КИЕВ (QHA) -

Украинский режиссер крымскотатарского происхождения — так позиционирует себя 25-летний Нариман Алиев. Он успешно дебютировал с короткометражными лентами: одна из них "Сенсиз" ("Без тебя") получила высокую оценку на "Берлинале"-2016. Первый полнометражной фильм под названием "Домой" по замыслу автора должен подытожить тему отношений родителей и детей, которую он раскрывал в своих короткометражных лентах. Режиссер рассказал корреспонденту QHA, почему кастинг исполнителей главных ролей объявлен за два года до планируемого выпуска картины.

QHA: О чем Вы собираетесь рассказать зрителям?

Нариман Алиев: Это идея моего азербайджанского друга Новруза Хикмета. Он сам хотел снимать, но не знал, в какой форме и о чем. Я спросил у него разрешения снимать, он сначала обиделся на меня, но потом подумал и согласился, за что я ему безумно благодарен.

Это история о младшем брате и отце, которые едут в Киев, чтобы забрать тело старшего брата и похоронить его на родине, в Крыму. Я долго думал, и концепция у меня сложилась в плане нашей сегодняшней ситуации: что такое Крым, что такое материковая Украина, много пластов наложилось. Этот фильм объединит все те короткометражные работы, которые я сделал. Тема семьи, тема отцов и детей – мне хочется подвести какой-то итог в этом плане в полнометражном кино. Это логично. В достаточно юном возрасте, когда опыта не так много, нужно снимать о том, что знаешь. Чтобы быть правдивым, я снимаю, что знаю и что мне близко. Изначально это была драма, но потом она переросла в трагедию. Тема утраты близкого человека важна для меня, я говорил о ней в своем последнем коротком метре. Теперь я говорю о провале, ментальном провале между поколениями. Наши родители выросли в Узбекистане, в тяжелых условиях. То, что им пришлось пережить, не сравнить с тем, что сейчас происходит с нами. Они добивались не успеха, им достаточно простые вещи давались огромными усилиями. В этом плане мы, их дети, очень счастливые. И существует определенное непонимания между  поколениям.

В будущем фильме отчасти найдет отражение история крымских татар и проблемы, порожденные депортацией, притеснениями нашего языка и культуры. У меня есть важная линия – религиозная. Для отца важно похоронить сына в соответствии с требованиями Ислама. Но он не готов к этому, и это все получается очень скованно, он не знает, как это сделать и ему становится страшно. Очень важно все делать или не делать осознанно, а мы многое, и обряды в том числе, делаем машинально.

QHA: На каком этапе работа над фильмом?

Нариман Алиев: Первый вариант сценария готов. Мы делали его с моей мамой. Я ей наговаривал, она записывала. Есть редактор, который мне помогает. Сейчас ведем переговоры, чтобы привлечь украинского сценариста,  чтобы сделать второй вариант, выслушать его мнение и переделать те места, которые меня не устраивают. Пока не могу назвать его, потому что нет окончательной договоренности. Продюсер фильма Владимир Яценко, он снял один полнометражный фильм «Ворошиловград» по роману Жадана (Сергея, – авт.). Мы с ним очень быстро нашли общий язык. Он верит в наш проект. Мы с ним сотрудничаем уже полгода, и с его стороны уже многое делается. С черновым вариантом проекта Володя ездил в Канны в этом году, там он больше презентовал «Ворошиловград» и, одновременно, мой проект. И на этом этапе появилось несколько заинтересованных в сотрудничестве с нами продюсеров из Германии, Болгарии и Франции.

QHA: На каком языке будет фильм?

Нариман Алиев: Герои будут говорить, как и в жизни, на крымскотатарском, украинском, русском, на суржике. Это будет очень трудно скомпоновать, но такая задача стоит. Отец и сын будут общаться на крымскотатарском, это для меня понятно. Как они будут коммуницировать с другими людьми – пока не очень понятно. Надо все согласовать с законодательством. Чтобы получить государственное финансирование, 90 процентов должно быть на языках коренных народов – украинском и крымскотатарском. Но если крымские татары заговорят на украинском, это все уничтожит – так в жизни не бывает. Если будут на русском, то меня могут зарубить, я не смогу получить финансирование. Я могу снять, как мне хочется, а потом передублировать на украинский для проката в Украине. Если все будут говорить на украинском, то мне не поверят ни украинцы, ни крымские татары.  Фильм – дорога от севера к югу, диалект меняется, природа меняется, менталитет меняется, меняется Украина, очень хочется это показать, важно это гармонично скомпоновать. Могу сказать, что это будет крымскотатарское кино.

QHA: Какая ситуация с финансированием картины?

