КИЕВ (QHA) -

Тщательное сокрытие российской оккупационной властью всех обстоятельств, связанных с проведением работ на территории Ханского дворца, лишь укрепляет подозрения специалистов в том, что над уникальным историко-архитектурным памятником крымскотатарского народа нависла реальная угроза уничтожения.

Катастрофическая ситуация вокруг Бахчисарайского Ханского дворца – комплекса средневековых и позднего времени сооружений, служивших в течение двух с половиной столетий резиденцией крымских ханов, стала в последнее время предметом активного обсуждения как среди профессионалов, так и в обществе.

О том, что происходит в Ханском дворце с октября 2017 года по настоящее время, являются ли проводимые работы реставрацией или ремонтом, а происходящее – умышленными или необдуманными действиями  на все эти вопросы информационному агентству QHA ответила экс-директор Бахчисарайского историко-культурного заповедника Эльмира Аблялимова.

QHA: Что представляет собой Большая Ханская мечеть?

Эльмира Аблялимова: Большая Ханская мечеть – одно из старейших сооружений комплекса «Ханский дворец», была построена в 1532 г. в правление хана Сахиба I Герая, выдающегося деятеля в истории Крыма, невероятно одаренной личности, великого реформатора. Первоначально мечеть была купольной, однако после пожара 1736 г., устроенного по приказу российского фельдмаршала Миниха, мечеть сильно пострадала и была перестроена. Кровля мечети стала четырехскатной, покрытой черепицей и увенчанной шпилем. Вопрос о необходимости реставрации объектов Ханского дворца стоит давно. Но вопрос стоял о реставрации, а не уничтожении исторического объекта под видом ремонтных работ!

Реставрация подразумевает минимальное вмешательство в исторический материал с максимальным его сохранением. Предшествуют реставрационным работам экспертизы, которые определяют степень разрушения, деформации либо утраты, состояние грунтов, фундаментов, конструктивной части здания и т.д. Эксперты (архитекторы, реставраторы и т.д.) дают рекомендации, каким образом должны быть проведены работы, объемы этих работ, технологии и строительные материалы, которые должны быть применены. Выводы экспертов ложатся в основу проекта, который, в свою очередь, должен был пройти экспертизу соответствующих органов власти.

QHA: Какие работы проведены в Большой Ханской мечети?

Эльмира Аблялимова: Мы видим манипуляцию понятиями. Нам говорят о «реставрации» или «реконструкции», по документам мы видим проведение «первоочередных противоаварийных работ», а на самом деле – это обыкновенный ремонт с применением современных строительных материалов и технологий. Нам говорят, что есть экспертизы, а на самом деле она касается исключительно сметной стоимости проекта!

На сегодня полностью разобрана черепичная кровля и ее стропильная конструкция, разобран парапет, частично разобрано перекрытие мечети с демонтажем подшивки потолка и розетки светильника.

Почему была разобрана вся кровля? Была ли в этом необходимость? Какой орган дал разрешение на разборку кровли в таком объеме? Почему применяются современные методы, а не традиционная для того периода технология? Где эти исследования, результаты экспертиз?

QHA: Сейчас зима, холодно, постоянные осадки. Имеется ли покрытие для того, чтобы осадки не проникали внутрь исторического здания?

Эльмира Аблялимова: Над зданием смонтировано временное деревянное покрытие из полиэтиленовой пленки, которая не гарантирует защиту от осадков. После дождя в начале ноября осадки попали в здание, влага проникла в перекрытие и пол молельного зала. Михраб (место для имама – прим. ред.) остается до сих пор открытым и ничем не защищен! Росписи на южном и западном фасадах здания, выполненные мастером Омером в 18 столетии, остаются открытыми до сих пор! Демонтаж балок был проведен с помощью тяжелой строительной техники (!), при этом непосредственно прилегающие к зданию Ханской мечети надгробия Ханского кладбища были покрыты полиэтиленовой пленкой! И это только то, что мы можем видеть!

QHA: То есть все вышеописанное ничего общего с реставрацией не имеет…

Эльмира Аблялимова: Да. И подчеркивает намеренное уничтожение нашего исторического наследия! Показывает отсутствие уважения к нашей культуре. Демонтированная черепица, балки, часть стен, которые были варварски разрушены при разборке кровли Ханской мечети, должны быть переданы на хранение музею. Однако, балки были зачем-то распилены. Кто провел сортировку на годность древесины? Зачем их распилили? Кто принимает эти решения?

В нашем распоряжении имеется акт освидетельствования демонтажных работ, которым списываются как «не представляющая историческую ценность» часть черепицы, а бутовая кладка стен признается «каменной мелочью». Вы можете себе представить? При этом среди подписантов нет ни одного научного работника, реставратора, представителя отдела учета фондов!

Вместо традиционной техники реставрационных работ применяются современные строительные методы – заливается бетон и используется армирование.

QHA: Какими могут последствия такого варварского отношения?

Эльмира Аблялимова: Эти строительные работы приведут к уничтожению исторической ценности не только Большой Ханской мечети, но и всего дворцового комплекса.

Наша историческая память помнит события первой аннексии Крыма Россией в 1783 году, в результате которой тысячи наших соотечественников сейчас проживают вне Родины!

Наша историческая память помнит события 1917 года, когда была полностью истреблена крымскотатарская интеллигенция!

Мы помним 1944 год и все, что происходило с нашей Родиной, нашей культурой, нашими памятниками после нашей депортации! Кладбища сравнивались с землей, надгробные камни использовались для строительства туалетов, заборов, домов для переселенцев; мечети использовались под свинарники и склады – это в лучшем случае, а в худшем – взрывались.

Сейчас у нас есть Ханский дворец, символ нашего государства, которое влияло на процессы, происходящие не только в бассейне Черного моря, но и на всем пространстве земель между Черным и Балтийскими морями! Мы должны объединиться и потребовать у оккупанта остановить его разрушение.

ФОТО предоставила Эльмира Аблялимова

QHA