КИЕВ (QHA) -

Гражданка Казахстана Динара Касымбекова переехала в Украину почти два года назад. Ее борьба за права человека в родном Казахстане за много лет превратилась в тщетные попытки пробить глухую стену, которая была выстроена десятилетиями сначала советской, а потом уже — российской пропагандистской системой. Что-то изменить в своей стране ей самостоятельно не удалось, поэтому девушка решила приехать туда, где, по ее мнению, «пахнет свободой».

Первое, с чего начала Динара — изучение украинского языка, который полюбила благодаря песням любимой группы «Океан Эльзы», таким образом, став вдохновительницей для многих русскоязычных украинцев.

Она полюбила Украину за то, что здесь не страшно заявлять о своих правах. Вместе с единомышленниками Динара выходит на акции протеста, пикеты, митинги, чтобы защитить граждан Украины в их праве на свободную жизнь. Однако она до сих пор верит, что когда-то придут изменения и в Казахстан, который, по ее словам, сейчас больше похож на застоявшееся болото.

О том, по какой причине девушка решилась оставить Казахстан, какая ситуация в ее родной стране с правами человека и чем отличается Украина от других стран постсоветского пространства, — Динара Касымбекова рассказала в интервью QHA.

QHA: Динара, когда и почему ты решила переехать в Украину?

Динара Касымбекова: Моя история любви с Украиной началась в 2004 году. Студенткой я приехала наблюдать за президентскими выборами и воочию увидела Оранжевую революцию. Я вдохновилась этой идеей свободы — свободы соображений, того, что ты можешь действовать, делать, говорить и не бояться... Тогда и возникла мечта попасть в страну свободы. С другой стороны — в Украине родились и творили мои любимые исполнители... Я вернулась в Казахстан и продолжала мечтать, что когда-нибудь приеду жить в Украину, если в моей стране станет невыносимо жить. Я очень активно занималась общественной деятельностью и, когда приезжала в 2012-2013 годах сюда, развитие страны было заметным. В Казахстане никакого развития я не видела.

Конкретную цель — переехать в Украину — поставила себе в 2014 году, когда ситуация с правами человека и свободой слова в Казахстане стала ухудшаться. К этому времени я познакомилась с единомышленниками с Украины, которые больше понимали меня и поддерживали, чем это было в Казахстане.

QHA: Кто эти единомышленники?

Д. Касымбекова: Как-то мы пригласили в Казахстан председателя правления Центра информации о правах человека Татьяну Печончик. При встрече стало понятно, что этот человек понимает меня с первых минут, и когда я сказала, что ищу работу в Украине, она меня радушно поддержала. Именно благодаря этому знакомству я теперь работаю в Центре информации о правах человека. Хотя и называю сотрудников центра друзьями и коллегами, однако могу сказать уверенно — это моя вторая семья.

QHA: Общественная деятельность в Казахстане не настолько развита как в Украине?

Д. Касымбекова: Причина в том, что почти тридцать лет у власти находится один и тот же человек — Нурсултан Назарбаев. В течение своего единоличного правления он сделал все, чтобы люди боялись выходить на улицы отстаивать свои права, не могли свободно думать и развиваться. В риторике власти и всех СМИ заложена основная мысль: главное — стабильность. Однако когда стабильность переходит в застой, это уже совсем другое.

В Казахстане стрелять в людей, которые вышли на мирную акцию — это нормально, ведь те вышли против решений власти, что не приемлемо. В Украине же мы видим, чем закончилось избиение студентов. Казахстанские власти, усматривая хоть какую-то небольшую активность, делают все, чтобы уничтожить ее. Поэтому те, кто долгое время борется, не выдерживают и ищут возможности, чтобы просто уехать из Казахстана. Тех, которые остались продолжают или задерживать, или арестовывать. Журналисты, даже, казалось бы, независимые, пишут очень аккуратно, чтобы их не привлекли к ответственности за любимыми статьями в РФ и в Казахстане — разжигание межнациональной розни или организация несанкционированных митингов.

