КИЕВ (QHA) -

Верховная Рада Украины 14 апреля назначила новый состав Кабинета министров. При этом появилось новое ведомство – Министерство по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц. Его возглавил Вадим Черныш.

По чьей инициативе было создано отдельное Министерство по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Украины?

– Идея, конечно, исходила от народных депутатов, поскольку Верховная Рада меня утвердила в качестве министра, а затем, собственно, было создано министерство. То есть импульс шел от парламента, но президент в своей речи, когда подавал двух членов правительства, тоже вспомнил об этом министерстве. Я думаю, что это общая политическая воля Верховной Рады и Кабинета министров, поскольку он дал старт Министерству как юридическому лицу.

Почему оно создано? Потому что мы находимся сейчас в состоянии вооруженного конфликта. Часть территории оккупирована, часть территории не контролируется правительством. Министерство нужно, чтобы реагировать на последствия этого конфликта, но подчеркиваю – мы не военные, мы не составляющая сектора безопасности, мы занимаемся другими вещами, которые связаны с конфликтом.

Есть упреки, что Государственное агентство Украины по вопросам восстановления Донбасса не осуществляло какой-либо заметной деятельности, а ваше министерство может стать его неработающим клоном.

– Агентство получило помещение только в декабре 2015 года. И только с января появилась часть людей, которые уже сейчас работают на министерство. Об эффективности можно будет говорить тогда, когда мы хотя бы год проработаем. Во-вторых, даже 8-10 человек, которые работали в агентстве, сделали невероятно много. Возможно, это не очень известно гражданам.

Хотя бы один проект с «Каритас», благодаря которому мы получили для помощи внутренне перемещенным лицам с востока Украины примерно 120 миллионов гривен. Из средств, которые предоставлялись благодаря сотрудничеству с международными организациями, на агентство было потрачено чуть больше двух миллионов. Десятки километров линии электропередач или водоснабжения в зоне боевых действий функционировали благодаря нашему участию и координации. Это была серьезная задача, которую ставил президент Украины, – скоординировать всех для того, чтобы обеспечить функционирование инфраструктуры в зоне боевых действий и вдоль линии столкновения.

Было восстановлено много критической инфраструктуры. Были наработаны модели сотрудничества с донорами, которые не были реализованы из-за того, что наше время было ограничено.

Какие приоритетные задачи ставит перед собой Министерство по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Украины? Есть ли уже определенный план мероприятий и первоочередных действий?

– В конце мая состоится Международный гуманитарный саммит, на котором будут подняты два вопроса, первый – политическое лидерство для преодоления конфликтов, второй – соблюдение норм международного гуманитарного права во время вооруженных конфликтов. Есть международные механизмы, с помощью которых мир пытается уменьшить количество интенсивных конфликтов и вообще избежать их. Мы идем по этому же пути. Мы начинаем понимать, как реагировать на этот конфликт, и не только военными методами.

Сейчас мы должны усилить реагирование на другие составляющие в этом конфликте. Во-первых, для противодействия. Во-вторых, для решения проблем гражданского населения. То есть многие задачи приходится реализовывать одновременно.

Возьмите европейский миграционный кризис и сравните с количеством наших внутренне перемещенных лиц – это просто невероятное количество людей. И это при том, что мы не такая уж и богатая страна, чтобы решать такие вопросы, раздавая деньги.

Поэтому министерство нужно, и нужно повышать уровень знаний всех чиновников, представителей региональных органов власти и даже общин. Мы должны создать мощную национальную систему для предотвращения подобной ситуации в других местах, где у нас могут возникнуть конфликты.

Каким образом производятся выплаты пенсий и социальные выплаты переселенцам из Донбасса и Крыма? Достаточно ли средств заложено на сегодня в бюджете на эти цели?

– Да, есть проблемы с выплатами. Есть закон Украины, который приняла ВР, и функции распределяются между министерствами. Если мы говорим о внутренне перемещенных лицах, то профильным законом предусмотрено наличие единой базы данных.

Мы сейчас подключены к этому направлению работы. Если будет изменено законодательство и мы будем полностью профинансированы (нас еще нет в государственном бюджете, мы новое министерство), тогда мы будем заниматься большим количеством вопросов.

К сожалению, о рабочих местах речь не идет  речь идет о том, как интегрировать людей в местную общину. А это вопросы, требующие стратегических и долгосрочных решений. Сейчас же надо реагировать на срочные проблемы.

Какова гарантия того, что пенсию или начисленные соцвыплаты получит именно тот человек, для которого они предназначены? Ведь сейчас существует множество схем, по которым эти средства могут попасть как к аферистам, так и к боевикам. Как с этим бороться?

– Могу сослаться на резолюцию Совета безопасности ООН, где в приложении написано о комплексе мер по реализации Минских договоренностей. Там сказано, когда мы можем сделать то, что предусмотрено в этих договоренностях. То есть украинская налоговая система должна вернуться на неподконтрольные территории. Это все прописано вместе с социальными выплатами. Поскольку там нет органов власти, то физически невозможно найти способы это сделать.

