КИЕВ (QHA) -

В эксклюзивном интервью агентству QHA публицист Виталий Портников отметил, что необходимо создать условия, чтобы Россия сама была заинтересована вернуться к международно определенным границам. Неважно, кто будет возглавлять РФ, – важен экономический базис, который обеспечивает или не обеспечивает ей возможность агрессивного курса.

В Крыму постоянно нарушаются права крымских татар, особенно сейчас, когда идет суд о запрете Меджлиса. Если представительный орган крымских татар признают экстремистской организацией, что в таком случае делать людям, которые остались на полуострове и могут пострадать от репрессий местной власти?

– Я думаю, что это абсолютно логичная ситуация с точки зрения того, как действует РФ в отношении не только крымских татар, а и вообще всех коренных народов России. Поскольку Крым не был в составе России в 90-е годы, в Украине и в Крыму не обращали внимания на то, что происходило в РФ. А там шла планомерная борьба с любыми национальными организациями, которые представляли тем или иным образом права и интересы коренных народов республик Российской Федерации. И даже, скажем, те организации, которые в свое время были на стороне Бориса Ельцина, которые поддержали его в противостоянии с ГКЧП, тоже оказались нежелательными общественными политическими субъектами и фактически были маргинализированы. Это происходило по всей России.

Нет никаких оснований считать, что с крымскими татарами должно быть иначе, что с Меджлисом должно быть иначе. Тем более что Меджлис это уникальное объединение, поскольку это не общественная организация, а представительный народный орган. И мне было очевидно с первого дня аннексии Крыма, что уничтожение этой организации будет первым шагом РФ. Странно еще, что это продолжалось целых два года.

В Украине, хочу напомнить, к Меджлису на уровне власти относились с определенным подозрением, потому что любое украинское руководство не знало, как с ним сотрудничать. Представительская функция Меджлиса – то, что его членов выбирают обычные люди, – конечно, создавала трудности для любых властных структур Украины, которые считали, что они могут не обращать внимания на особенности управления крымских татар в Крыму. Но если в Украине могли или сделать Меджлис партнером для переговоров, или игнорировать и создавать какие-то фейковые организации, как это делал Виктор Янукович, то в России к этому подходят иначе. То, что непонятно, то, что может мешать, то, что является проблемой с точки зрения выполнения российскими властными структурами своих полномочий,  уничтожается.

Виталий, но что, по Вашему мнению, делать обычным людям, которых задерживают, к которым приходят силовики с обысками, права которых постоянно нарушаются?

– Все жители Крыма, независимо от этнического происхождения, являются заложниками оккупационного режима. Мы просто должны осознать, что Крым и отдельные районы Донецкой и Луганской областей это оккупированные территории. Что делать людям на оккупированных территориях? Выживать.

Этот город (Киев. – Ред.) тоже был оккупирован не один раз, и люди, которые в этом городе жили во времена оккупации разного типа (гитлеровской, большевистской), выживали. Единственным условием их выживания было неучастие в политических процессах. А участие в политических процессах приводило к репрессиям во все времена. В 30-е годы были сталинские репрессии с убийствами и полной конфискацией имущества. В 40-е были гитлеровские репрессии, тоже с убийствами и тоже с конфискацией имущества. Затем были новые коммунистические репрессии, возможно, не такие жесткие, но они были связаны с тюремными заключениями.

Вы помните, что лидеры крымских татар, такие как Мустафа Джемилев, были жертвами репрессивной политики. Сейчас в Крыму такой же режим – оккупационный. Если человек участвует в политической деятельности и это противоречит интересам оккупанта, оккупант его репрессирует. Если человек не участвует в политической деятельности, то он может рассчитывать, что его этот каток обойдет.

В последнее время крымские татары страдают чаще, чем представители других национальностей...

– Ну почему? Украинские активисты или уехали, или тоже находятся под какими-нибудь репрессиями. Их просто мало в Крыму, у них нет структурированных организаций, которые могли бы преследоваться российскими властями. Недавно состоялся обыск у моего коллеги из «Крым.Реалии» – он украинец, был корреспондентом киевской газеты «День». Он не крымский татарин, не является представителем крымскотатарских структур. Теперь обыски происходят у всех, с кем он был связан. Надо четко осознать, что это происходит со всеми, кто пытается как-то противопоставить себя российской оккупации. Крымские татары на переднем крае, так как Меджлис как представительный орган крымскотатарского народа с первого дня не согласился с аннексией. Поэтому, конечно, люди, связанные с ним, а это прежде всего крымские татары, находятся на первой линии репрессий. Нет ничего удивительного.

Мустафа Джемилев и Рефат Чубаров все время обращаются к международным организациям с просьбой помочь крымским татарам, которые стали заложниками оккупационной власти. Способно ли международное сообщество как-то влиять на российские власти, чтобы облегчить жизнь тем, кто остался в Крыму?

– Я уверен, что на Россию это не повлияет. России абсолютно все равно, что происходит сегодня с крымскими татарами и какое мнение по этому поводу у международного сообщества. Ей абсолютно все равно, что происходит с Донбассом и Крымом. России не будет все равно, когда экономическая ситуация в этой стране приведет к ее фактическому неотвратимому краху, к обнищанию населения, возможно, к распаду государственной структуры. Я уверен, что РФ не избежит всего этого, но на это нужно время.

Совершенно очевидно, что надо привлекать внимание международной общественности к тому, что происходит. И совершенно очевидно, что нужно реструктуризировать свою деятельность. Здесь даже речь может идти не просто о крымскотатарском правительство в изгнании.

