КИЕВ (QHA) -

Игорь Кабаненко, адмирал ВМС Украины, дал корреспонденту QHA развернутое интервью о войне на Донбассе, провокации в Крыму и обороноспособности украинской армии в случае агрессии России.

«В Кремле не учли, что в Украине в ходе военной реформы по западной модели созданы силы специальных операций, которые не подчиняются ГУР, – россияне примеряли на нас собственную кальку»

QHA: У меня к Вам вопрос о провокации в Крыму. Уже не первую неделю звучат абсурдные обвинения со стороны России, якобы Украина направляет на полуостров диверсионные группы для совершения террористических актов. С точки зрения военного, с какой целью Кремль устраивает такие провокации и чего он добивается от Украины?

Игорь Кабаненко: Во-первых, мы должны понять, что это действительно провокация. На самом деле этого нет. Это вымышленный пропагандистский трюк, который имеет свою цель и свои задачи. Конечно, мы об этом можем только догадываться.

На мой взгляд, здесь есть несколько аспектов. Первый аспект – конечно, политико-дипломатический, цель которого – развернуть западный политический истеблишмент, показав, что якобы Украина применяет террористические методы. Ведь это все было сделано под видом террористических действий, в самый разгар курортного сезона, чтобы создать иллюзию, будто была попытка его сорвать.

Это абсурд. И это абсолютно исключено. Ведь таких задач у подобных подразделений вообще нет. Но речь даже не об этом. А речь о попытке Кремля развернуть Запад против Украины. Если Украина проводит в Крыму террористические акты и нарушает все, что можно нарушить, следовательно, она должна быть наказана.

С другой стороны, там вопросы, связанные с выборами, – это второй аспект. Это внутренний фактор, ведь в истории России достаточно примеров, когда она пыталась решить внутренние проблемы прорисовкой себе внешнего врага как в ближайшем, так и в дальнем измерении и переключением общества на него путем подогрева общественного мнения: «Вот у нас есть коварный враг, и мы должны с ним бороться, а внутренние проблемы пока подождут».

Третий аспект – конечно, военный. Знаете, в этом инциденте было много чисто русского восприятия. Они заявили, что якобы это действовали представители украинского ГУР (Главного управления разведки). Но на самом деле наш ГУР таким не занимается, у него совсем другие задачи. В Кремле не учли, что в Украине во время военной реформы по западной модели созданы силы специальных операций, которые не подчиняются ГУР. Они примеряли собственную кальку (в России подразделения специальных операций входят в состав ГРУ – Главного разведывательного управления).

То есть все это было придумано и ориентировано на гражданское общество, на дестабилизацию ситуации как на континентальной части Украины, так и в Крыму.

Я думаю, мы должны вынести определенные уроки, чтобы в дальнейшем предупреждать возможные провокации.

QHA: Насколько Украина сейчас способна обороняться, если Россия попытается начать полномасштабное наступление?

Игорь Кабаненко: Я думаю, на данном этапе широкомасштабная или региональная война, которая, как некоторые говорят, может стать началом третьей мировой, маловероятна. Потому что это путь самоуничтожения России – там недостаточно ресурсов, чтобы вести такие войны. В то же время есть возможности достигать каких-то оперативных результатов, наносить удары в оперативной и стратегической глубине, применяя авиацию, разведывательно-диверсионные и аэромобильные подразделения. Есть также возможности действовать в гибридном формате. Но сегодня Кремль не имеет потенциала вести масштабные операции стратегического уровня на широком фронте.

Эта война, по высказываниям многих, – вооруженная борьба нового поколения, или гибридная война – построена на внезапности, мобильности, точечных и выборочных действиях, а также манипуляциях общественным сознанием. В общих чертах российская стратегия этой войны предполагает поиск слабых мест в нашей системе обороны, целевое влияние на них в благоприятный момент для формирования зон нестабильности, достижение собственного превосходства (господства) в этих зонах и их расширение. Следует четко понимать природу этой войны, которая ведется как военными, так и не военными средствами – в дипломатической, информационной, кибернетической, экономической, религиозной и других сферах, то есть охватывает все сферы жизни общества.