Нариман Алиев: Это самая сложная часть работы. Деньги можно получить из нескольких источников. Первый – Госкино. Невозможно собрать самому на такое кино. Это авторское кино. Оно рассчитано не на такого широкого зрителя, чтобы автор надеялся вложить и окупить его в прокате. Любой проект – коммерческий, потому что в него вкладываются деньги. Но поиск финансирования под каждый проект – разный. Вот украинская комедия, в производство которой вложили 100 тысяч долларов, в прокате уже принесла миллион долларов. Фестивальное, авторское кино не рассчитано на такое количество зрителей. Каждый понимает свою аудиторию. Я, как дебютант, могу претендовать на стопроцентное финансирование. Но есть ограничение – дебютанту дают не больше десяти миллионов гривен. Это был бы самый легкий путь. Не знаю, как сложится, но очень хочется привлечь копродюсера, вместе с моим продюсером Володей Яценко ищем зарубежного продюсера для совместной работы. В конце ноября мы едем в Таллинн на фестиваль «Темные ночи», наш проект отобрали в индустриальную секцию. Мы посылали заявку – условный синопсис, краткое содержание фильма, режиссерское видение, продюсерское видение, бюджет. На основе этого комиссия выбирает. У нас есть возможность поехать, есть площадка для коммуникаций, куда приезжают продюсеры из разных стран. То, что нас туда выбрали, это такой небольшой «знак качества» – с нами стоит пообщаться. У меня это будет первый опыт, возможность презентовать проект и посмотреть, как люди реагируют.  Это возможность оттачивать мастерство презентации.

Работа над фильмом начинается задолго до съемок. Надо очень много сделать, чтобы фильм имел успешную фестивальную судьбу. Участие в таких фестивалях, как в Таллинне, Берлине, Роттердаме, Каннах, в индустриальной части, позволяет надеяться на то, что будет привлечен кто-то из-за рубежа. Так что, работа над фильмом идет, она пока такая "подпольная", но очень важная для того, чтобы кино состоялось. Участие позволяет встретить людей, которые будут заинтересованы с тобой это реализовать. Это очень кропотливая работа, надо иметь много терпения.

QHA: Каков бюджет Вашего фильма?

Нариман Алиев: Бюджет большой, пока не могу сказать, все будет корректироваться. Полноценный короткий метр – это миллион гривен. А полнометражное кино, чтобы все комфортно и не ущемлять себя, – это до миллиона долларов.

QHA: С местом съемок уже определились?

Нариман Алиев: Это Киев, Николаевская область, Херсонская область, часть фильма по сценарию должна сниматься в Крыму, но, скорее всего, она будет сниматься в Приазовье. Пока рано об этом говорить.

QHA: Вы уже думаете о прокате фильма?

Нариман Алиев: Я полгода работал в дистрибьюторской компании, которая занимается прокатом в Украине, и знаю, как это делается, что смотрят, а что нет. Кино – это бизнес, в котором есть свои правила, свои монополисты, есть востребованное и невостребованное зрителем.  Надо понимать реальные возможности – сколько зрителей ты можешь охватить, надо много сделать для того, чтобы люди узнали – это кино есть! Сейчас каждую неделю в прокат выходит новый украинский фильм, но люди об этом не знают. Моя задача-минимум в том, чтобы люди знали о фильме, когда он выйдет, а задача-максимум, чтобы фильм еще и понравился.

QHA: Вы планируете привлекать профессиональных актеров? Почему вы объявили кастинг на главные роли сейчас?

Нариман Алиев: Кастинг объявили заранее, потому что очень хочется найти на главные роли крымских татар. Актерский круг у нас очень узок. Есть актеры-крымские татары во Львове, в Харькове. Но мы не зацикливаемся на профессиональном образовании и рассматриваем все варианты. На роли второго плана найти актеров будет проще, у меня уже есть предложения, много людей предложили свою помощь, и это очень приятно. Но это уже в следующем году будем отбирать и смотреть. Найти актеров на главные роли сейчас важно потому, что мы хотим снять тизер, небольшой эпизод пробный с их участием, чтобы показывать в Госкино и потенциальным зарубежным партнерам, как это может выглядеть.

QHA: Вы владеете несколькими профессиями в кино.  Вы использовали эти умения во время работы над короткометражными фильмами. В полном метре это, наверное, невозможно?

Нариман Алиев: Конечно, нет. Тут придется все разделять. Самому все делать в полном метре было бы слишком амбициозно. Но мой опыт позволит мне говорить с оператором-постановщиком, например, на его языке, а это очень важно. Хотелось бы привлечь зарубежного оператора, это помогло бы привлечь деньги из-за рубежа. У нас много молодых талантливых операторов, которым не хватает практики в полном метре. Поскольку у меня нет практики на больших этапах работы, то мне достаточно страшно вступать на этот путь, поэтому один должен быть более опытным.

QHA: Когда планируете закончить работу? 

Нариман Алиев: Работа над фильмом продолжается уже полтора года. Если все будет идти по плану, то это 2019 год. Очень хочется запуститься летом следующего года. Это – если все получится с финансированием. Мы с продюсером настроены на это и будем делать все, чтобы так и произошло.

QHA