Вскоре после начала войны с Россией правительство Украины передало право пропускать иностранцев (или не пропускать) на территорию страны сотрудникам погранслужбы. С тех пор фактически сержант в зеленой униформе решает, кому возвращаться домой, а кто попадет в Украину. Нередко бывает, что от ворот поворот дают тем, у кого нет дома и возвращаться некуда. Для некоторых беженцев оказаться в украинском СИЗО предпочтительнее возвращения на родину. Так и происходит, если к украинским пограничникам попадает беженец, разыскиваемый спецслужбами его страны через «Интерпол».

На прошлой неделе председатель Меджлиса крымских татар Рефат Чубаров присутствовал в одном из столичных судов, где рассматривали дело оппозиционного узбекского журналиста Нарзулло Охунджонова, которого на родине обвиняют в мошенничестве и разыскивают через «Интерпол». Международным журналистским организациям Охунджонов известен, как автор критических материалов о тамошнем режиме. Появление крымскотатарского политика на этом суде можно понять, прочитав доклад руководителя «Правозащитного движения Крыма» Энвера Кадырова. Выступая на конференции по человеческому измерению ОБСЕ в Варшаве, правозащитник отметил: «Украина сегодня воочию убедилась в политическом преследовании своих граждан на оккупированных территориях со стороны России по надуманным и ложным обвинениям. Возвращать просителей убежища в страну, где они преследуются по политическим мотивам, где им угрожает несправедливый суд, жестокое обращение, похищения, пытки и внесудебные казни, является нонсенсом». Пока только крымские татары и немногочисленные украинские правозащитники пытаются облегчить участь тех иностранцев, которые по запросам спецслужб авторитарных режимов сидят в СИЗО, ожидая экстрадиции на родину.

Впрочем, не всегда причиной ареста в Украине является розыскное дело на сайте «Интерпола». Одна из отличительных черт сержантов погранслужбы - стремление показать свое усердие начальству. Ради этого они готовы «воевать» даже с женщинами. Год назад дагестанку Аминат Бабаеву, без всякого требования России, сотрудники Харьковского областного управления СБУ силой усадили в автомобиль и на границе передали сотрудникам ФСБ. А через год после истории с Бабаевой в аэропорту «Борисполь» задержали и не впустили на территорию Украины еще одну дагестанку Асият Абдулкаримову. Она с семью детьми приехала в Украину, чтобы попросить политическое убежище из-за преследования ее семьи на родине. И хотя по закону сотрудники погранслужбы были обязаны дать ей возможность обратиться с заявлением о предоставлении убежища в миграционную службу, а в случае отказа – в суд, Абдулкаримову с детьми, но без вещей отправили назад в Каир. Запрет на въезд в нашу страну послужил причиной отказа и для египетских властей: они не впустили в страну многодетную мать, несмотря на документально оформленное право проживать в Египте. Она была вынуждена уехать в Россию, где на ее мужа сфабриковали дело об участии в незаконных вооруженных формированиях.

Случай с узбекским журналистом не первый и не последний. На прошлой неделе в Одессе пограничники задержали и не впустили в Украину российского оппозиционера – мусульманина Хамзу Черноморченко – главного редактора популярного сайта «Голос ислама». Он якобы не смог подтвердить цель приезда в Украину. Хотя у него были документы для оформления украинского гражданства, на которое он имеет право благодаря украинскому происхождению матери. Но и для него, кроме традиционного «низзя!», у пограничников ничего не нашлось.

А что с теми, кому удалось прорваться в Украину? Они вынуждены барахтаться в бюрократическом «бермудском треугольнике»: миграционная служба, которая отказывает практически всем просителям убежища, Служба безопасности Украины - именно с ней консультируются сотрудники миграционной службы при принятии решения, и суды, которые иногда освобождают арестованных просителей убежища, отменяют отказы миграционной службы.

По официальной версии, все это делается ради национальной безопасности. Так может, украинская граница на замке? Ответ на этот вопрос дает история с покушением на командира чеченского добровольческого батальона Адама Осмаева, которое произошло весной этого года в центре Киева. Российский киллер получил паспорт на имя умершего гражданина Украины в одном из одесских отделений миграционной службы. А как он заехал на территорию страны, знают только те пограничники, которые его пропустили. Решение правительства передать право сержанту определять, кто опасен для страны, а кто нет, все чаще приводит в страну киллеров и вражеских агентов, оставляя за пределами страны потенциальных союзников и друзей. А все потому, что Украина до сих пор не имеет сформулированной на уровне законодательства миграционной политики. И при этом стремится в Евросоюз. Это похоже на стремление участвовать в международных авторалли на машине без колес.

Анвар Деркач

Редакция QHA может не разделять позицию авторов рубрики

QHA