РОВНО (QHA) -

В свои 30 лет глава Центра исламоведческих исследований Национального университета «Острожская академия» Михаил Якубович не только стал одним из крупнейших украинских исламоведов, но и впервые перевел смыслы Корана на украинский язык. Сейчас он — один из немногих украинцев, кто изучает и популяризирует философское и культурное наследие крымских татар, утверждая неразрывную связь украинской и крымскотатарской культурных традиций.

Корреспонденту QHA Михаил рассказал, как возникла идея перевода Корана, кто ему в этом помогал, почему он решил посвятить жизнь именно таким исследованием, чем гордится и какие имеет планы на будущее.

QHA: Михаил, как возникла заинтересованность восточной культурой?

Михаил Якубович: Исламоведческими исследованиями я занимаюсь уже более десяти лет. Трудно сказать, почему выбираешь именно такую ​​дорогу. А, возможно, дороги выбирают нас сами. Не забывайте, что и наша родная украинская культура — одновременно и западная, и восточная. Поэтому для многих украинцев, несмотря на все сложности, восточный вектор — вполне логичен.

QHA: Как долго Вы занимаетесь переводами? С каких языков переводите?

М. Я.: Уже почти десять лет. Первый фрагмент моего перевода смыслов Корана, например, был опубликован в 2007 году в литературном журнале «Киевская Русь». Имею опыт переводов с английского и польского, но прежде всего — с арабского. С других языков переведут и без меня, а вот переводов религиозных или художественных текстов с арабского у нас очень мало.

QHA: Какие свои достижения считаете самыми важными?

М. Я.: Если речь идет о переводах, то это, безусловно, Коран и еще некоторые религиозные и философские тексты. В частности, средневековые мыслители (аль-Фараби, Мискавайг, ибн Рушд, ибн Хальдун), а также исламские мыслители из Украины, фрагменты работ которых вышли в прошлом году в моей книге о философии Крымского ханства.

QHA: Расскажите, как возникла идея перевода Корана на украинский язык?

М. Я.: Один писатель, кажется, это был Клайв Льюис, когда-то сказал, что пишет книги, которые хотел бы прочитать. Здесь речь идет о книге, которую я хотел бы прочитать на украинском. Коран — это, разумеется, не просто книга, это текст, который с мусульманской точки зрения вечен. Но, бесспорно, доступен человеческому познанию, и поэтому его смыслы могут быть изложены на другом языке.

QHA: Сколько Вы потратили на это времени?

М. Я.: Если говорить о первом издания — то около пяти лет, года три — на перевод и еще два — на редактирование.

QHA: Где сначала вышел перевод?

М. Я.: В Саудовской Аравии, в Центре короля Фагда по изданию Корана, что в Медине. Это учреждение работает с 1984 года и уже опубликовало не только миллионы экземпляров арабского Корана, но и переводы почти на 70 языков мира.

QHA: Вам помогали другие ученые? Если да, то кто? Помогали ли власти Саудовской Аравии?

М. Я.: В процессе перевода — нет, в процессе редактирования — да. Читали и мусульманские ученые, и украинские филологи, в конечном итоге была сформирована целая комиссия из саудовских ученых, которые спрашивали, как переведен тот или иной айят. Еще в 2010 году, когда я был в Медине, произошло такое сравнение. Ну и, конечно, в следующих изданиях.

QHA: Когда перевод вышел в Украине? Кого при этом привлекали и кто здесь помогал?

М. Я.: Впервые — в 2015 году, в издательстве «Основы». Это было коммерческое издание, которое и сейчас доступно в продаже в украинских книжных магазинах. В 2016 году издание для бесплатного распространения опубликовала Ассоциация мусульман Украины. Предисловие к изданию, которое вышло в «Основах», написал муфтий ДУМУ «Умма» Саид-хазрат Исмагилов (как и к турецкому изданию, которое вышло также в 2016 году в Анкаре), а вот к другому — шейх Сулайман Хайруллаев, председатель Совета Улемов восстановленного в Киеве Духовного управления мусульман Крыма.

QHA: Какова была цель перевода Корана?

М. Я.: Я сказал бы так — культурно-просветительская. Во-первых, чтобы украинский читатель мог читать на родном языке Коран, переведенный непосредственно с оригинала, во-вторых, чтобы и новообращенные мусульмане-украинцы имели уже свой текст для чтения, постепенно изучая язык оригинала и идя к тому, чтобы освоить арабский.

QHA: Возможно, глобально прозвучит — но это может стать фактором сближения между украинским народом и исламским миром?

М. Я.: Украинский народ в прошлом был частью исламского мира, я имею в виду «народ» не в этническом, а в политическом смысле, включая и крымских татар. Сам по себе перевод — это скорее вопрос личного знакомства, но в целом такого рода вещи в наше бурное время помогают задуматься над ценностными ориентирами, прочитав именно первоисточник. К чему, собственно, Коран и призывает.

QHA: Кроме этого Вы еще и автор книг на исламскую тематику. Назовите их, пожалуйста, и коротко расскажите, о чем они.

