КИЕВ (QHA) -

Подполковник Владимир Шилов уверен, что для освобождения Донецка нет необходимости заходить войскам в город и ввязываться в уличные бои. Необходимо просто обойти города Донецк и Макеевку с флангов, и когда коллаборационисты увидят угрозу окружения – они оставят города и сбегут в Россию. Желательно нанести серию ударов вдоль российско-украинской границы, особенно по контролируемому сепаратистами городу Новоазовску.

Под командованием подполковника Владимира Шилова 5-й роте батальону «Днепр-1» удалось не только освободить, но и удержать населенный пункт Пески. Об этом военнослужащий рассказал корреспонденту QHA во второй части интервью. (Первую часть читайте здесь.)

QHA: Когда Вы поняли, что ситуация только ухудшается, а украинские войска не спешат на помощь, что Вы предприняли?

Владимир Шилов: 15 или 16 апреля было принято решение о формировании добровольческих батальонов. При каждом УВД в Украине формировалось добровольческое подразделение. Только в Донецкой области формировалось четыре добровольческих батальона – «Донбасс», «Артемовск», «Донецк-1» и «Донецк-2».

Я занимался формированием батальона «Донецк-1», который позднее вошел в «Днепр-1». От министерства за формирование батальона был ответственным советник Ерсена Авкова господин Антон Геращенко.

После того, как сепаратисты подстрелили в районе "Крытого рынка" в Донецке Якубовича, пришлось уехать в Днепропетровск, где мы и формировали эти все батальоны. А друга Якубовича, который попал в плен, отпустили. Конечно, его били, но ничего страшного с ним не произошло. Мы после этого случая вывезли семью Якубовича в безопасное место.

QHA: В формировании батальона «Днепр-1» помогал Корбан?

Владимир Шилов: Естественно, ведь «Днепр-1» это было детище команды Коломойского, но с Коломойским я не пересекался, с Филатовым виделся, но толку от него не видел. А Корбан был конкретным человеком, с которым можно было решить очень много вопросов. Официально нам оружие выдавало УВД Днепропетровской области, а обладминистрация организовала проживание и питание.

QHA: Вы проживали в отеле или Вам дали квартиру?

Владимир Шилов: Сначала в отеле с Дмитрием Ярошем, где мы с ним и познакомились, а потом, когда формирование продолжалось, подъезжали новые люди и в одном отеле жили бойцы из «Донецка-1 и «Донецка-2», и места стало не хватать. Нас переселили, как мы назвали это место между собой в «Развалины графского замка», на территории военного госпиталя.

На тот момент приток добровольцев приостановился, и мы решили из добровольцев «Донецк-1» и «Донецк-2» сформировать роту "Донецк" и войти в состав батальона «Днепр-1». Нас тогда было где-то сто человек, но мы продолжали набирать новых добровольцев.

QHA: Вы пересекались с печально известным батальоном «Торнадо», который создавался как «Шахтерск»?

Владимир Шилов: Когда мы совместно с батальоном «Шахтерск» заходили в Пески в 2014 году, то они были лучше экипированы и вооружены, чем наше подразделение. На тот момент нас было около 70 человек, так как часть роты была в Новоазовске. Из оружия у нас были автоматы 7,62 АК-47, даже не АКМы, четыре ручных пулемета 5,45 и несколько одноразовых гранатометов. А у них были пулеметы, гранатометы, снайперские винтовки и много другого оружия. Но они доблестно оттуда драпанули.

Потом "Шахтерск" зашел в Иловайск, но вышел оттуда еще до окружения, выдвинулись в Волноваху и жили в «Форест-парке», где такое устроили, что их расформировали, но в дальнейшем снова собрали в новые батальоны «Торнадо» и «Святая Мария».

QHA: Где Вы прошли первое боевое крещение?

Владимир Шилов: Мы в начале мая обеспечивали завоз блоков на блокпосты для ВСУ, так как сами они боялись это делать. Пятая рота батальона "Днепр-1" обеспечивала безопасность проведения президентских выборов в Великоновоселковском районе Донецкой области, а первая рота "Днепр-1" была в Красноармейском р-не.