QHA: В Казахстане ты была, в том числе, и волонтером в фонде «Молодежная информационная служба Казахстана». Чем занимался этот фонд?

Д. Касымбекова: Цель фонда — повышение общественной активности молодежи Казахстана через обучение, информационное сопротивление, обмен опытом между странами и тому подобное. В этой активности меня вдохновляла именно украинская молодежь, которая очень креативная и отважная. Власти опасались, что именно наша организация произведет революцию в Казахстане. Например, когда в 2005 году мы пригласили украинских журналистов и тренеров на конференцию, власть побоялась, что они устроят революцию, и всячески препятствовала. А в прошлом году в четырех городах должна была пройти молодежная «НЕконференции Zhascamp». В двух городах ее провели нормально, в других — пытались запретить. Через эту «НЕконференцию» было совершено физическое нападение на мою лучшую подругу, а в последнем городе, где даже было заплачено за отель, ее вообще не разрешили проводить. Мы учили молодежь различным механизмам развития социальных проектов, а не как делать коктейли Молотова, однако объяснить это власти не удается. Она больше всего боится "революции в головах".

QHA: Откуда у молодой девушки взялось желание что-то менять в своей стране, зная, что это может закончиться не лучшим сценарием? Возможно, воспитание дало о себе знать?

Д. Касымбекова: Дело не в воспитании. Мои родители, узнав, что я начала заниматься общественной деятельностью, отговаривали. Я с детства, когда видела несправедливость, говорила об этом открыто. Мама всегда говорила: «Динара, ты же девочка, сиди дома», а я всегда ей возражала, и каждый раз повторяла, что нельзя молчать. В Казахстане девушек воспитывают как продолжательниц рода, которые должны сидеть дома и "варить борщи". А если девушке это не по душе, общество пытается сделать все, чтобы она это полюбила.

Возможно, я просто наивная, но верю в реинкарнацию украинской души в Казахстане, не выдержавшей жизни там. Конечно, я считаю себя патриоткой Казахстана, и был период, когда искренне верила в возможность перемен. Однако наступил момент, когда поняла, что бьюсь об эту стену одна, а несколько моих друзей настолько устали, что не видели пути двигаться дальше. Если бы я в Казахстане имела такую поддержку, как в Украине, возможно и можно было бы говорить о каких-то изменениях.

QHA: Как показывали оккупацию Крыма в казахстанских СМИ?

Д. Касымбекова: В Казахстане было много дискуссий об оккупации. Система пропаганды, которую применяет сейчас ФСБ в Крыму и спецслужбы в Казахстане — очень похожа. Что касается Крыма, то проводилась стандартная пропаганда — 97% крымчан хотели присоединения к России. Кабельное телевидение показывало всю российскую пропаганду. Интернет-издания активно работали в этом направлении. Было несколько независимых изданий, однако власти сделали все, чтобы уничтожить их. В частности, недавно по политическим мотивам задержали главного редактора газеты «Трибуна» — единственной независимой казахскоязычной газеты.

Работая в банке, часто поднимала дискуссионные вопросы среди сотрудников, связанные с Революцией Достоинства. Люди верили, что в Киеве и Львове нельзя общаться на русском языке, что там распинают детей и т.д. Когда оккупировали Крым, все настолько были одурманены пропагандой, что везде кричали «Крымнаш». Я спрашивала: "Какой же он ваш, вы же казахстанцы!" За это некоторые знакомые журналисты прозвали меня «казахской бандеровкой».

Запомнился еще один случай, уже после аннексии Крыма. В Казахстан приехала украинская музыкальная группа «АтмАсфера», который поет на украинском языке. Именно этот день совпал с российским Днем ВДВ (Воздушно-десантных войск). Рядом с собой я услышала пьяные выкрики — «Крымнаш», «Россия вперед» и т.д. Я не выдержала и вернулась к ним, спросив: "Чей Крым?" Понимала, что самостоятельно не разберусь с ними, поэтому подошла к охранникам и попросила выгнать их с концерта.

