КИЕВ (QHA) -

«Представляете, так моря и не увидел», — вздыхает Марк Захарович после нашей двадцатиминутной беседы. Сразу по окончании очередного заседания адвокат приехал в Киев. Интервью и встречи у него расписаны буквально по часам.

С Марком Фейгиным мы говорили, конечно же, о деле Ильми Умерова, в котором он после вывода Николая Полозова остался главным защитником.

Ваш коллега, известный правозащитник и диссидент Александр Подрабинек в Фейсбуке очень красочно описал ход судебного заседания с новым, мягко говоря, безграмотным прокурором.  

— Прокурор зачитывала показания по делу, и они, конечно, феерические, потому что она все время путала содержащиеся в протоколах термины. Человек просто не знает, что такое скриншот. Люди есть разные, но это демонстрирует абсолютную непогруженность стороны обвинения в материалы дела. Это очень напоминает, что дело действительно было состряпано в управлении ФСБ. Соответственно, такое складывается впечатление, что прокуратура сама по себе не в состоянии полноценно поддерживать обвинение. Почему они, собственно, и поменяли прокурора. Тот вообще молчал. При допросе свидетелей обвинения по делу он не задал ни одного вопроса. Нам пришлось разрушить всю картину доказательств. Прокурора поменяли в надежде на то, что новая сотрудница будет работать лучше. Я пока не вижу радикальных перемен. Так что я считаю, что с процессуальной стороны в этом деле состязаться не с кем. Если говорить о чистом законе, то здесь невиновность Ильми Умерова полностью доказана.

И то, что они называют стенограммой выступления Умерова, является просто-напросто творческим переводом переводчика Салятудинова. Мы планируем его в ближайшую среду допрашивать. Хочу напомнить, перевод совсем не то же самое, что стенограмма. Наша задача — в конечном итоге после допроса и осмотра материала потребовать постановления новой экспертизы с крымскотатарского языка — с оригинального выступления Умерова, в котором, конечно, никаких призывов не содержится, а содержится мнение Ильми-агъа. Любой человек вправе считать, что Крым — это Украина и его можно вернуть в состав Украины, и в этом нет никакой уголовной составляющей.

Какие подводные камни могут возникнуть?

— Здесь уже не может быть секретных свидетелей, потому что они не заявлены в обвинительном заключении. Мы исчерпали список свидетелей обвинения, он заканчивается переводчиком. Но если внезапно они захотят кого-то еще допросить, то должны будут обосновать, почему ранее не возникало такой нужды.

Они считали, наверное, что после устранения Полозова из этого дела в качестве адвоката исчерпается их проблематика, связанная с защитой.

Тогда дело можно выиграть? Как Вы считаете?

— Выиграть нельзя, потому что суд в России — это не суд, который по оценке доказательств принимает справедливое законное решение. Этого нет по политическим делам вообще. Но вот изменить наказание с условного на штраф, например, — это очень даже возможно. А для них это комфортно.

Процессуальная работа  понятная и прозрачная. Я, помимо прочего, подготовил рецензии лучших лингвистов России, которые в пух и прах разложили так называемую экспертизу Ивановой. То есть тут все понятно.

Но оправдать — это для них революция. Поэтому рассчитывать на это не приходится.

На днях Вас внесли в реестр украинских адвокатов, с чем Вас поздравляю. Но вот интересно, зачем нужен был такой шаг? Как процессуально он может помочь Вашим подзащитным?

— Собственно говоря, эту же процедуру пройдет мой коллега и друг Николай Полозов. Для чего это нужно? Чтобы напрямую получать доказательства по этим делам непосредственно в Украине, потому что мои подзащитные, и Ильми Умеров, и Роман Сущенко — граждане Украины. Некоторые вопросы связаны напрямую с украинскими ведомствами.

Например, по делу Ильми Умерова судья Кулишов является гражданином Украины. Он считает, что это не так, но он — гражданин Украины, ведь его никто не лишал гражданства. То есть он продолжает оставаться в состоянии двух гражданств. Но по российскому закону он не может осуществлять функции судьи, поскольку он не вправе иметь иное гражданство, а он его имеет. Он должен был полностью пройти процедуру лишения гражданства и только тогда мог бы стать судьей. В Украине на него возбуждено дело за госизмену.

Для того, чтобы получить документы и процессуально в надлежащем виде приобщить их к делу, я должен иметь статус иностранного адвоката в украинском реестре.

Беседовала Медине Аединова

ФОТО: интернет 

QHA