М. Я.: Их много. Из старейших — это и перевод философского труда ибн Рушда на украинский (в 2011 году), и учебное пособие по исламоведению... Сейчас готовится новое. А еще — «Ислам в Украине», «Философская мысль Крымского ханства». Завершено и англоязычное исследование о переводах смыслов Корана на славянские языки, в настоящее время работа готовится к печати за рубежом. В общем, моя «глобальноя» задача — показать не только место ислама в Украине и Восточной Европе, а и раскрыть его интеллектуальный, культурный и цивилизационный потенциал, значение для всего мира.

QHA: Исламский мир и Ровенская область. Есть ли здесь что исследовать? Я говорю о поселениях татар, других исламских групп и то, что они после себя оставили.

М. Я.: Здесь в нескольких селах вокруг Острога были татарские поселения еще с XVI века. Остались рукописные памятники — Острожский Коран, в частности, переписанный в 1804 году, кладбище и отдельные представители татарских семей, большинство которых ассимилировалось. Есть и другие вещи, которые после себя оставили острожские татары, но, к сожалению, с каждым годом все это становится историей. В отличие от Литвы, Беларуси или Польши, где действуют мусульманские общины из местных татар.

QHA: Будете еще заниматься исследованием религиозно-философского наследия Крымского ханства и Золотой Орды?

М. Я.: Даст Бог, да. Сейчас на этапе поиска и обработки новых рукописей. Конкретно интересуюсь вопросами так называемых хаваши, то есть комментариев к толкованиям Корана, написанных в Крымском ханстве. Здесь есть простор для философских, исторических, филологических исследований... Это показывает, как, собственно, читали и понимали Коран в реалиях Крымского ханства, какие особые выводы делали, как толковали производные нормы, какие акценты ставили и т.п., то есть хочу понять конкретную религиозную практику — как она прописана уже в местных документах. Это проект, который сейчас реализуют коллеги из Свободного университета в Берлине, в этой связи планируются и мои исследования.

QHA: Над чем работаете сейчас и какие дальнейшие планы?

М. Я.: Только что завершил материал, над которым работаю совместно с польскими коллегами, — это написание фундаментальной монографии о рецепции арабской культуры в Польше, там есть и «украинский след». Особенно меня интересовало значение арабской философской мысли для ренессансной философии в Восточной Европе, этот вопрос до сих пор открыт. Еще один интересный проект — это перевод уже современных художественных текстов с арабского языка, почти 300 страниц. Деталей пока раскрывать не буду, но на осень готовится очень интересное издание. И, кроме того, книга об украинских мусульманах во время событий 2013-2016 годов.

QHA: В конце — немного о путешествиях. Вы много где были. Что это Вам дало? Возможно, сравнили жизнь в Украине и в других странах? Если да, то чем наша страна иная?

М. Я.: Да, пришлось бывать и в Азии, и в разных частях Европы, и в Соединенных Штатах... Я не сторонник современного культа путешествий, картинка вокруг далеко не всегда влияет на нас так, как мы того хотели, но, безусловно, это расширяет горизонт. С другой стороны, не люблю рассказы о том, что мол, где-то там «хорошо», а у нас здесь все «плохо» и всюду «зрада». Особенно когда это слышишь от людей, которые выехали из экономических соображений и получили другое гражданство. Что у нас на самом деле бросается в глаза — очень много всего, извините, «советского», пережитков той УССР, которая якобы исчезла в 2014-м, но призрак которой до сих пор лезет изо всех щелей. И в госуправлении, и в образовании, и в культуре, и даже в религии. Но мы меняемся, у нас все равно есть определенный прогресс... Просто за волосы себя вверх не вытянешь, здесь требуется длительная и последовательная работа, хоть какой-то период стабильности, когда можно будет определить приоритеты.

QHA: Ваш взгляд на ситуацию на востоке? Что изменилось в жизни мусульман в Украине, особенно крымских татар?

М. Я.: Изменений к лучшему не произошло. К сожалению, война нанесла сильный удар по исламским институтам Украины. Ситуация с крымскими татарами — особый пример. В силу российской политики сложилось так, что отдельные религиозные группы в аннексированом Крыму преследуются. Вообще, если говорить глобально, то среди вопросов, которые дискутируются между украинскими мусульманами (а между ними есть существенные различия, это ни для кого не секрет), появился новый — вопрос патриотизма. Для одних защищать Украину в рядах ВСУ или других сил — это честь, приписанная самим Богом, для некоторых — недопустимый шаг к «войне под неисламским флагом», другие группы держат нейтралитет. Среди крымских татар, особенно переселенцев, доминирует первый взгляд, крымские татары являются активными участниками и АТО, и гражданской блокады Крыма... Но дискуссий очень много, есть попытки мобилизовать этнический фактор в религии (творить новые институты исключительно на почве своего этноса), впрочем, распространен и «религиозный романтизм» — вера в возможность построения единого исламского государства. Хочется верить, что те шаги, которые делает сегодня руководство крымскотатарского народа — а это и официальная регистрация восстановленного Духовного управления мусульман Крыма в Киеве (которая все никак не может завершиться), и голосование в Верховной Раде за проект Крымскотатарской автономии в Крыму, — будут реализованы и усилят крымскотатарский фактор на материковой Украине.

Беседовал Денис Грищук

ФОТО: Фейсбук

QHA