Конечно, это требует соответствующей адекватной реакции. Во-первых, мы должны сами понимать, где у нас слабые места. Во-вторых, делать все, чтобы закрывать для врага возможность продвижения по этим направлениям. В-третьих, сдерживать противника для того, чтобы он отказался от агрессивных планов. Что такое сдерживать? Это иметь возможность нанести агрессору непоправимый ущерб в случае его наступления.

«Фактически Кремль сегодня использует Донбасс в качестве полигона для обкатки новейших решений в области вооружения и их применения»

QHA: А как насчет эскалации конфликта на Донбассе?

Игорь Кабаненко: Это также является свидетельством русского стиля гибридной войны – держать в напряжении, угрожать, влиять на морально-психологическое состояние и тому подобное.

Конечно, с нашей стороны должны быть адекватные меры.

QHA: Если сравнивать с прошлыми годами, насколько Украина сегодня обороноспособна? Удалось ли за два года восстановить армию?

Игорь Кабаненко: Безусловно, в Украине много сделано для восстановления вооружения и военной техники, ее модернизации.

Но это война технологическая. Для достижения цели в ней широко используются новейшие технологии, информационные и не только. Фактически Кремль сегодня использует Донбасс в качестве полигона для обкатки новейших решений в области вооружения и их применения. Поэтому ответ на все это должен быть также технологичным.

Знаете, симметричным ответом очень трудно будет достичь цели. В данном случае симметрия требует огромных ресурсов и не является эффективной с точки зрения природы этой войны. На мой взгляд, судьба этого конфликта будет решена именно путем технологического превосходства. И сторона, которая будет иметь технологические преимущества в широком смысле, сможет достичь тех результатов, к которым она стремится. Поэтому мы должны не гоняться за симметрией, а воплощать те вещи, которые построены на новейших технологиях – лазерных, радиокоммуникационных, симуляционных, на новейших материалах и так далее.

QHA: Пожалуйста, назовите конкретные примеры видов оружия, которые разработаны сегодня в Украине.

Игорь Кабаненко: На самом деле на уровне научно-исследовательских конструкторских работ задела хватает. Не хватает только реализации этого задела на практике. Это вопрос построения прагматичного государственно-частного партнерства в сфере обороны, создания офиса главного ученого, как в Израиле, который будет отвечать за воплощение лучших разработок, в частности, за поддержку стартапов в оборонной сфере. Нам надо по-другому смотреть на государственный оборонный заказ, создавать живучие боевые системы.

На мой взгляд, больше внимания следует уделять Военно-морским силам Украины.

QHA: Россия вкладывает много денег в военную отрасль – сможем ли мы ее догнать?

Игорь Кабаненко: Я бы не ставил так вопрос – догнать. Россия наращивает наступательные способности, а Украина – миролюбивое государство, которое никому не угрожает. Вместе с этим мы должны иметь современный оборонный потенциал, чтобы удерживать, гарантировать неприкосновенность, территориальную целостность и суверенитет государства.

QHA: Действительно ли Украине нужно летальное оружие из ЕС или США?

Игорь Кабаненко: Мы в этом цивилизационном конфликте стоим на первом рубеже и защищаем западное общество, демократические ценности. И мы сегодня видим консолидацию вокруг Украины и поддержку со стороны США и западных стран.

Почему речь идет о летальном оружии? Вообще, сама формулировка – летальное оружие – мне немного непонятна. Я как военный человек привык оперировать такими понятиями, как наступательное и оборонительное оружие. Вот если говорить об оборонительном оружии – то почему бы не помогать Украине защищать себя и своих соседей? В этом есть смысл. Это вопрос политико-дипломатический и касается многих аспектов.

«Я сторонник концепции так называемого москитного флота. Ее разделяют и многие эксперты наших западных партнеров»

QHA: Некоторые специалисты говорят, что чтобы использовать летальное оружие, которое предоставляют США или другие страны, нужно иметь соответствующих специалистов и возможность ремонтировать его. А в Украине с этим проблемы: нет квалифицированных людей и заводов, которые могли бы изготавливать детали к такому оружию.

