ПАРТИЗАНЫ (QHA) -

Крымский татарин Решат Бекиров — один из самых старших очевидцев Депортации 18 мая 1944 года. На момент тех событий ему было 13 лет, он жил в Бахчисарае. Под конец интервью Решат спел нам песню именно об этом уголке Крыма, вложив в нее больше, чем воспоминания, — часть себя.

Мужчина встретил нас с улыбкой, но когда начал рассказывать историю своей жизни, постепенно от нее не осталось и следа. Истории о Депортации целого народа по приказу тирана вызывают только слезы...

«Я до сих пор не понимаю, каким чудом мы доехали...»

Семья Решата-агьа была очень большой. В одном доме жило шестеро семей, из них большая часть родственники, но были и русские «квартиранты», которых отец мужчины взял к себе просто пожить, не беря при этом ни копейки денег с них. К сожалению, история Решата начинается с печальных нот. На протяжении Второй мировой войны его отец воевал в рядах Красной армии, изредка появляясь дома. Спустя некоторое время он умер, оставив жену и семерых детей. Именно в таком составе сталинская Депортация застала семью дома. 

Сам Решат-агъа говорит, что солдат и военные машины они увидели еще за пару дней до 18 мая. Уже тогда его посетило плохое предчувствие, которое, к сожалению, оказалось реальностью.

— Мы легли спать, а утром, в часу четвертом или пятом поднялся большой шум в доме, и мама начала нас поспешно собирать, сказав, что нас высылают. Всем крымским татарам давали разное время на сборы, — одним пять минут, а другим семь. Я раза два или три возвращался домой, чтобы хоть что-то взять с собой, прихватив фасоль и крупы. Но последний раз меня военные из НКВД не пустили.

У всех наций есть как хорошие, так и плохие люди. Почти все солдаты были молодыми ребятами и некоторые из них помогали нам собрать вещи, а некоторые вообще отказывались впускать назад в свои комнаты. Например, сестра хотела что-то взять из одежды, но ей военный не дал. А что можно было взять за такое короткое время, когда все растерянные и впопыхах не знали, что прихватить з собой?

Именно те самые машины, которые Решат видел еще пару дней назад, ждали его семью и односельчан на главной площади Бахчисарая. 

— Я помню, как на балконе стояли офицеры с детьми, с которыми мы играли, и спокойно смотрели, как нас грузят в машины и вывозят из города.

Особенно четко Решату запомнился вокзал, где стоял страшный шум, люди кричали от безысходности, не понимая, что происходит, и стояли те самые вагоны, в которых им предстояло ехать долгие недели. 

— Мы ехали в ужасных условиях. В углу вагона был один туалет для всех. И только на третьи сутки езды начали делать небольшие остановки, чтобы люди хоть как-то отдохнули. Как только крымские татары слезли с вагона, чтобы поставить чаны или сковородки на огонь для приготовления лепешки или каши, поезд сразу трогался.

Так мы ехали 23 суток, во время некоторых люди по три дня стояли на ногах, не имея возможности сесть. Я до сих пор не понимаю, каким чудом мы доехали.

В вагонах беременные женщины рожали, а старики и больные, не выдержав всех мучений, умирали. Так, по дороге в Среднюю Азию умер наш сосед, оставив четверых детей. Мы его тело положили у железнодорожных путей, накрыв ветками из деревьев. 

В Узбекистане, где им было суждено провести еще не одно десятилетие, всех депортированных отправили в бани, а потом распределяли по колхозам. Решат-агьа со своей семьей попал в поселок, где находилась Машинстроительная станция (МТС).

— Там было страшно. Мы жили в доме без крыши, где ползало много змей.

И в колхозе, если что-то не так сделал, сразу могли дать 12 лет. Но мы тогда совсем были молодые и нас не хотели брать на работу. 

Удача все-таки улыбнулась Решату. Его и еще пятерых крымских татар в ученики взял один местный инженер. И хотя государство забирало с зарплаты мужчины (115 рублей) 15 рублей, Решат не мог позволить себе не работать. Именно так на протяжении 30 лет он проработал слесарем. 

— Но меня всегда тянуло на родину — в Крым. Я до сих пор помню всех стариков и соседей, живших возле нас.

«Я почти каждую ночь плачу и тоскую по своей родине...»

В 1978 году Решат-агъа с женой и тремя детьми (мальчик и две девочки) приехали в Крым, где начинался новый этап притеснений крымских татар. Советская власть, несмотря на свое же решение о возвращении крымских татар в Крым, создавала такие условия, при которых жить на полуострове им было невозможно. Вернувшимся из Депортации крымским татарам, включая и семью Решата, не давали прописку, не принимали на работу поначалу, выгоняли из честно купленных землянок и домов. 

— Однажды мои коллеги по работе сказали, что мою семью выселяют из дома. Пока я приехал, то дом уже был пустой, и света внутри не было. 

Оказывается, пока я был на работе, мою жену военные погрузили в машину и увезли в неизвестном направлении. Соседи, видя, как ее запихивают в машину, начали этих людей обзывать фашистами и требовать, чтобы они прекратили издеваться над беззащитной женщиной. За это им дали по пятнадцать суток.

Также соседи рассказали, что военные зашли в класс, где учился мой сын и сказали: «Умер Бекиров, выходи!». От этих слов он чуть сознание не потерял, а молодая учительница даже расплакалась, и все дети в классе очень испугались. А там, рядом, сад был, и об этом услышали мои дочки, учившиеся в той же школе, которые попробовали убежать от военных, но их поймали и всех посадили в «воронок», и увезли в Симферополь.

Как потом рассказывал сын Решата в больнице, неизвестные люди держали его в камере трое суток и к врачу отвезли, только когда увидели, что мальчик заболел.

Жену Решата вообще хотели отправить в Ташкент. Ей пришлось вместе с такими же пострадавшими крымскими татарами поехать в Москву и добиваться справедливости. Однако никакие поездки и обращения в высшие инстанции не принесли плоды, и постоянной прописки семья Решата так и не получила. В Партизанах Херсонской области Решат-агьа с семьей оказался благодаря родственникам, которые тут уже обустроились. 

Наш последний вопрос: Что для Вас Крым?

— Для меня Крым — это золото. Я почти каждую ночь плачу и тоскую по своей родине. У всех людей есть родина, почему я не должен любить свою родину? Отдайте нам нашу родину, ведь там остались могилы наших дедов и прадедов.

Настя Белова, Элина Сулима

QHA