КИЕВ (QHA) -

В последние недели произошло несколько знаковых событий, которые так или иначе могут повлиять не только на мировую геополитику, но и непосредственно на российско-украинский вооруженный конфликт. О том, каким образом может отразиться на расстановке сил избрание нового президента США, удастся ли создать новые международные форматы по восстановлению суверенитета Украины и как в ближайшее время РФ будет действовать против нашей страны – в эксклюзивном интервью агентству QHA рассказал директор Центра исследований армии, конверсии и разоружения Валентин Бадрак.

Валентин Владимирович, в начале года Украина заявляла о целесообразности создания нового международного формата, который бы комплексно занимался решением российско-украинского конфликта, в том числе и вопросом деоккупации Крыма (поскольку Нормандский и Минский форматы сконцентрированы преимущественно на конфликте на Востоке). Но развития эти предложения не получили, возможно и потому, что в последний год своего президентства Барак Обама не хотел делать резких движений. Сможет ли избрание нового президента США разблокировать процессы создания таких новых форматов? Скажем, наш МИД на днях сообщил, что обсуждается создание специализированной переговорной площадки в дополнение к Нормандскому формату...

- Западный мир сегодня чрезвычайно медлителен, очень забюрократизован и неповоротлив. Он не может динамично и оперативно принимать решения. И поиск консенсуса внутри большой группы государств сегодня вредит Западу, поскольку делает его уязвимым. В свое время многие ожидали, что именно Вашингтон, именно Соединенные Штаты будут играть роль лидера и предлагать какие-то новаторские серьезные вещи. Но во времена президентства Обамы этого не произошло, Обама вследствие многих причин не захотел брать на себя миссию лидера и фактически отстранился от ситуации.

Теперь этот вызов будет передан Дональду Трампу. И перед Трампом стоит дилемма - или взять на себя роль лидера и возглавить борьбу против путинизма, или пойти на сделку с этим врагом и договориться о каких-то новых правилах игры. Вот почему ситуация столь сложная для Украины - потому что, действительно, привлекательность плана примирения для США при определенных условиях может быть высокой, а это фактически может стать ударом по Украине. И сегодня от многих усилий и многих факторов зависит то, насколько удастся убедить новую американскую администрацию в том, что следует придерживаться последовательной борьбы и не только сохранить, но и изменить ее формат.

Касательно изменения формата. Идет третий год войны, и очевидно, что РФ продавливает свое и не хочет идти на уступки. Почему не обсуждается вопрос создания коалиции не с Россией, а против России, по аналогии с антигитлеровской? Скажем, одним из месседжей тех, кто опасается отойти от Нормандского формата и Минских соглашений, является то, что Россию будет трудно, если не невозможно, привлечь к новому формату. А надо ли привлекать? Может, есть смысл отказаться от переговорных форматов с агрессором и перейти к форматам противодействия, то есть без участия России?

- Изначально можно было бы предложить абсолютно логичный формат - совместить Нормандский формат с участием всех стран, которые были гарантами суверенитета и территориальной целостности Украины по Будапештскому меморандуму. То есть привлечь к переговорному процессу США и Великобританию. Это было бы абсолютно логично, и тогда центр тяжести и баланс сил был бы в пользу западного мира.

А вот когда Россия откажется (а она наверняка откажется от такого формата), уже можно было бы как реакцию на отказ РФ создавать самостоятельный формат антипутинской коалиции. И это было бы, наверное, тоже очень логично и последовательно. Но для реализации этого плана, или чего-то похожего на этот план, нужен лидер в западном стане.

Что-то мы не наблюдаем наличия такого лидера среди стран Запада. Им может стать новый президент Америки?

- Лидера такого пока нет. В свое время Ангела Меркель пыталась стать таким лидером, но она не реализовала эту возможность, так как главной ее идеей было примирение западного мира и путинской России. В итоге Путин за счет агрессивной рискованной политики фактически навязывал Западу определенные вещи, в том числе признание своих сомнительных «достижений» - вроде захвата Крыма или запугивания путем бомбардировок в Сирии...

Но при условии, что на Западе появится лидер, пусть даже в лице непредсказуемого Трампа, это было бы очень серьезным психологическим ударом по России. Ведь Путин - психически уязвимый человек, хотя и с высоким порогом восприятия рисков. И на этом можно было бы поиграть. Косвенным подтверждением такой уязвимости РФ является ее позиция после сбития российского самолета Турцией.

