КИЕВ (QHA) -

Ренат Параламов, которого 13 сентября похитили и пытали сотрудники ФСБ в оккупированном Крыму, и правозащитник Энвер Кадыров рассказали журналистам Тарасу Ибрагимову и Евгении Андреюк в эфире Радио Hayat о репрессиях в отношении крымских татар.

Радио Hayat: Ренат, каковы твои ощущения после большой пресс-конференции, которую ты вчера дал? И как ты себя чувствуешь на новом месте?

Ренат Параламов: Когда я рассказывал, было ощущение, что я переживаю все это заново, нахлынули воспоминания. Было сложно говорить.

Радио Hayat: Энвер, вы взялись за случай Рената. А есть ли еще кейсы, когда к людям применялись пытки с целью выбить «признательные» показания или сделать кого-то свидетелем по политически мотивированным уголовным делам?

Энвер Кадыров: Есть случаи, и они пока не предаются огласке, потому что мы хотим обезопасить этих людей, ведь они сообщают о пытках. Но если эти люди решатся, возможно, мы о них узнаем.

Радио Hayat: Почему люди не говорят об этих пытках? Ренат – один из первых, кто громко на всю страну заявил о том, как к нему применялись пытки. Ему за это нужно сказать спасибо, потому что он стал своего рода фигурой, которая может все эти случаи обобщать, будучи примером.

Энвер Кадыров: Я нахожусь с Ренатом уже долгое время, и мы с ним много говорили по этому поводу. Я вместе с ним переживал эти моменты, и думаю, что именно общественная поддержка, ведь когда его искали, поднялась вся общественность, сподвигла на то, чтобы эта история не осталась незамеченной.

Радио Hayat: Как убедить людей говорить?

Энвер Кадыров: Есть очень важный момент – сложно преодолеть моральный аспект. Есть вещи, которые человек тяжело переживает, к примеру, угрозу изнасилованием. 

Радио Hayat: Что будет происходить с делом Рената в дальнейшем? Мы увидели, что были поданы десятки жалоб в инстанции в Крыму, но они остались без ответа. 

Энвер Кадыров: На национальном уровне прокуратурой АРК было открыто уголовное производство по факту пыток Рената Параламова. Также было объявлено подозрение бывшему сотруднику СБУ Сушко Андрею Владимировичу в отношении того, что он применял пытки к Ренату Параламову.

Помимо того, что материалы собираются прокуратурой АРК, также собирают информацию и юристы УГСПЛ для того, чтобы предоставить ее в Европейский суд по правам человека.

Радио Hayat: Были ли поданы аналогичные жалобы в ЕСПЧ?

Энвер Кадыров: Я думаю, что это не последний кейс. Они были раньше, но рассказать об этом пока не могу.

Я бы хотел сказать, что если мы будем думать, что пытки на полуострове – это реальность только Крыма, то мы ошибемся. На самом деле, это общероссийская практика, и об этом говорят те немногочисленные правозащитные организации, которые пытаются работать в Российской Федерации. Статистика по Северному Кавказу показывает, что кроме пыток там широко применяются внесудебные казни. То есть людей похищают, а потом их находят мертвыми.

Радио Hayat: Ренат, вы на пресс-конференции говорили, что в 2014-м году был обыск у вашего брата по делу 3 мая. До случая в сентябре у вас или у вашей семьи был контакт с силовиками?

Ренат Параламов: Обыск у младшего брата, который происходил в 2014-м году, был большой неожиданностью для меня и нашей семьи. Но после этого случая не было никаких контактов и никаких подозрений, что кто-то следит за нами. Естественно, мы не молчали, посещали суды, участвовали в оказании помощи семьям политзаключенных по сбору средств на оплату штрафов – по 10 рублей монетами. Также участвовали в организации исламских праздников, то есть занимали активную гражданскую позицию.

Радио Hayat: У вас есть какие-то догадки, почему выбор силовиков пал на вас? Почему именно вы стали жертвой пыток?

Ренат Параламов: Я жил до 2014-го года в Алуштинском районе, и знаю многих ребят из Алушты, Ялты. Потом я переехал жить в Симферополь, и знаю многих ребят из Симферополя. После 2016-го года мы переехали жить в поселок Нижнегорский, где так же круг общения у меня немаленький. Тем более работа на рынке – это такое место, где люди постоянно приходят и общаются с тобой. То есть у меня было много знакомых, плюс я в интернете очень активно вел свой аккаунт. 