Известно, что Вы являетесь участником Минских переговоров. По вашему мнению, они действенны?

– Речь идет о том, как заставить стороны соблюдать Минские соглашения. Речь идет также о вопросах безопасности. Если мы решаем все вместе, все мировое сообщество, путем санкций, путем политических влияний, убеждений, то начинается реализация комплекса тех задач, которые там прописаны.

Сейчас количество погибших уменьшилось. Я не говорю, что это большой успех. Конфликт есть, но его интенсивность намного меньше. По моему убеждению, если санкции будут сохраняться, если мировое сообщество не отступится от принципа международного права и будет поддерживать Украину и в дальнейшем, мы сможем добиться успехов. Я действительно верю, что эти соглашения заработают.

У нас не существует другого механизма, потому что это единственный документ, который есть.

По Вашему мнению, как можно помочь людям в Крыму уже сегодня, ведь там постоянно усиливаются репрессии со стороны оккупационной власти, и больше всего страдают крымские татары?

– Есть механизмы, которые мы попробуем задействовать. Есть международное гуманитарное право, есть Женевская конвенция, предусматривающая определенные обязанности страны-оккупанта в отношении гражданского населения. Я думаю, что мы должны применять механизмы не только политические, но и механизмы, предусмотренные в Женевской конвенции, для того, чтобы достичь наших целей и защитить гражданское население.

Что сейчас может предложить министерство для того, чтобы как-то защитить крымских татар на полуострове от репрессий? Ваш план действий?

– Мы можем предложить им только международные механизмы. У нас нет там своего представительства. Там отсутствуют агентства ООН, там отсутствует международная миссия комитета Красного Креста, отсутствуют правозащитные организации. Там вообще никто не оперирует. Сначала мы должны добиться, чтобы там появились люди, которые будут профессионально заниматься защитой прав и свобод человека. Другого механизма нет.

Государственная служба по вопросам Автономной Республики Крым и города Севастополя вошла в состав Министерства по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Украины. Как изменится деятельность вновь созданного министерства в связи с этим?

– Будем привлекать их как к продуцированию идей, так и к созданию планов реализации или ответных действий. И на каждом этапе будем советоваться с ними, учитывать их наработки, систематизировать нарушения прав человека. Мы все эти наработки считаем очень ценными и применяем в нашей работе.

Конечно, мы должны запустить образовательные программы. Добиваться, чтобы возвращались международные организации. И обеспечить контакт между людьми, которые проживают на оккупированной территории и на территории материковой Украины.

Сегодня много говорится о создании на территории Херсонской области определенных центров, где будут концентрироваться службы, работающие для облегчения оформления документов переселенцам из Крыма и людям, которые хотят покинуть оккупированную территорию. Поддерживаете ли Вы такую ​​инициативу? Какие шаги в этом направлении будут сделаны, ведь многие крымчане не могут оформить ни паспорт, ни свидетельство о рождении ребенка?

– Я думаю, это дельное предложение, о котором стоит подумать. Но подчеркиваю – все ведомства, все агентства, все центральные органы исполнительной власти должны действовать как одно целое. Каждый должен взять на себя ответственность и часть работы. Мы видим себя в координирующей роли, можем обеспечивать слаженную работу во всех органах власти.

Есть какая-либо поддержка вашего министерства со стороны международных партнеров?

– Есть предварительные доноры, определенные еще несколько месяцев назад, которые готовы на честных и прозрачных условиях предоставлять средства для восстановления мира в Украине. Это целый ряд доноров, которые действуют также через двух наших партнеров: прежде всего, это Всемирный банк, мы сейчас с ним очень активно работаем.

И я надеюсь, что системы финансирования, предложенные донорам, будут настолько честными и понятными, что доноры согласятся выделять средства.

Сколько было заложено средств в бюджет на ваше Министерство и как планируете ими распорядиться?

– На министерство было заложено более семи миллионов гривен, и три миллиона на службу по Крыму. Конечно, мы попросим несколько миллионов сверху для того, чтобы арендовать и оборудовать помещение, платить за тепло и тому подобное.

В одном из интервью Вы сказали, что вернуть Крым военным путем Украине не удастся. Разработан ли уже определенный алгоритм действий по деоккупации полуострова?

– На мировой арене Крым должен звучать, как и Восток. Вы знаете, как у нас в обществе: или война  или не война. Но есть другие стратегии. Именно о них мы сейчас говорим. С общественными активистами также ведется работа, потому что они многое наработали в рамках Совета национальной безопасности и обороны. Мы это собираем, мы это обсуждаем со специалистами, с иностранными экспертами, с теми людьми, кто разбирается в проблемах мира и достижения мира, в гибридных тактиках РФ в течение последних десятилетий.

Элина Сулима

ФОТО: QHA

 

QHA