Я, кстати, говорил и Мустафе, и Рефату, и другим крымским политикам: я уверен, что надо создать организацию освобождения Крыма, чтобы эта организация была представителем интересов тех граждан Крыма, которые в результате действий российской военщины и ее приспешников и коллаборационистов на территории автономии лишились возможности жить в родных местах, лишились своих гражданских прав. Эта организация может претендовать на статус наблюдателя в ООН, и ее глава должен выступать с трибуны ООН, четко и ясно давая оценку российской оккупации. Но эта организация не может быть исключительно организацией крымскотатарского народа, Меджлис должен быть одним из ее членов. Нужно, чтобы Крым как оккупированная территория имел свое представительство в международных институтах. Необходимость создания такой ​​организации для меня совершенно очевидна.

Лидеры крымских татар требуют от украинского правительства, чтобы после возвращения Крыма в Украину была создана крымскотатарская автономная республика. По Вашему мнению, украинская власть пойдет им навстречу?

– Вопрос не в названии – вопрос в сути. Крымские татары составляют меньшинство населения. И будут этим меньшинством еще очень долго. Вернется Крым в состав Украины  это тоже не изменит демографической ситуации на полуострове. Но надо помнить, что восстановление крымской автономии проходило под флагом сохранения в этой автономии национально-этнического компонента. Так создавалась Крымская АССР в составе РФ в советские времена. Так она была восстановлена ​​по решению Президиума Верховного Совета СССР, и именно таким был смысл референдума, который проводился на территории Крыма, предшествуя превращению Крымской области Украины в Автономную Республику Крым. Так что совершенно очевидно, что Автономная Республика Крым должна приобрести национально-этнический компонент как любая автономия, потому что иначе в автономии вообще нет смысла. Если же она не приобретет такого национального компонента, тогда надо просто создать нормальную область в составе Украины и забыть об этой республике как о каком-то правовом фейке.

Но каким должен быть этот национально-этнический компонент – это уже вопрос консультации крымскотатарского народа и, кстати, представителей других народов Крыма, которые там еще остались, с украинской властью. Это могут быть квоты на парламентское представительство. Это может быть отдельная палата парламента. Это может быть министерство, которое будет заниматься правами коренных народов. Это могут быть гарантии развития языка и культуры. Но для этого сами крымские татары должны быть заинтересованы в этом. Ведь в последнее время у крымскотатарского народа не наблюдалось особой заинтересованности в развитии своего языка и культуры. Поэтому надо говорить правду. Надо начинать с себя, чтобы требовать что-то от государства. 

За время независимости Украины власть ничего не делала для того, чтобы поддержать крымских татар. Очень часто имели место непонимание и нежелание со стороны правительства идти навстречу коренному народу Крыма.

– Украина до Майдана была номенклатурным государством. И это номенклатурное государство сосуществовало с Крымом на основе номенклатурного договора. То есть киевская номенклатура вообще не обращала внимания на то, что происходит в Крыму, потому что крымская номенклатура и фактически все эти преступные группировки, которые владели Крымом и продолжают им владеть при Путине, гарантировали стабильность ситуации. И совершенно очевидно, что для номенклатурного и олигархического государства такая номенклатура была более желанным партнером, чем Меджлис крымскотатарского народа. Потому что она представляла возможности 90% населения полуострова. Она могла сохранять полный контроль над 90% населения полуострова. 90% это больше, чем 10%. Это очевидно.

Крым вернется уже совсем в другое государство. В демократическую, европейскую, цивилизованную страну. В которой не будет амбиций власти, а будет украинская власть, которая будет защищать каждого гражданина Украины независимо от его этнического происхождения, вероисповедания и языка. И это также будет распространяться на Крым.

Поэтому крымские татары должны осознать, что Крым – такая же неотъемлемая часть Украины, как Сумская или Киевская область. Все граждане Украины, проживающие в Крыму, будут иметь равные права. И крымскотатарские интересы тоже нужно будет согласовать с интересами каждого крымского гражданина. Поэтому мы говорим, что автономия, которая будет в Крыму, должна иметь национально-этнический компонент, и при этом ни в коем случае не должны нарушаться права ни одного гражданина Украины, является ли он этническим украинцем, русским или евреем. Диалог должен быть именно таким. Цивилизованная европейская демократическая страна, в составе которой есть европейский демократический Крым, гарантирующий права всем, кто в нем живет. В том числе и коренным народам, и национальным меньшинствам.

Но крымские татары заявляют, что они с уважением относятся к другим народам, и после возвращения Крыма в состав Украины гарантируют всем равные права и свободы.

– Подавляющее большинство населения – это славяне. Выбирать власть Крыма будет подавляющее большинство населения. Выбирать руководителей будет это большинство. В этой конкуренции невозможно победить, если это электоральное большинство Крыма. Другого Крыма в Европе уже не будет.

В Германии живут лужицкие сербы, у них есть свой музей, они имеют определенные языковые гарантии в средних школах, но надо понимать, что они составляют всего 2-3% населения, и они никогда не создадут Лужицкое государство в Германии. Однако они могут позаботиться о том, чтобы сохранять свой национальный компонент, как и кашубы в Польше.

Важно, чтобы сохранение национального компонента было важно для государства. Это правило европейской жизни. Страна должна быть заинтересована в сохранении культурных, языковых и цивилизационных особенностей крымскотатарского народа. И эти особенности должны быть представлены на уровне Автономной Республики Крым.

ФОТО: QHA

QHA