевых самолетов Украины был заменен ударными беспилотными комплексами.

Это я говорю о крупных проектах. Если брать по всему фронту, то можно было бы начать с небольших проектов. Скажем, с создания новых видов бронетехники, артиллерийских систем, зенитно-ракетных комплексов. Конечно, это все потребовало бы пересмотра приоритетов в производстве и создании вооружения.

Если говорить о сотрудничестве с теми же США или европейскими странами, то первое, что вспоминается из украинского потенциала - это самолетостроение...

- Да, Украина может предложить очень интересные проекты в самолетостроении. Например, совместное восстановление производства «Русланов» (речь идет о тяжелом дальнем транспортном самолете Ан-124 - самом большом серийном грузовом самолете в мире. - QHA). Сейчас парк «Русланов» имеет российская компания «Волга-Днепр» и украинское госпредприятие Антонова. «Волга-Днепр» обладает парком, который почти вдвое больше нашего, но сама Россия не имеет возможности эти самолеты производить, и даже модернизация - под большим сомнением. А вот Украина сохранила эту школу и могла бы совместно с теми же западными компаниями возобновить производство «Русланов».

Второй большой проект, который мог бы быть, - это создание ракет-мишеней для американской системы ПРО. Я думаю, это очень серьезный проект, где могли бы быть задействованы советские технологии. Мы же помним, что 12 баллистических мировых ракет были созданы в Днепропетровске. Там же была создана такая мощная ракета, которую назвали потом «Сатана».

В общем, это все можно предложить. Тем более, что сейчас мы все чувствуем, что Россия, Кремль готовится к реваншу. Все это видят и понимают и в Вашингтоне, так что вопросы насчет будущих действи Трампа однозначными не являются.

Однако прежде чем ожидать каких-то изменений в международном военно-техническом сотрудничестве, Украине нужно реформировать и подготовить свой военно-промышленный сектор к новым формам международного сотрудничества?

- Главные возможности и главный потенциал Украины как в 2014 году, так и сегодня, находятся внутри самой страны. И тот факт, что в Украине очень оживился частный сектор оборонной промышленности, волонтерские традиции, возникли новые патриотические движения - это все дает надежду, что нация будет в конечном итоге единой, что будет выстроена некая четкая, в отличие от сегодняшней, стратегия развития и защиты государства .

Я не случайно сказал об оживлении украинских предприятий. Украина - страна высокоточных технологий, и сегодня украинские оружейники очень многое уже самостоятельно сделали. Именно это позволило на днях секретарю СНБО Александру Турчинову отметить, что Украина имеет замкнутый цикл производства ракетного оружия.

Скажем, сегодня частные предприятия, занимающиеся производством продукции военного назначения, фактически игнорируются государством, но когда частные предприятия производят 2/3 вооружения, не учитывать их интересы - это не совсем правильно.

Поэтому, например, целесообразно создать равные условия для частных и государственных предприятий оборонной промышленности, отбросить идеологию монополии, возникшую в этом секторе во времена президентства Кучмы, и создать либеральные возможности для предприятий, которые разрабатывают и производят вооружение, чтобы они могли самостоятельно выходить на внешние рынки и искать себе партнеров за пределами государственного сопровождения. Потому государственное сопровождение у нас сегодня очень тормозит эти процессы.

И все же в любом бизнесе, и в оборонно-промышленном частности, очень важно, существует ли в стране благоприятная бизнес-среда. Как Вы оцениваете состояние военной бизнес-среды в Украине?

- Перечень того, что нужно сделать, большой. Это зависит от политической воли. Здесь и принятие до десятка соответствующих законов, и создание Кабинетом министров вертикали управления и координации оборонной промышленности, и развитие военно-технической политики государства, которой сегодня не существует... Проблема заключается и в том, что приватизации оборонных объектов у нас пока нет, акционирования, реструктуризации предприятий - тоже.

Если Украина делает такие предложения, она показывает, что она стратегически будет двигаться в этом направлении, привлекать западные инвестиции на долгие годы и действовать прозрачно. Западные компании должны не только получать прибыль, но и понимать, по каким правилам они будут играть. А у нас правила непонятны, они могут меняться, потому что все управляется в ручном режиме. То, что сейчас мы видим много сообщений о злоупотреблениях, в том числе, в оборонно-промышленном комплексе, о различных темных схемах, безусловно, не устраивает западный мир и западных партнеров. И нам постоянно напоминают о необходимости борьбы с коррупцией.

Каким путем развивается украинская армия - это также непрозрачно для западных партнеров. Поскольку до сих пор нет детальной программы строительства и развития Вооруженных сил Украины, несмотря на то, что идет уже третий год войны. И это все делает ситуацию такой, что западные компании и государства остаются сдержанными в сотрудничестве с Украиной.

Поэтому правила игры нужно менять. И если власть действительно хочет развития оборонного, оборонно-промышленного сектора, то именно с реформирования, пожалуй, должна была начинать действовать в этой сфере.

Возвращаясь к самому первому вопросу - все зависит от того, как все будет развиваться внутри Украины. То есть рефлексия Запада, и в том числе новой администрации Соединенных Штатов, в значительной степени зависит от того, что происходит в Украине и как Украина сама реагирует на свои вызовы.

Спасибо за беседу.

* P.S. Перед выходом интервью стало известно о некоторых потенциальных кандидатурах на посты в новой администрации Дональда Трампа, которые, можно сказать, объединяет общая неприязнь к России. Так, в СМИ сообщалось, что Госсекретарем назначат Митта Ромни, ранее назвавшего Россию "геополитическим врагом" Америки. Директором ЦРУ станет Майкл Помпео, который призывал Запад давить на РФ и называл Путина ответственным за кризис в Украине. Также известно, что Трамп хочет избрания на пост главы Пентагона генерала морской пехоты в отставке Джеймса Маттиса, который указывал на серьезность агрессии России против Украины и критиковал Обаму за недостаточную военную поддержку союзников.

Беседовала Татьяна Иваневич

ФОТО: интернет

QHA