КИЕВ (QHA) -

Как ни печально, но Украина не только до сих пор не ратифицировала Римский статут, но и не сможет этого сделать до 2019 года, согласно собственному законодательству. А до этого Украинское государство не является полноценным членом Ассамблеи государств-участников и не может влиять ее на решения. Об этом юрист-международник Антон Кориневич рассказал в интервью корреспонденту QHA.  

Первую часть интервью читайте здесь.

QHA: Россия ведет гибридные войны не с одной постсоветской страной, создавая на их территориях псевдореспублики. Неужели мировое общество не видит, что происходит?

Антон Кориневич: Россия, по сути, создала пояс нестабильности на территории бывшего СССР. Например, она поставляла вооружение и способствовала военному конфликту в Нагорном Карабахе. То же самое происходило в так называемой Днестровской республике, Абхазии и Южной Осетии, а теперь это произошло в Крыму и на Донбассе.

Но я бы не сказал, что проблема заключается в отсутствии конвенции о гибридной войне. Я бы сказал, проблема в том, что РФ пользуется своим статусом постоянного члена Совета Безопасности ООН и постоянно ветирует разные решения.

Всего пять стран в мире имеют статус постоянного члена Совбеза, дающий им больше прав, чем другим государствам. Они могут забраковать любое решение, вынесенное против них. И получается, что государство, которое якобы должно быть гарантом международного мира, его нарушает. И привлечь Россию к ответственности пока невозможно.

Это не проблема понятия гибридной войны, это проблема того, как сегодня обеспечивается мир и безопасность человечества на глобальном уровне, на уровне ООН. Это уже не работает. Это нужно менять, но сейчас я не вижу политической воли в международном сообществе.

QHA: Официально в Украине нет войны, а идет антитеррористическая операция. Это может помешать при рассмотрении иска Украины против России в международном суде?

Антон Кориневич: Здесь нужно понимать, что международное право самодостаточно в определении и квалификации любой ситуации. Международное право не интересует, как государство назовет ситуацию внутри себя. Его не интересует, что ситуация на Донбассе называется АТО, ведь все прекрасно понимают, что на Донбассе — вооруженный конфликт.

И поэтому Украина внутри государства имеет правовой режим АТО, а на международной арене говорит об агрессии Российского государства.

QHA: Почему украинская власть подписала, но не ратифицировала Римский статут Международного уголовного суда?

Антон Кориневич: Она его подписала в начале 2000-х годов, но не ратифицировала. То есть Украина не является стороной Римского статута. Более того, согласно последним внесенным изменениям в Конституцию Украины, в частности в часть 6 статьи 124, Украина может ратифицировать Римский статут не раньше конца июня 2019 года. Положение о том, что Украина может ратифицировать Римский статут, в конституцию внесли, однако туда же включили положение об отсрочке на три года.

С одной стороны, украинские международные юристы абсолютно негативно относятся к этому явлению. Мы считаем, что Римский статут должен быть ратифицирован как можно быстрее.

С другой стороны, то, что Украина не ратифицировала Римский статут, сейчас, по сути, не является большой проблемой, так как Украина признала юрисдикцию международного уголовного суда ad hoc. В Римском статуте есть положение в пункте 3 статьи 12, где говорится, что государство может признать юрисдикцию Международного уголовного суда и без ратификации Римского статута, что Украина и сделала. Поэтому все эти разговоры о том, что Украина не является участником Римского статута, сейчас не имеют никакого значения.

Украина взяла на себя все обязательства по Римскому статуту, и Международный уголовный суд сейчас проводит предварительное изучение внутренней ситуации в Украине. Если он придет к выводу, что на территории Украины могли быть совершены преступления международного права, международные преступления, такие как геноцид, военные преступления или преступления против человечности, то он может начать полноценное расследование, которое завершится открытием уголовных дел в Международном уголовном суде.

То есть МУС сейчас работает в Украине, его представители встречаются с украинской прокуратурой, следователями и так далее.

На самом деле, лучше ратифицировать Римский статут, чтобы быть полноценным членом, иметь определенные права, возможность вносить какие-то предложения и влиять на решения Ассамблеи государств-участников Римского договора.

Сейчас после признания юрисдикции ad hoc мы взяли на себя все обязательства, но прав мы никаких не имеем. Мы выполняем все их решения, но при этом мы не можем вносить какие-то предложения от себя.

QHA: Международный суд ООН обязал Россию выполнить решение о временных мерах по возобновлению работы Меджлиса. Стоит ли Меджлису в дальнейшем участвовать в рассмотрении поданных в ЕСПЧ исков относительно его запрета в Крыму или решения Международного суда будет достаточно?

Антон Кориневич: Наверное, стоит, чтобы еще одна международная организация указала Российской Федерации на ее неправомерные действия. К тому же нужно восстановить регистрацию Меджлиса, чтобы он не являлся террористической и экстремистской организацией. Поэтому стоит работать в различных судах.