Потом нас бросают на Бердянск для поддержания общественного порядка, а после этого перебрасывают в Сватово Луганской области, но мы оттуда ушли со скандалом, потому что оно находилось за 80 км от линии фронта. На совещании у начальника УВД господина Науменко я спросил, с какой целью нас туда перебросили, и он ответил: чтобы мы охраняли Сватово. И тогда я сказал, что это неправильно, так как рота донецкая, и нам проще работать там, ведь мы знаем местность и людей. После чего я написал аргументированный рапорт на имя министра МВД, и нас перевели в Мариуполь.

В Мариуполе мы пробыли до начала июля 2014 г., и базировались на территории аэропорта. Бойцы подразделения несли службу на блокпостах и одновременно помогали охранять государственную границу с РФ.

Однажды мы чуть не попали в Донецк. Один раз вызывает меня командующий сектором "М" и спрашивает, могу ли я зайти со своим подразделением в Донецк, где нужно было оказать помощь части Национальной гвардии Украины, которые находились на территории бывшего военного училища. Они на тот момент были в окружении, и их должны были штурмовать (в те дни как раз осетины зашли в Донецк). Там находилось 104 контрактника, 100 из которых положили документы на стол и дезертировали.

Ведь нам лучше взять местного контрактника и сэкономить на жилье, чем брать призывников из других областей. Не зря в Советском Союзе украинцев бросали на Дальний Восток, а парней с Дальнего Востока кидали на Украину. Но правительство при этом забыло одну важную деталь, что в случае войны местные контрактники положат документы и будут защищать свою семью и дом, а не страну.

Я тогда спросил, как он себе это представляет. Он говорит, что мы должны зайти в город и занять центральную проходную училища (кадетку), которая находилась в новом здании через дорогу от старых корпусов, и когда их начнут атаковать, мы должны будем вступить в бой. Мы открываем огонь, находясь в помещении кадетки, у нас заканчиваются боеприпасы и что нам делать дальше? Куда нам отступать? На территорию училища мы с кадетки уйти не сможем, так как между проходной и зданием где мы будем находиться, где-то метров двести открытого простреливаемого пространства.  Поэтому я ему предложил свой вариант – мы заходим в Донецк и непосредственно на территорию части Национальной гвардии, но со мной пойдут только добровольцы, так как это практически билет в одну сторону. 

QHA: И вы пошли в Донецк спасать украинских военных?

Владимир Шилов: Нет, мы не пошли... Я командующему говорю, что у меня 47 человек есть, и я с ними захожу в Донецк, но мне нужен транспорт. А он мне говорит: дам тебе два ЗИЛа. На это я ответил, что это будут две братские могилы, и предложил ему дать мне восемь микроавтобусов, куда я посажу по пять человек, и если попадет граната из гранатомета, то погибнет пять человек, а не 47. И две легковые машины с гражданскими номерами для разведки. Ведь сначала заходит разведка, пробивает маршрут, а потом идем мы. Мы же не будем в слепую идти?

И тогда он сказал, что ему нужно подумать. После чего я созвонился с командиром бригады Национальной гвардии Богданом, которая дислоцировалась в Донецке, и он сказал, чтобы я ничего не делал. И как оказалось позже, ночью он вывел бригаду со всем штатным вооружением, автотранспортом и бойцами срочной службы около 300 человек.

QHA: Вы оставались на прежних боевых позициях или вас снова перебросили на новую?

Владимир Шилов: Сначала 20 человек перебросили в В-Новоселковский р-н Донецкой области для поддержания правопорядка, а 10 июля мы совместно с ПС и ЗСУ приняли участие в разведке боем в Карловке.

21 июля мы в первый раз освободили Пески, но нам дали команду отойти. Но 24 июля мы второй раз освобождали Пески и с тех пор мы их не сдавали.

К тому же часть моей роты удерживала знаменитый блокпост «Республика Мост».

QHA: Расскажите, пожалуйста, подробнее о боях в Песках.

Владимир Шилов: Несколько огневых точек мы подавили, но трупов не нашли, хотя гильзы были и кровь была. Я думаю, что они трупы забирали с собой.

Пески освобождали – 5 рота «Донецк», «Правый Сектор», «Шахтерск» и бронегруппа ЗСУ. Из «Шахтерска» было человек 200, которые в итоге нас предали и сбежали.