Если бы перевес сил был четко и явно на стороне Запада, то позиция Путина могла бы трансформироваться. Я не говорю о том, что Запад должен завтра идти войной против Путина. Но сама консолидация и наличие лидера могли бы создать условия, при которых Путин мог бы даже отказаться от Крыма.

Но, безусловно, это я говорю очень гипотетически, потому что рассчитывать на то, что Трамп, который, еще раз напомню, не имеет никакого политического или военного опыта, сразу возьмется возглавить западный блок, а западные лидеры согласятся на это - пока это на уровне иллюзий.

И все же мир уже не просто осознает истинную роль России в конфликте, но и четко артикулирует, что Россия является агрессором и в Крыму, и на Донбассе. На этой неделе Гаагский трибунал назвал «международным вооруженным конфликтом» действия России в украинском Крыму. Аналогично оккупантом назвали Россию и в проекте резолюции ООН по соблюдению прав человека в Крыму.

- Безусловно, все это кирпичики для того, чтобы в конце концов признать Путина и его режим преступным, действительно несущим угрозу человечеству. Но мы также должны понимать, что все это не может быть реализовано за год или месяцы, это происходит очень постепенно и, к сожалению, очень медленно. Однако для того, чтобы ускорить процесс, имеются определенные возможности, и значительную часть этих возможностей Украина пытается использовать.

Главным фронтом на сегодня для нас является именно западный фронт, потому что там происходит создание представления о том, какой в ​​действительности является Украина и что по отношению к Украине надо делать. Поэтому очень важно, чтобы и негосударственный сектор, и государственные структуры Украины не пропускали никаких публичных или полупубличних мероприятий, где происходит отстаивание украинских интересов.

В 2015 году я по приглашению МИД участвовал в заседании ОБСЕ в Берлине и выступал там. Меня, например, очень удивило, что от Украины я был единственным представителем негосударственного сектора. А та же Россия была представлена ​​и послом, и двумя дипломатами, и опытными генералами, и даже академическими профессорами. Когда идет такая несопоставимая борьба, для Украины очень трудно отстоять ситуацию и доказать западному миру, что у нас происходит не гражданская война, а именно агрессия другого государства, идет война с другим государством.

В то же время надо понимать, что Украина имеет достаточно ограниченный арсенал действий сегодня. И ограниченный, я сказал бы, потенциал влияния на западный мир. Нужно совершенствовать украинскую дипломатию, переходить на другой уровень. Натовские эксперты рекомендуют не увлекаться дипломатией на уровне «government to government», а работать на уровне правительств с социумами и на уровне сотрудничества гражданских обществ. То есть надо, чтобы наша власть начала работать с западным обществом, и особенно, чтобы украинское общество привлекалось в сотрудничеству с западными обществами.

Безусловно, нужно приложить огромные усилия, чтобы имидж Украины в глазах западного общества изменился.

Вернемся к возможному развитию событий на территории Украины. В ближайшие два месяца в Америке будет проходить переход власти. Мягко говоря, им будет не до нас. Каков Ваш прогноз - воспользуется ли этим Россия, чтобы обострить ситуацию в Украине в этот период?

- Я не исключаю, что Россия будет предпринимать какие-то конкретные действия, скорее всего, речь пойдет о действиях, которые будут дискредитировать Украину. Скажем, фабрикование каких-то мнимых «украинских диверсантов». Или демонстрация ликвидаций одиозных персон якобы руками Украины. К примеру, когда известных террористов уничтожают планово и это выгодно Кремлю, но вешаются эти «собаки» на Украину.

Все это делается сознательно и очень системно. И делается это для того, чтобы создать такую ​​картинку, что имидж Украины имеет темные пятна, а значит, надо быть очень осторожным в сотрудничестве и помощи Украине. Такая дискредитационная политика в планах Кремля наверняка есть.

А чисто вооруженные действия, скажем, на Донбассе?

- Относительно использования какого-то военного рычага для обострения ситуации, думаю, что подобного не произойдет до выяснения того, какими будут отношения между Кремлем и администрацией Трампа. Потому что в такой момент откровенное обострение - не в интересах Кремля.

Поэтому, пока будет идти зондирование отношений с США, какие-либо атаки /со стороны РФ/ могут иметь локальный характер с целью внести негатив в международный имидж Украины.

Спасибо за беседу.

Беседовала Татьяна Иваневич

ФОТО: интернет

QHA