Радио Hayat: Почему вы решили открыто говорить о вашем деле, и как было принято решение переехать на материк?

Ренат Параламов: Это решение было принято мной, и меня в этом поддержали и родственники, и адвокаты, и знакомые. Я понимал, что это дело должно остановиться на мне. Я даже врагу не пожелаю того, что почувствовал сам. Поэтому я решил это все предать огласке. В Крыму было сделано заявление, но в реалиях Крыма невозможно было идти дальше, потому что требовалось медицинское обследование и необходимые экспертизы. А в Крыму экспертизу сделали поверхностно, и врач пытался как мог показать, что это не следы от ударов током, а просто царапины. Поэтому надо было выехать и сделать экспертизу. Плюс обо всем надо было сообщить.

Радио Hayat: Как вы и ваша семья себя чувствуете сейчас, после переезда?

Ренат Параламов: Привыкаем к жизни в большом городе. Нам нравится, нравятся люди, окружающая атмосфера. Здесь люди отзывчивые, спасибо им, помогают. Уже появились знакомые.

Радио Hayat: Есть ли у вас мысли о том, чтобы заниматься правозащитной деятельностью?

Ренат Параламов: Я говорил об этом на пресс-конференции, что есть не просто желание, а необходимость заняться этим делом, потому что у меня есть намерение показать мировому сообществу, что на самом деле происходит в Крыму, как лепят ярлык террористов на простых людей. Когда я им говорил: что вы делаете, я  обычный человек, отец четырех детей, они мне заявляли, что ничего личного. Поэтому я принял решение заняться правозащитной деятельностью. В Киеве я уже познакомился с Дамиром Минадировым, он рассказал мне свою историю, ведь я не знал, находясь в Крыму, что были и другие подобные случаи.

Радио Hayat: Что сподвигает людей совершать такие ужасные вещи? Уверенность в безнаказанности? Почему люди переступают эту черту? И как это можно остановить?

Энвер Кадыров: Такие вещи происходят всегда там, где имеет место наибольшее отстранение общественности от уголовных дел, в которых применяются пытки. Я имею в виду ту «борьбу с терроризмом», которую Россия воспринимает по-своему, она применяет ее для подавления инакомыслия у себя в стране. Существует много материалов ОБСЕ о том, что есть терроризм и есть права человека, и каким бы явным не было совершение преступление, права человека должны соблюдаться. Ни в коем случае не должны применяться пытки, даже если людей подозревают в совершении преступления против человечества.

Есть еще один важный момент. Люди, которые пытали Рената Параламова, и тот же Виктор Палагин, который возглавлял ФСБ Башкирии, где применялись аналогичные пытки,  это всего лишь исполнители. Основные виновники сидят в Кремле, и по их велению те люди чувствую себя безнаказанными, ибо им раздаются задания, чтобы они подавили несогласных. А Крым сформировался вольнолюбивым, и чтобы сломать его, подходят с такой жестокостью.

Радио Hayat: Вы считаете, что здесь есть политический контекст, или это желание заработать себе повышение? Ведь, к примеру, клепать дела «Хизб ут-Тахрир» – это плодотворное с точки зрения карьеры дело. 

Энвер Кадыров: Да, об этом говорят и известные российские правозащитники, и журналисты, что именно в отношении «Хизб ут-Тахрир» дела в России поставлены на поток, они должны планово сдавать отчеты о раскрытии террористических ячеек. 

Радио Hayat: Ренат, как вы считаете, чем руководствуются силовики, устраивая обыски?

Ренат Параламов: Я думаю, что они прекрасно понимают, к кому они приходят и что ищут. Например, я смотрел сводки, как происходят обыски у других людей, которые обвиняются в участии в организации «Хизб ут-Тахрир». По словам силовиков, эти люди – террористы, но они приходят не как к террористам, а как к обычным людям, и ведут себя очень свободно. Если человек пришел к террористу, он должен быть в обмундировании, при оружии, держа руку на курке. А они у меня дома ходили и у них даже оружия не было, они чувствовали себя свободно. Я считаю, что они понимают, что терроризм – это ярлык, который они умело используют, чтобы подавить народное сопротивление в Крыму, кого – склонить, а кого – напугать, а кого и выдавить из Крыма.

