КИЕВ (QHA) -

Накануне праздника информагенство QHA («Крымские новости») обратилось с вопросами к члену Меджлиса крымскотатарского народа, генеральному директору информагенства QHA и Радио Hayat Гаяне Юксель.

QHA: Гаяна, сразу первый вопрос, вы отмечаете 8 марта?

Гаяна Юксель: Нет, конечно же, мы в семье как-то давно отошли от коммунистических праздников. Но на интервью, которое вы предложили, согласилась, потому что для меня это еще один повод рассказать о наших героических женщинах.

QHA: Вы – член Меджлиса крымскотатарского народа. Мы видим многих женщин-крымских татарок, принимающих активное участие в общественно-политической жизни. Складывается впечатление, что роль женщины-крымской татарки в общественных и политических процессах растет очень быстрыми темпами. Так ли это, и как на этот аспект повлияли современные реалии, аннексия Крыма? 

Гаяна Юксель: Я полагаю, что украинцы совсем недавно смогли близко познакомиться с крымскотатарским народом, погрузиться в его проблемы, в какой-то мере для многих причиной этому стала реальность, связанная с аннексией Крыма. На самом деле, наши женщины всегда были активны и играли весомую роль в общественно-политической жизни и национальном движении крымских татар. Во времена Крымского ханства женщины из ханского рода имели возможность принимать участие в диванах – для этого для них были отведены специально созданные места. Всем известно имя такой исторической фигуры, как Джанике-ханым, дочь хана Тохтамыша, которая долгое время мудро правила государством. Во времена Исмаила Гаспринского также был отмечен рост женской эмансипации. Например, его дочь Шефика Гаспринская помогала отцу издавать первую женскую газету «Алем-и нисван». Показательным был Курултай крымскотатарского народа 1917 года, когда среди 79 делегатов было пять женщин, среди которых  Шефика Гаспринская, Анифе Боданинская, Хатидже Авджы, Ильхамие Тохтар, Эмине Сабарова. В национальном движении 1960-1980 гг., основной целью которого было возвращение на родину, огромный пласт работы был на женщинах. Сейчас, во время аннексии Крыма, вновь на плечи многих женщин легли тяготы. Таким образом, наши женщины всегда были активны. Были женщины и в Меджлисе. В его нынешнем составе из 33 избранных в 2013 году  четыре женщины. Есть интересные женщины и в диаспоре. Другое дело, что сейчас меняются условия, и меняется само осознание роли женщин, поэтому считаю, что они должны иметь больше возможностей для самореализации. Традиционализм – это уже пережитки прошлого.

QHA: Какова роль крымскотатарских женщин сейчас, во время оккупации Крыма РФ, если говорить о деятельности женщин на оккупированной территории и на территории Украины?

Гаяна Юксель: Роль и суть деятельности женщин, по большому счету, не изменились. Защита прав женщины и ребенка, решение проблем семьи, воспитание детей, сохранение традиций, языка, духовного и культурного наследия. То есть все те проблемы, которые возникают у каждой семьи, у каждой женщины. Другое дело, что изменились сами условия пребывания крымских татар в Крыму. Государство-оккупант создает все условия для скрытой депортации крымских татар, уничтожая, выдавливая с полуострова всех, кто не согласен с аннексией. Оставшиеся находятся под строжайшим контролем. Всеми силами при этом создается лже-картинка счастливого Крыма. Все начинания, вся работа, которая проводилась в национальном движении, – сведены на нет. В условиях оккупации активизировалось движение крымскотатарских женщин – жен политических заключенных, мужья которых в неволе, а дети растут без отцов. И сколько там сейчас Россия не пытается что-то делать, например, при муфтияте открыли женские организации, но прежнего уровня активности нет и не может быть.

QHA: По сравнению с украинками, что можно сказать про роль крымских татарок в общественно-политических процессах? К примеру, в украинском парламенте восьмого созыва из 450 депутатов 50 женщин, что уже считается достижением, так как в первом созыве было 13 женщин.

Гаяна Юксель: Это очень хороший вопрос в применении к крымскотатарской ситуации. Есть исследования, где пытаются проанализировать количество женщин в представительных органах, во власти, на постах, на значимых должностях. В идеале – 50 на 50, но такое соотношение редко где присутствует.  Если есть 20 процентов – уже хорошо. На мой взгляд, женщин у нас несравнимо мало. Из 250 делегатов Курултая, если не ошибаюсь, было 38 женщин, из 33 членов Меджлиса – всего 4, в прежнем созыве – 2. Во Всемирном конгрессе крымских татар из 21 члена исполкома лишь 2 женщины. Я считаю, что это несправедливо. Меня умиляют заявления, мол, «мы же работаем вместе, давайте так и работать», или же «неважно, какую должность человек занимает, главное – работа». Извините, но это манипуляция чистой воды и ничего общего такие заявления с правами человека не имеют.

QHA: Как вы считаете, что общего у крымскотатарских и украинских женщин (в историческом, ментальном, других аспектах)? Что нас объединяет, и есть ли что-то кардинально разное?

Гаяна Юксель: Мне кажется, что нас объединяет активность,  желание что-то сделать и поменять, любовь к родине. Я на самом деле вижу много талантливых и активных украинских женщин, при этом они остаются женственными.

QHA: Как на нынешнюю роль крымскотатарской женщины повлияло то, что в свое время именно крымские татарки оказались в авангарде в вопросе права избираться во власть? Ведь избрание на Курултае в 1917 году четырех женщин в состав правительства было передовым шагом не только для мусульманского мира. Даже в США женщины были допущены к избирательному процессу позже.