Наша основная задача была зайти, освободить и зачистить населенный пункт от сепаратистов, чтобы продержатся сутки до выставления военными блокпоста. И мы выполнили поставленную перед нами задачу.

И когда мне из штаба позвонили и сказали, что мы можем выходить, я сказал, что блокпоста еще нет, зато мы уже окопались и создали линию обороны. И вместо одних суток рота там простояла больше года. Конечно, сепары пытались выбить нас с позиций, но ничего у них не вышло. Зато я могу с уверенностью сказать, что во время моего командования боевых потерь у меня не было, раненые, конечно, были, так как постоянно были минометно-артиллерийские обстрелы.

QHA: Какое вооружение у вас было на руках?

Владимир Шилов: Автоматы. У нас была бронегруппа из ВСУ.

А когда пошли плотные минометные обстрелы и появились раненые, народ начал понимать, что нужно серьезно окопаться. У нас дошло до того, что на линии обороны в населенном пункте на 900 метров у нас оставалось два танка, два БТР, два БМП, минометная батарея из СЗУ с двумя работающими минометами, восемь солдат ВСУ и 14 наших.

Хотя по канонам военного искусства, это расстояние должна оборонять укомплектованная рота в количестве 200 человек, чтобы военные могли занять дома, сады и дороги.

А огневую мощь мы укрепили, когда захватили трофейный «Утес» — это крупнокалиберный пулемет российского производства. Потом у военных за пять литров спирта выменяли АГС (гранатомет), а за «Таврию» нам отдали аппаратуру для артиллерийской разведки. С помощью этой аппаратуры мы определили сектора обстрела, и после этого могли четко корректировать огонь артиллерии и минометов ЗСУ. Слава богу, у меня в подразделении оказался сержант-артиллерист советской подготовки Алексей Челпанов, который работал с этой аппаратурой. После моего ранения он стал командиром роты "Донецк". 

Сепаратисты обстреливали нас, а мы их, правда, по городу мы не стреляли, а только по первой линии обороны, которую мы могли видеть и корректировать.

QHA: После Песок Вы еще где-то воевали?

Владимир Шилов: Мы в Песках не просто так находились  мы заходили в Донецк время от времени на разведку. Один раз мы захватили  автомобиль полиции "ДНР" и взяли в  плен двух полицейских. Также в поселке Горняк Куйбышевского районана г. Донецка мы разбили сепарскую колонну, работая в тылу врага, и забрали себе автоматы и снайперские винтовки. Пленных мы не брали, так как нужно было работать быстро и четко. Во время операци у нас потерь не было, а у сепаратистов погибло 12 человек.

Нам удалось вывезти табельное оружие из одного милицейского отделения в Донецке. Мне позвонил один мой знакомый, который  прятал оружие отдела у себя дома, и сказал, что к нему могут прийти с обысками сепары. Тогда мы поехали к нему и вывезли это оружие.

А потом 14 августа мы попали в засаду в Кировском районе, поселок Бирюзовое, где я был ранен. Мы во время разведки напоролись на боевое охранение батареи «Градов», которые там стояли на позициях. У нас тогда было восемь раненых, а у меня было осколочное ранение в грудь.

В Амосова мне сделали операцию на сердце, поставив три шунта. А пока я лечился, меня уволили, не продлив контракт. Хотя по закону они не имели право этого делать, так как я находился на лечении. Если бы они это сделали по состоянию здоровья, то было бы все нормально, а так — незаконно.

Учитывая мой шахтерский характер и то, что я часто имел свое мнение, не совпадающее с мнением руководства, командование батальона "Днепр-1" решило, что от меня легче избавиться...

Официально на этом все закончилось. А неофициально мы несколько раз съездили на передовую, успешно боролись с сепарской разведкой. Тем более что моего подразделения уже нет. Мою роту «сожрали» из-за того, что они были добровольцами с высокой мотивацией и не подлизывались к начальству, а всегда говорили правду.

QHA: По Вашему мнению, реально ли сейчас освободить Донецк, и если да, то как?

Владимир Шилов: Нужно сделать удар по Новоазовску и освободить его, но тут есть риск, что может ударить Россия... Сделать пару ударов возле границы  и они все побегут.

Вы что, думаете, там сидят герои?

Беседовала Элина Сулима

QHA