КИЕВ (QHA) -

Силовой захват украинских предприятий горно-металлургического комплекса (ГМК) на неконтролируемых территориях Украины и последовавшее за ним решение СНБО о полном прекращении транспортного сообщения с ОРДЛО поставили перед украинским горно-металургическим комплексом ряд вопросов и задач, решение которых требует нетривиальных подходов.

Куда теперь поставлять железорудное сырье, откуда импортировать коксующие угли и флюсы, как наладить разрушенные гибридной войной с РФ логистические связи и не допустить веерных отключений электроэнергии, какова судьба отжатых активов отрасли, входившей в ТОП-10 мировых производителей стали, корреспондент QHA попытался выяснить у председателя Федерации металлургов Украины Сергея Беленького.

Сергей, назовите, пожалуйста, основные проблемы ГМК Украины на сегодняшний день.

Сегодня на первый план вышли проблемы, связанные с работой наших предприятий на временно неподконтрольных территориях Донецкой и Луганской областей. Значительная часть предприятий черной металлургии (около 20% мощностей) сосредоточена на этих территориях. В 2016 году, работая далеко не на полную мощность, указанные предприятия произвели свыше 15% от общего объема производства стали в Украине.

 

Это, прежде всего, глубоко модернизированное предприятие полного металлургического цикла «Алчевский меткомбинат», «Енакиевский метзавод» и его макеевский филиал, «Донецксталь», «Электросталь», «Харцызский трубный завод», объединение «Краснодонуголь», добывающее коксующиеся угли для металлургического производства, и ряд мощных флюсовых предприятий: «Докучаевский флюсо-доломитный комбинат», Новотроицкое и Комсомольское  рудоуправления.

Какое влияние оказало на ГМК Украины решение СНБО полностью прекратить транспортное сообщение с неподконтрольными территориями и таможенное оформление грузов?

Уже во время известной блокады часть собственников начала терять контроль над этими активами. Окончательно контроль был потерян после решения СНБО. Так называемые местные власти ОРДЛО решили воспользоваться удобным случаем и попросту их захватить. Например, холдинг «Метинвест» объявил об утрате контроля над своими предприятиями ГМК, а «ДТЕК»  над угледобывающими, генерирующими и связанными с ними предприятиями.

 

По сути, над всеми этими предприятиями украинскими собственниками потерян контроль. И если раньше они платили налоги в бюджет Украины, то теперь им уже точно не дадут этого делать «руководители» самопровозглашенных республик.

Будут ли указанные предприятия работать вообще, пока непонятно. Потому что напрямую они свою продукцию никуда экспортировать не смогут, а необходимого объема внутреннего рынка в ОРДЛО, конечно же, нет. Возможно, будут придуманы с помощью РФ какие-то варианты поставок в обход западных санкций, но мне сложно это комментировать. Ближайшие месяцы покажут.

Какие сценарии дальнейшего развития событий, по-вашему, могут иметь место?

Есть несколько теоретически возможных вариантов. Например, по «дружеской рекомендации» московских кураторов предприятия попросту порежут на металлолом и, таким образом, уберут конкурентов на рынках сбыта металлопродукции. А возможно, они будут как-то их поддерживать в работоспособном состоянии – хотя бы для того, чтобы чем-то там занять людей.

Практически все предприятия ГМК там градообразующие. Если, к примеру, остановился «Алчевский меткомбинат» и его работники потеряли работу, то они попросту не смогут быстро переквалифицироваться или найти какую-то альтернативу металлургическому производству, оставаясь жить в Алчевске.

 

Варианты могут быть самые разные, но от нас здесь уже, по сути, ничего не зависит. Все ключевые решения уже приняты, и они приведут к тому, что мы наверняка потеряем около 20% металлургической отрасли Украины и уже никак не войдем в ТОП-10 мировых производителей стали. В лучшем случае окажемся между 13-м и 15-м местами рейтинга.

Очень надеюсь, что намеренно (если, конечно, не будет команды из РФ) разрушать промышленную инфраструктуру так называемые местные власти ОРДЛО не станут. Теоретически они могут пригласить руководить заводами высококвалифицированный менеджмент. Но кто-то из серьезных, уважающих себя менеджеров вряд ли туда теперь поедет, поскольку работать на предприятии, которое фактически находится под контролем непризнанных во всем цивилизованном мире республик  это достаточно серьезный удар по репутации.

Единственная возможность сохранить эти предприятия появится, если РФ возьмет на себя все риски, связанные с экономической поддержкой этих «республик» с целью их дальнейшей интеграции в свой состав, что она давно делает, хотя пока что до уровня конкретных предприятий не доходило. По крайней мере, официально.

Любой возможный сценарий, конечно же, будет вопиющим беззаконием с точки зрения международного права. Здесь хотелось бы видеть жесткую позицию наших западных партнеров по усилению экономических санкций против всех причастных к этому процессу.

Проблемы с поставками каких ресурсов испытывает ГМК Украины?

До военных действий на Донбассе и аннексии Крыма у нас был избыток своего флюсового сырья (известняки и доломиты). Все предприятия по добыче и переработке известняков по стечению обстоятельств располагались как раз в ОРДЛО и в Крыму.

Украина имела три крупных предприятия в Крыму: Балаклавское рудоуправление, Евпаторийский и Сакский заводы стройматериалов. В ОРДЛО расположены Докучаевский флюсо-доломитный комбинат, Новотроицкое и Комсомольское рудоуправления. Таким образом, на сегодня Украина не имеет своего флюсового сырья, и вопрос поставок известняков остается открытым.

Сами по себе металлургические известняки относительно недороги, но если везти их издалека, то транспортировка в разы превышает стоимость самого сырья. Одно дело привезти его из Докучаевска в Мариуполь или в Запорожье, и совсем другое  например, из Европы.

То же самое касается и коксующихся углей, основная часть которых добывалась в ОРДЛО, а недостаток компенсировался импортом преимущественно из РФ.

Почему это так важно? Потому что для сохранения конкурентоспособности нашего ГМК на рынках сбыта (около 85% металлопродукции экспортируется) зачастую важен каждый лишний доллар в себестоимости.

Что мы потеряли кроме зданий заводов на Донбассе?

Мы потеряли контроль над этими предприятиями со всеми последствиями для валютной выручки и налоговых платежей в украинский бюджет. Это привело к разрушению существовавших логистических цепочек.

Ведь предприятия на временно неконтролируемой территории получали железорудное сырье в основном с подконтрольной территории от криворожских горно-обогатительных комбинатов (ГОКов). И теперь нашим ГОКам нужно думать, куда сбывать ту продукцию, для которой были четко определены рынки сбыта.

Я не уверен, что будут относительно быстро найдены альтернативные рынки сбыта для железорудного сырья и поставщики коксующихся, энергетических углей и флюсов. А ведь речь идет о неразрывных технологических процессах. Все это очень серьезные вызовы для всей нашей экономики, бюджета и курса гривни.

Я сейчас не хочу давать каких-то негативных прогнозов. Надеюсь, у нас как-то получится минимизировать ущерб, если будут приняты взвешенные решения на государственном уровне. При этом многое зависит от готовности правительства работать над улучшением транспортной инфраструктуры. Нагрузка на железнодорожную сеть и порты значительно возрастет из-за увеличения объемов экспорта (ЖРС) и импорта (угля – коксующегося и энергетического).

Нужны экстраординарные меры, ведь существующая сегодня ситуация содержит серьезные риски как для стабильности энергосистемы Украины, так и для дальнейшей работы предприятий ГМК.

Спасибо за интервью!

Беседовал Эдуард Солодовник

ФОТО: интернет

QHA