Гаяна Юксель: Процессы того времени имели большое значение для крымских татар. Я имела возможность немного погрузиться в историю национального движения 1917 года (на самом деле исследователей, серьезно занимающихся этим периодом, практически нет) и увидела, на каком высоком уровне тогда все было организовано. В период вакханалии, военного террора, силовых методов получения власти наши предки демонстрировали самый высокий уровень демократии. Судите сами: избирательное право, прозрачность выборов, участие регионов, представленность всех народов, гендерное равенство и возможность участия в выборах женщин. Добавьте традиции государственности крымских татар и школу Гаспринского, который на самое деле был очень дальновидным деятелем. Открылись культурные и исторические кружки, были намечены реформы в образовании, различные профессиональные курсы, развивалась культура, например, театр, чуть позже, в 1926 году был снят первый крымскотатарский фильм «Алим». И женщины участвовали во всех этих процессах. Газеты очень много писали об этих преобразованиях, во многих публикациях были женские фамилии.

QHA: Если говорить о предпосылках этих процессов, что стало основой для того, что крымскотатарские женщины получили в 1917 году такие преимущества?

Гаяна Юксель: Не премущества, они получили свои права. А основа – стремление к изменениям и становлению государственности, которое пыталось реализовать молодое поколение, молодое ядро национального движения – реформаторское,  целеустремленное, самым ярким представителем которого, конечно же, был Номан Челебиджихан. И вы верно заметили, у крымских татар избирательное право и представленность были введены и применены на практике относительно рано, еще в самом начале ХХ века. Я считаю, что большую роль сыграли традиции и преемственность. Крымские татары – народ, который имел свою государственность, свои институты власти, поэтому не удивительно, что новые для того периода демократические принципы так быстро были осознаны и применены нашими предками на практике.

QHA: Какие идеи озвучивали крымскотатарские женщины в правительстве? Какое место занимали идеи эмансипации, а также патриотические идеи?

Гаяна Юксель: Насколько я могу судить по документам того времени, на практике на женщин были возложены в основном такие сферы, как культура, искусство, образование и просвещение. Например, в 1920 году развивался крымскотатарский театр. Среди самых ярких крымскотатарских актрис  Сара Байкина и Фатма Аметова. Но были примеры и из политической сферы. Историк Андрей Иванец описывает женщин в крымскотатарской делегации во время визита  на Съезд народов в Киеве. Из 10 человек делегации из Крыма в Киев тогда поехали две женщины. Съезд народов работал 21-28 сентября в Педагогическом музее в Киеве. Крымскотатарская делегация была одной из крупнейших на этом форуме. Иванец пишет в своей публикации, что особенно запомнилось многим участникам Съезда народов появление на трибуне крымскотатарских делегаток. Они были наглядным свидетельством прогресса эмансипации женщин в мусульманской умме Крыма. Тем более ярким, что в составе большинства делегаций женщин не было вовсе. Неоднократно прерывалось аплодисментами выступление народной учительницы Айше Исхаковой. Представительница Союза крымскотатарских учителей заявила, что наступил момент, когда «все народы должны принять в свои руки управление собственной судьбой, собственной страной».

QHA: В чем заключается подвиг крымскотатарских женщин во время депортации народа в 1944 году?

Гаяна Юксель: В 1944 году было депортировано почти 200 тысяч человек, и преимущественно это были старики, женщины и дети. Мужчины были на фронте, и основное бремя невзгод пало именно на женщин. Именно они спасали детей, отцов и матерей от нечеловеческих условий жизни, от болезней, голода, антисанитарии. В каждую семью зайдите, у нас таких историй - на романы и кинофильмы. Мы сами снимали стариков, когда еще работали в Крыму, сейчас свидетелей депортации все меньше и меньше. Я вспоминаю свою бабушку по материнской линии. Ее звали Уркие, в девичестве фамилия была Достмамбетова. Ее не стало в 2001 году. На момент депортации ей было 18 лет, по сути, сама ребенок, на руках осталась родная сестренка и трое двоюродных братьев. Мужчин уже не было в семье, отца выслали, поскольку он был представителем духовенства, а двое старших братьев погибли в рядах Красной Армии: один – под Джанкоем, другой  под Одессой. Так вот, в период депортации бабушка была за главу семьи. И никому из детей не дала умереть, всех подняла.

QHA: Какие женские имена вписаны в историю крымскотатарского народа?

Гаяна Юксель: У нас много ветеранов национального движения  Зампира Асанова, Веджие Кашка, Сабрие Сеутова, Айше Сейтмуратова, Салиха Усеинова, Сафинар Джемилева, Хатидже Хайретдинова, Медине Каралиева, Мунире Халилова и многие другие. Во время войны 19-летняя крымская татарка Сайде Арифова спасла еврейских детей, это ее история лежит в основе фильма «Чужая молитва». Я называю только имена, хотя это далеко не полный список, и за каждым из названных и неназванных имен  отдельная судьба, вписанная в хроники национального движения. В Симферополе лет 10 назад выходило издание, которое кратко представляло биографии участниц крымскотатарского национального движения. Но сейчас уже есть новые данные, и такая работа должна быть продолжена.

QHA: А в современной истории кого бы вы назвали героинями крымскотатарского народа? 

Гаяна Юксель: Каждую крымскую татарку, которая борется за свой дом, за свою семью, за своих детей. Которая поднимает их, растит, не спит ночами, когда дети болеют, которая не сломилась, несмотря ни на что. Масса примеров. Например, крымскую татарку, в дом которой ворвались российские силовики, положили всю семью лицом в пол, а после посоветовали «по-хорошему» покинуть Крым. Сейчас она с 4 детьми в Виннице, поднимает их. Она разве не герой? Я знаю многих таких женщин, и их истории мы еще напишем. 

Валентина Рингель

 

 

QHA