Также крымские татары могут индивидуально подавать в ЕСПЧ иски о том, что их права жестоко нарушаются в Крыму.

QHA: Как можно квалифицировать с уголовно-правовой точки зрения то, что в Крыму постоянно происходят репрессии против крымских татар?

Антон Кориневич: Это абсолютно незаконные действия государства-оккупанта Российской Федерации, а она, безусловно, является государством-оккупантом. Мы должны это рассматривать как возможность привлекать к ответственности в Международном уголовном суде в Гааге российских граждан, совершающих неправомерные действия.

Сейчас ситуация в Крыму предварительно изучается в МУС, что может закончиться реальными уголовными делами.

Здесь очень важно, что украинская сторона, прокуратура, следователи, которые сейчас общаются с офисом прокурора Международного уголовного суда, должны доказывать, что эти действия совершаются против крымских татар как национальной группы. Нужно приводить как можно больше цифр для того, чтобы увеличить наши шансы в суде.

Преследования крымских татар могут квалифицироваться и как преступления против человечности, и как военные преступления, за которые российские оккупанты должны ответить в Международном уголовном суде в Гааге.

QHA: Как Украина должна вести себя, чтобы убедить международное сообщество в том, что именно Россия является одним из крупнейших агрессоров на сегодняшний день?

Антон Кориневич: Украина должна максимально использовать международное право, которое сейчас — на нашей стороне. Международное право объективно говорит, что Украина права. И Крым, и Донбасс — это Украина, а Российская Федерация — агрессор, государство-оккупант, которое грубо нарушает права другого государства.

QHA: Украина одновременно подала иски в четыре международных суда...

Антон Кориневич: Да, Украина максимально задействует все свои силы. Мы говорим о международном суде ООН, о Международном уголовном суде, ЕСПЧ, где представлены несколько дел Украины против России, и Международном трибунале по морскому праву. 

Международный суд в Гааге может посадить в тюрьму на несколько десятилетий преступников, совершающих военные преступления против человечности в Крыму и на Донбассе, как сепаратистов, так и российских граждан. Он может помочь в тех случаях, когда Украина не может сама получить преступников, которые находятся вне украинской юрисдикции, за рубежом. То есть уголовный суд — это супервозможность для Украины.

Относительно Международного трибунала по морскому праву я меньше знаю, но там Украина говорит о том, что РФ нарушает конвенцию ООН по морскому праву, в частности, нарушает морское пространство Украины в Крыму.

На самом деле все эти дела имеют определенные перспективы. Важно, чтобы юридические команды, которые работают над этими делами, были профессиональными и обеспечивали высокое качество предоставляемых аргументов.

QHA: По вашему мнению, каких законов не хватает в украинском законодательстве, чтобы Украина более профессионально представляла себя в международном правовом поле?

Антон Кориневич: Я бы внес изменения в Уголовный кодекс Украины. Я бы криминализировал преступления против человечности в национальном УК. Я бы криминализировал военные преступления в таком виде, как они существуют в международном праве, так как форма, в которой они изложены в Уголовном кодексе Украины, на сегодня не актуальна.

Возможно, стоит определиться со статусом отдельных районов Донецкой и Луганской областей, которые не подконтрольны Украине. Что они такое для Украины? Какова их природа? Это стоило бы сделать, чтобы было ясно, каким образом Украина строит свои отношения с этими территориями и с людьми, которые там живут. Надо, чтобы это было не на уровне каких-то второстепенных документов, а на уровне закона.

QHA: А как насчет заявлений западных лидеров, которые требуют провести выборы на оккупированных территориях Донбасса и вдобавок не судить сепаратистов?

Антон Кориневич: Я уверен, что Украина никого не подвергала бы репрессиям даже после возвращения этих территорий в свой состав. 

Во-первых, Украина не устраивала бы репрессий, потому что это не наша политика. А во-вторых, там остались бы те люди, которые не отторгают Украину, а люди, которые ненавидят Украину, просто покинули бы ее. Не было бы в отношении кого устраивать репрессии, потому что все бы сбежали, и мы знаем куда.

Но мне кажется, что проводить выборы на территории, где находится минимум 40 тысяч войск, сотни танков, ракетных систем залпового огня, артиллерийских установок, баллистических и тактических ракет, «Точки-У», нереально. Я не представляю такие выборы по украинскому законодательству.

А европейцы и международные партнеры хотят поскорее завершить конфликт на Донбассе. Они не хотят, чтобы на Донбассе продолжалась война. Они хотят, чтобы там был мир — им не нужна война в Европе, потому что для европейцев это негатив. И они используют все возможные пути для того, чтобы это прекратилось. Возможно, они считают, что выборы приведут к этому.

Мы не должны забывать, что каждое государство имеет свои национальные интересы, особенно те государства, которые предлагают такое. Они реально хотят, чтобы на Донбассе не стреляли, а дальше — как будет, так и будет...

Беседовала Элина Сулима

ФОТО: интернет

QHA