На следующий день одна из девушек, которая была среди этих безумцев, написала пост, мол, бандеровцы (то есть я!) изгнали казахстанцев, с концерта. Как позже оказалось, это были те россияне, которые приезжают в Казахстан и любят заявлять, что их права здесь ущемляются.

QHA: Можно ли сказать, что казахстанцы продолжают себя идентифицировать частью «большой советской семьи»?

Д. Касымбекова: Это не совсем так. Рядовые граждане верят в ту пропаганду, которую проводит сам президент Назарбаев, что Казахстан — огромное, независимое, процветающее, развивающееся государство. Да, развитие есть, но только в четырех городах — Астана, Алма-Аты, Шымкент и Атырау. А если поехать в другие регионы или деревни — там совсем другое, люди думают, как прожить день. Однако пропаганда о том, что Назарбаев — это крутой президент, а все революции приводят к краху, как это якобы было в Украине и Кыргызстане, делает свое дело.

QHA: Какая политическая ситуация в Казахстане?

Д. Касымбекова: В стране есть несколько политических партий, но главная - это президентская партия «НурОтан». Политики заявляют, что в стране есть оппозиция, но это не так. Все существующие партии (их девять) являются зародышами партии Назарбаева. В Украине выборы проходят иначе — предвыборная кампания похожа на борьбу интересов. В Казахстане из всех плакатов только видишь «НурОтан» и «Назарбаев — это твой лучший выбор». Он сделал все, чтобы у него не было конкуренции. Ему 76 лет, но уходить он не хочет. Лет пять назад появилась информация, что Назарбаев планирует передать власть преемнику. Он обращался с этой кандидатурой и к Китаю, и к России, спрашивая, подходит ли им такой новый президент. Они не утвердили... А спросить людей мысли не возникало?!

Люди, приближенные к президенту, рассказывают, что боятся приходить к нему с плохими новостями. Например, о том, что в 2011 году казахстанцы выходили полгода на митинги, голодали, ему ничего не было известно. Узнал он об этом только тогда, когда британский певец Sting отказался приезжать на его день рождения из-за нарушения прав человека. Сказать Назарбаеву о такой критической ситуации в стране просто побоялись, ведь людей, которые приходят к нему с плохой новостью, арестовывают и сажают по статье за "ложную информацию".

QHA: Сможет ли общественное сопротивление изменить ситуацию?

Д. Касымбекова: Правозащитники и люди, которые активно занимаются общественной деятельностью, сначала протестовали против такого произвола. Однако чем дальше, тем больше они видят, что сценарий не меняется, и уже согласны на мирный сценарий смены власти — преемника, но который бы хоть на каплю думал о правах человека. Внешне кажется, что ситуация в стране замечательная. Назарбаева даже номинируют на Нобелевскую премию. Внутри все иначе... Однако украинский сценарий смены власти в Казахстане не воспримут, ведь люди настроены «против», считают, что это приведет к гражданской войне.

QHA: Люди, которые открыто высказывают свое мнение, подвергаются преследованию?

Д. Касымбекова: Политическая система в Казахстане работает так же, как и в Российской Федерации. Например, когда человек пишет какой-то пост в соцсетях, который не нравится службе безопасности, ему сразу же звонят и вызывают на разговор. За пост! Или вспомнила еще пример из своей общественной деятельности. Практически у каждой девушки-активистки был «свой» представитель службы безопасности, с которым они ходили на так называемые профилактические беседы. Иногда это вызывало смех, но когда начинаешь задумываться, то понимаешь, что ты под огромным колпаком. Постоянно чувствовалось слежение.

QHA: Недавно популярность в соцсетях получил видеоролик с казахстанским парнем, который обклеил себя деньгами и предлагал их тем, кому они нужны. За это его забрала полиция...