Игорь Кабаненко: На самом деле наша страна имеет огромный технологический потенциал. У нас очень хорошая политехническая школа. Многие наши выпускники, к сожалению, работают в других странах и показывают там хорошие результаты. В том числе и в нашей компании есть ребята с очень сильной системной инженерной и технологической школой. То есть система подготовки инженерных кадров и образования в целом у нас неплохая. Она позволяет нашим воинам достаточно быстро овладеть любым новым современным оружием.

С другой стороны, все новейшие современные системы имеют дружественный интерфейс. Это не является чем-то, чем должен руководить академик. Это рассчитано на уровень солдата, на его интеллектуальную и образовательную подготовку.

Украинцы всегда были хорошими воинами. Даже наши коллеги с Запада после обучения говорили, что украинские военнослужащие – это высокопрофессиональные ребята. Я сам принимал участие во многих учениях и мероприятиях и видел достаточно высокий уровень понимания военной техники.

QHA: Украина после аннексии Крыма потеряла большую часть своего флота, ведь многие военные корабли остались там. Возможно ли восстановить такие огромные потери?

Игорь Кабаненко: Чтобы восстановить свой военно-морской потенциал, Украина может использовать открытое окно возможностей в рамках военно-технического сотрудничества со странами Запада. Прежде всего, закупить у наших партнеров современные платформы. И поверьте – это действительно высокотехнологичные изделия и системы, которые позволяют сдерживать другую сторону, создавать зоны безопасности, обеспечивая территориальную целостность и суверенитет нашего государства на море.

Я сторонник концепции так называемого москитного флота. Ее разделяют и многие эксперты наших западных партнеров. Это построение небольших быстроходных (более 50 узлов) платформ – малозаметных, но мощных с точки зрения возможностей морского оружия, расположенного на них. За цену одного корвета можно построить десятки таких платформ, которые смогут защитить Украину от активированных угроз на море.

Понимаете, морская среда – это не стена, а дорога, то есть, с одной стороны, возможность осуществления экономических перевозок, добычи полезных ископаемых, ведения морехозяйственной деятельности и тому подобное.

С другой стороны – по этой дороге может прийти беда, угроза. Иногда для этого достаточно нескольких часов. Поэтому нужно иметь соответствующую систему быстрого реагирования с целесообразными боевыми возможностями.

QHA: Россия захватила украинские газовые башни в Черном море, нарушив водную экономическую зону. Почему Украина не смогла защитить свое имущество?

Игорь Кабаненко: На сегодняшний день эти башни расположены на Олимпийском и Голицынском газовых месторождениях континентального шельфа Украины, на который распространяются суверенные права нашего государства. Эти права закреплены международными конвенциями и соглашениями и являются неотъемлемым элементом суверенитета Украины. Но сегодня, к сожалению, там хозяйничает другая страна.

Это вопрос к руководителям, которые за это отвечают. Если не хватает возможностей для реагирования, почему они не создаются в приоритетном порядке? Хотел бы подчеркнуть, что с самого начала планы Кремля были направлены на овладение украинскими приморскими территориями, ведь от них зависят размеры богатых полезными ископаемыми и морскими ресурсами акваторий страны, морской экономической зоны и континентального шельфа. Для защиты суверенных прав Украины на море нам нужно много разных боевых катеров, как отечественного, так и зарубежного производства.

Этот достаточно серьезный вопрос беспокоит меня как гражданина Украины и военного моряка, он должен решаться быстро и результативно. Но за два последних года сделано немного.

«Выжидательная позиция обречена на поражение. Избегание рисков любой ценой – это всегда поражение»

QHA: По Вашему мнению, можно ли было избежать аннексии Крыма или все же было поздно что-то изменить?

Игорь Кабаненко: Нам нужно вынести уроки из аннексии Крыма, а мы этого не сделали, к сожалению. Ряд моментов был связан с тем, что не было четкого политического и военного руководства. С другой стороны, не нашелся человек, который бы в критической ситуации, опираясь на Закон о Вооруженных силах Украины, Закон об обороне Украины, взял бы на себя ответственность и действовал в соответствии с законодательством. И ничего кроме! Все в Киеве чего-то выжидали, чтобы никого не провоцировать.