Радио Hayat: Вы можете рассказать, чего они хотели от вас добиться, применяя эти пытки?

Ренат Параламов: Изначально они сказали, что я должен согласиться со всем, что они будут говорить. Или я это сделаю, и не будет пыток, или я все равно соглашусь после пыток. Первый шаг, на который я должен был согласиться, это быть их «ушами», передавать им информацию. В дальнейшем, возможно, быть и свидетелем, и понятым, и клеветать. А потом при каком-то взрыве, они бы меня наверняка «слили».

Радио Hayat: В итоге после применения пыток против вас вы подписали два протокола. Один – по поводу того, что у вас якобы нашли тротил и патроны, а второй  что вы являетесь сторонником взглядов «Хизб ут-Тахрир».

Ренат Параламов: Да, согласно первому протоколу я должен был ходить и доносить им то, что я слышу. Я должен находится в специальных кругах, которые они будут указывать, ходить в мечети, на собрания. И все, что там будут говорить люди, я должен буду передавать. Мне сказали, чтобы я ни в коем случае не обращался ни к Эмилю Курбединову, ни к Эдему Семедляеву, потому что они заангажированны и проплачены. Они сказали, что сами выдадут мне адвоката, и что здесь все связано. То есть мне предлагали три года условно и работу на них. Если все будет хорошо, то я буду нормально жить своей жизнью, а если буду уклоняться, кому-то об этом сообщу, то они меня накажут.

Радио Hayat: Очевидно, что есть определенное количество человек, которые под пытками согласились на такое сотрудничество. 

Энвер Кадыров: Я думаю, у людей особого выбора нет, потому что, если отказываешься, то есть вероятность того, что тебя «потеряют». А если соглашаешься, то будет, как с Ренатом. Ему дали некоторое время отдохнуть и смириться с тем, что его участь уготовлена, и потом начинать работать. Но, к счастью, что этого не произошло, и благодаря тому, что общественность массово распространяла информацию, Рената не постигла участь Решата Аметова, которого после похищения нашли мертвого со следами пыток. 

Радио Hayat: Ренат, с тех пор, как вас нашли на автовокзале, вы находились под пристальным вниманием адвокатов, активисты делали стримы и были рядом. Какую роль такая единая защита сыграла в том, что все сложилось более или менее успешно, и вам удалось выехать из Крыма?

Ренат Параламов: Когда я находился под арестом, я видел, что они читают Фейсбук и видят, что происходит. То есть у них есть информация, они следят, и мнение общества для них небезразлично. И та поддержка, которую оказала мне общественность, их сдержала, они не смогли сделать то, что хотели.

И последние задержания в Бахчисарае показывают, что люди поддерживают арестованных, свыше ста человек пришло на суды. Террористов и преступников так поддерживать бы никто не стал. Потом по Крыму прокатилась массовая волна одиночных пикетов. Это говорит о том, что у народа другое мнение, нежели то, которое власть пытается продавить в это общество.

Хотелось бы воспользоваться случаем и поблагодарить всех, кто поддержал меня и кто не побоялся преследования. Мне очень помогла эта поддержка общества, которую я почувствовал, когда меня забирали, возле больницы, возле здания ФСБ. Я общаюсь с родственниками из Крыма, которые говорят, что люди на улице спрашивают, как я поживаю и нужна ли помощь. Спасибо всем большое.

Радио Hayat: Какой бы вы совет дали людям, которые прошли через подобные вещи, но боятся об этом говорить?

Ренат Параламов: Что-то советовать сложно в данном случае, но, если кто-то через это прошел, советую не бояться, а попытаться связаться с адвокатами и общественными деятелями, чтобы в дальнейшем с ними выработать стратегию, как выпутаться из этой паутины. Потому что все обещания, что дают те люди, которые пытают и вербуют, не стоят и бумаги, на которой все договоренности записаны.

Энвер Кадыров: Необязательно делать так, как Ренат Параламов – собирать пресс-конференции и во весь голос заявлять о том, что произошло. Достаточно юридически оформить все и выдержать конфиденциальность, а юристы будут следовать принципу неразглашения. Если человек колеблется – сказать или не сказать, я считаю, что говорить нужно.

Источник: Радио Hayat

QHA