Д. Касымбекова: Да, казахстанская молодежь пытается делать различные социальные эксперименты. Например, в Кыргызстане есть огромная проблема — это кража девушек. Кыргызская молодежь провела социальный эксперимент. Молодые люди похитили девушку на глазах у людей и наблюдали за их реакцией... А в этом случае парень, зная, какая затруднительная экономическая ситуация в стране, вышел раздать деньги. За это ему выписали штраф, обвинив в организации митинга. Я напомню: он вышел один! Но нечему удивляться, ведь в Казахстане, в отличие от Украины, мирные собрания имеют разрешительный характер. Самое интересное, что когда ты выходишь на митинг впервые или во второй раз, тебе дают штраф в размере 15-20 МРП (Месячный расчетный показатель в Казахстане), на третий раз — человека задерживают на 15 суток.

QHA: Тебя также забирали на подобных акциях, пикетах или митингах?

Д. Касымбекова: Да, конечно. Например, три-четыре года назад были внесены очередные изменения в пенсионную реформу Казахстана, с которыми многие были не согласны. Люди вышли на мини-марш. Подобного опыта активисты не имели, и очень удивились, как работает местная полиция. Сначала она наблюдает за митингующими, вылавливает активных, затем прессует их в полицейские «бубасики». А в тот раз местный «ОМОН» перекрыл доступ и выстроил «стену» между активистами и полицией. Те, кто впервые пришел, были шокированы. Однако это стало обычной практикой.

QHA: Когда переехала в Украину, сразу решила изучать украинский язык? Ты могла бы этого не делать и говорить по-русски...

Д. Касымбекова: Желание выучить язык тоже связано со Святославом Вакарчуком и его творчеством. «Океан Эльзы» — самая популярная украинская группа среди стран постсоветского пространства. Большинство иностранцев из Европы или стран СНГ впервые слышат украинский язык и восхищаются им именно благодаря «Океану Эльзы». Это классно, когда творчество такого коллектива вдохновляет людей не только своей страны, но и далеко за ее пределами.

Первой песней «Океанов», которую я услышала, была «911». Меня очаровала язык — такой ласковый и мелодичный. Все сверстники мечтали выучить английский, а я — украинский.

Когда переехала в Украину, не осталось сомнений, что надо выучить государственный язык... и изучить в совершенстве. Я сразу пошла на бесплатные курсы украинского языка, где, к своему удивлению, услышала, что у меня хорошее произношение. Помогли изучить язык и мои друзья, которые со мной разговаривали только на украинском, поддерживали и исправляли произношение или какое-то слово.

QHA: А касательно языкового вопроса в Казахстане? Он так же остро стоит, как и в Украине?

Д. Касымбекова: В Казахстане государственным языком является казахский, а язык межнационального общения — русский. То есть, большинство общается на русском языке, кроме некоторых городов южного и западного регионов. Новостные выпуски на ТВ, радио, обучение в школах и вузах, вывески на магазинах — на двух языках. Среди важных проблем Казахстана — вопрос книг на казахском языке. Если в Украине ты в любом книжном магазине можешь купить книгу на украинском языке, то в Казахстане это очень сложно — 90% книг издаются на русском. Если и есть казахские книги, то они имеют некорректный перевод. Людям, которые работают по собственной методике обучения казахскому языку, не дают развиваться. Любые новации воспринимаются в штыки. Такая современная политика Казахстана.

QHA: Ты решила навсегда остаться в Украине?

Д. Касымбекова: Да, я приехала сюда навсегда.

QHA: Родители поддерживают это решение?

Д. Касымбекова: К сожалению, нет. У нас и раньше были различные мнения относительно моей активности. Они меня поддерживают, ведь я единственная дочь, однако не принимают это решение. Еще полтора года назад я думала, что это временно и скоро я вернусь в Казахстан. Однако после своей последней поездки в очередной раз убедилась, что, к сожалению, не чувствую себя в своей стране нормально. В Украине я могу спокойно выражать свое мнение, что мне очень нравится. Конечно, и здесь нарушаются права человека, но хотя бы есть возможность выйти, сказать об этом, двигаться, что-то делать, «пинать» власть, в конце концов... В Украине же у меня вырастают крылья!

QHA: Спасибо за интересную беседу и любовь к Украине.

Д. Касымбекова: И тебе спасибо.

Беседовала Ольга Волынец

QHA