Подобный пример выжидательной позиции всегда обречен на поражение. Избегание рисков любой ценой – это всегда поражение.

QHA: Как Вы оцениваете действия Минобороны на Донбассе? По Вашему мнению, правильно ли только стоять и держать свои позиции, даже когда тебя постоянно обстреливают из тяжелой артиллерии, при этом не отстреливаясь и не оказывая достойного сопротивления врагу?

Игорь Кабаненко: Это очень непростой и не такой однозначный вопрос, как может показаться на первый взгляд. Есть несколько измерений этой ситуации. Бесспорно, то, что гибнут люди, – это недопустимо.

С одной стороны, мы говорим, что это война, а с другой – что это антитеррористическая операция. С одной стороны, мы говорим, что защищаем свою землю, и это действительно так, а с другой – есть жесткие политические ограничения, которые удерживают украинскую сторону от боевых действий. Иначе нас могут обвинить в открытии огня первыми. Поэтому в этом вопросе больше политико-военной окраски.

Мы должны искать выход из сложившейся ситуации. Ведь на Донбассе она несколько статична, с колебаниями в ту или иную сторону. Вот, например, взять празднование 25-й годовщины независимости Украины: мы увидели перегруппировки войск, русскую ротацию, прибытие новых эшелонов и тому подобное.

Все эти аспекты очень тревожны и они требуют решения. Мы понимаем, что Россия это все поддерживает, поставляет тяжелую технику, использует своих военнослужащих. Мы должны реально понимать, что из-за прямого участия РФ в конфликте будет трудно двигать эту конструкцию в сторону или возврата этих территорий, или предоставления им статуса. Хотя я лично скептически отношусь к присвоению особого статуса Донбассу.

Из сложившейся ситуации нужно искать выход различными способами и приемами.

QHA: Это замороженный конфликт, который может затянуться на годы?

Игорь Кабаненко: К сожалению, индикаторы свидетельствуют, что этот конфликт – на годы.

QHA: А что Украина может сделать в данном случае?

Игорь Кабаненко: Мы должны искать возможности не только на военном и не только на политико-дипломатическом уровне. Мы должны искать возможности в разных измерениях.

Я был на последней Рижской конференции НАТО, и там звучала позиция экспертов, что основное поле битвы в гибридной войне – это сознание граждан. Системной базой обороны в этих условиях является единство общества, основанное на его цивилизационном выборе. Это как живучесть боевого корабля – возможность корабля противостоять боевым и аварийным повреждениям, сохраняя при этом свою боеспособность и боевую устойчивость. Например, при боевых повреждениях на корабле есть такие системы, благодаря которым можно вовремя погасить пожар, переключиться на резервное оборудование, поставить пластыри и т.п., после чего корабль будет продолжать выполнять боевую задачу в море. У него есть конструктивные, организационные, технические и другие способы противостоять действиям врага. Подобные вещи нужны и в обществе, чтобы выстоять и победить.

Нужна выдержка общества, умение эффективно противостоять гибридным угрозам. Я думаю, что это правильный путь. И мы должны построить подобную конструкцию живучего общества именно с точки зрения адекватного восприятия всего того, что происходит, и противостояния угрозам, чтобы враг не имел шанса дестабилизировать ситуацию внутри страны и реализовать агрессивные планы.

«У нас есть хорошие противотанковые системы, хорошие возможности в бронетанковом, самолето- и кораблестроении, системах наблюдения, создании высокоточного оружия»

QHA: Нужно бороться с коррупцией и непрофессионализмом во властных структурах?

Игорь Кабаненко: В том числе. И не только с коррупцией – здесь есть много всего. Слово «коррупция», на мой взгляд, слишком часто употребляют. В коррупцию уже загоняют все, что можно и нельзя. Это уже такой лейбл. Здесь больше политики и пиара, чем реальных дел.

Общество должно искать способ выживания таким образом, чтобы был определенный баланс. И путь преодоления коррупции – это баланс. Когда будет минимальное расстояние до власти, когда разница между богатыми и бедными будет не такой значительной – вот где основные проблемы и вопросы, и если их решить, то тогда не будет коррупции, а будет совсем другой способ существования. А если способ существования такой, как у нас сейчас, то отсюда соответствующие проблемы: много пиара, олигархическая система, коррупция и т.д.

