КИЕВ (QHA) -

«Внешнеполитическое цунами» в Персидском заливе смыло архитектуру отношений "братьев-арабов". Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет разорвали дипломатические отношения с Катаром. Единогласно страны обвиняют эмират в дестабилизации ситуации и финансировании боевиков «Исламского государства» и «Аль-Каиды».

К обвинениям присоединились Йемен, временное правительство Ливии, Мальдивы, Союз Коморских Островов и Мавритания. Иордания не приостановила, но понизила уровень своего дипломатического представительства в Катаре. 

В давлении на Катар можно усмотреть «американский след» - визит Трампа к саудитам в Эр-Рияд на арабо-исламский саммит, во время которого он призвал избавляться от террористов и экстремистов. 
Катар, скооперировавшийся, по мнению Белого дома, с террористом №1 – Ираном отлично подходит для показательной разборки. Страна получила репутацию режима, активно спонсирующего разнообразные исламистские движения.

На региональном уровне Доха опирается лишь на тесные связи с Анкарой. В прошлом году Турция открыла военную базу в Катаре в рамках соглашения о сотрудничестве в военной сфере. На ней размещаются порядка 3 тысяч солдат сухопутных войск, военнослужащие ВВС и ВМС страны, а также инструкторы и силы спецназначения. Также растут инвестиции Катара в совместные проекты в Турции. 

Кроме связей с Ираном и Турцией существует соперничество стран Персидского залива в Африке, особенно в районе Африканского Рога ( Эфиопия, Джибути, Эритрея и Сомали). От контроля за этими территориями зависят поставки углеводородов (в том числе и катарского газа) из Персидского залива в Европу.

Африканский фронт не спит

Турция, Иран и все монархии Залива ведут в Восточной Африке активную политику. Это касается и военного потенциала, где они действуют не менее успешно, чем в экономике. К примеру, за влияние в стране пиратов - Сомали соперничают пары ОАЭ – Египет и Турция – Катар. Востоковед Евгений Сатановский пишет, что Анкара и Доха в Сомали успешно осваивают бывшую военную базу СССР в Бербере.

Амбиции Катара на рост влияния в Восточной Африке велики. В мае текущего года Катар заявил о планах обустройства в Уганде военной базы. Благодаря договору, подписанному между президентом Уганды Йовери Мусевени и премьер-министром Катара А. бен Нассером бен Халифой Аль Тани.

По данным Института Ближнего Востока, во время визита угандийского президента в Доху 18–21 апреля обсуждались и вопросы региональной безопасности. После этого 200 суданских военных прибыли в военный лагерь Кавевета в Уганде.

Визит Мусевени в Катар состоялся спустя несколько дней после встречи в Аддис-Абебе высокопоставленных офицеров ВС и разведки Эфиопии, Уганды, Судана и Катара. На этом совещании Катар взял на себя обязательство финансировать строительство и функционирование регионального военного тренировочного центра в Эфиопии для военных из указанных стран, а также оказание логистической поддержки по перемещению суданских беженцев в северные районы Уганды. С этой базы будет осуществляться противодействие влиянию саудовцев в Эфиопии, Джибути и Эритрее.  

Турция всегда поддержит?

На самом деле, Турция не является стороной катарского кризиса. Отношения с Катаром у нее прекрасные. На африканском фронте Анкара не соперничает с Дохой. Единственный крупный проект – военная база в Сомали под Могадишо за 50 миллионов долларов, укрепляющая влияние Анкары в сомалийских силовых структурах.  

Проблема в том, что во многих странах Персидского залива Турция воспринимается как сторонник Катара  С другой стороны, страна переживает золотой век в отношениях с Катаром. Быстро растут инвестиции этой страны в Турции.

Исследователь Фонда политических, экономических и социальных исследований (SETA), эксперт по Ближнему Востоку Талха Кёсе (Talha Köse) в комментарии газете Hurriet делает важное предупреждение и говорит, что следующей целью стран Персидского залива после Катара, «возможно», будет Турция.

 —Они, по крайней мере, могут совершить экономические атаки. Главная забота этого фронта — разорвать связи Анкары со всеми группами, сопряженными с «Братьями-мусульманами». И выдворить из страны лица, связанные с ними. Включая ХАМАС, — отмечает эксперт.

Конечно, есть еще иранский вопрос. Дональд Трамп и страны Персидского залива могут заставить Анкару занять четкую позицию на этот счет. А это будет один из сложнейших вопросов в период, когда страна пытается остаться вне конфликта между шиитами и суннитами.

Тимур Савин, по материалам Института Ближнего Востока и Hurriet

ФОТО: Reuters

QHA