QHA: Многие из международных специалистов говорят, что такую гибридную войну, которую ведет Россия с Украиной, они видят впервые.

Игорь Кабаненко: Это и так, и не так. Подобные вещи были в прошлом. Но современные технологии позволяют их делать на другом уровне и более эффективно – с использованием беспилотников, средств кибервойны, современных средств управления боем, дальнобойной артиллерии и другого.

QHA: В украинском обществе идут споры вокруг возвращения ядерного вооружения. По Вашему мнению, нужно ли Украине ядерное оружие?

Игорь Кабаненко: Гипотетически это возможно, но с точки зрения миссии, роли Украины в мировом и европейском сообществе – это вряд ли нужно.

А вообще я не вижу в этом необходимости. Для чего? Мы же не хотим кому-то демонстрировать угрозу? Кому, России? Поверьте, у нас есть много других возможностей, просто их нужно развивать, чтобы защитить себя. Чтобы не угрожать кому-то, а гарантированно защитить себя.

Создание в Украине ядерного оружия не будет сдерживающим фактором от угроз. Это будет фактор инициализации каких-то вещей, которые создадут новые поля угроз. Поверьте, это так.

У нас очень серьезный человеческий потенциал. Это огромный капитал Украины, и нужно правильно его использовать.

QHA: И талантливой молодежи тоже много?

Игорь Кабаненко: Разного возраста – и молодых, и тех, кто прошел АТО, и тех, кто работал в различных сферах. У нас потенциал колоссальный, только нужно его направить и создать надлежащие условия для его раскрытия.

QHA: Может ли сегодня Украина похвастаться новейшими технологическими разработками в военной сфере?

Игорь Кабаненко: Такие работы проводятся. У нас есть хорошие противотанковые системы, хорошие возможности в бронетанковом, самолето- и кораблестроении, системах наблюдения, создании высокоточного оружия. Наша компания ЮА.РПА производит несколько высокотехнологичных продуктов, а также беспилотные системы. То есть потенциал у нас есть, но его нужно использовать и развивать.

К тому же нам не хватает прагматического государственного и частного партнерства в сфере обороны.

QHA: А кольчуги? Мы уже их потеряли или все же можно было бы их вернуть?

Игорь Кабаненко: Я думаю, что ничего не потеряно. Все начинается с людей, с их опыта и знаний. Я сторонник того, что в оборонной сфере должны создаваться современные боевые системы, а не только образцы вооружения и военной техники.

QHA: Можете объяснить, что Вы имеете в виду под определением «боевые системы»?

Игорь Кабаненко: Боевая система – это не только, например, танк в традиционном понимании. Это танк с командной системой боевого управления, системами криптованной коммуникации с другими танками и другими образцами вооружения, системами получения данных от различных сенсоров, источников информации, в частности беспилотников, с системами ночного видения и тому подобным. То есть высокоэффективные боевые средства как с точки зрения разведки, так и с точки зрения влияния на противника – бронемашины, корабли или самолеты, соединенные и оперативно совместимые с другими средствами, и все это в тесном контакте, в тесном взаимодействии.

По моему убеждению, Украина может многого достичь не только в сфере обороны, делая ставку на инновационную экономическую модель развития, основанную на современных решениях.

QHA: Сейчас 25-я годовщина независимости Украины. Какие реформы в оборонной сфере нужно проводить в первую очередь?

Игорь Кабаненко: Наш сектор обороны взял на себя серьезные обязательства: стать эффективным и к 2020 году перейти на стандарты НАТО. В стратегическом оборонном бюллетене определены пять амбициозных стратегических целей оборонной реформы, и их нужно достигать, потому что времени очень мало. Для их реализации, прежде всего, следует изменить военную культуру, отойти от советского менталитета. Это непростая, но очень важная задача.

Также следует повышать понимание технологического, маневрового (мобильного) характера ведения современной войны и использовать это на практике. И не забывать о море и важности преимущества не только на суше, но и в других средах войны нового поколения.

Элина Сулима

ФОТО: интернет

QHA