КИЕВ (QHA) -

Вчера в «Крымском доме» состоялась презентация доклада Международной правозащитной группы «Агора» под названием «Свобода слова как жертва. Цензура вследствие конфликта России и Украины». Доклад представили правовой аналитик Дамир Гайнутдинов и адвокат Александр Попков, занимающийся защитой в «судах» Крыма украинцев и крымских татар.

— Крымский и украинский факторы все больше и больше начинают влиять на то, что касается свободы слова в России. С 2014 по 2016 годы мы зафиксировали181 эпизод самых разных ограничений свободы слова в связи с украинскими событиями. Только в прошлом году было не менее 40 случаев лишения свободы за интернет-активность. Из 16 дел о сепаратизме в России девять связаны с Крымом, там используются такого рода слова, как «аннексия» и «оккупация», — сообщил Гайнутдинов.

Аналитик рассказал еще много интересного о мракобесии в России и оккупированном ею Крыму. Те, кого интересует этот вопрос, могут подробнее почитать ЗДЕСЬ.

Если в двух словах, доклад в основном был посвящен проблеме нарушения свободы слова в России в результате аннексии Крыма и агрессии на востоке Украины. Да, можно было ожидать именно такой формулировки. Однако российские правозащитники использовали терминологию, принятую в РФ: «присоединение Крыма» и «российско-украинский конфликт».

На вопрос журналиста, было ли это умышленное решение или ошибка, спикеры лишь сказали, что считают Крым украинским и признают агрессию России.

— Нам бы хотелось показать украинцам, что в России все труднее, все опаснее говорить о нарушениях прав человека, в том числе и в Украине, и в Крыму, — отвечали соавторы доклада.

На этом, собственно говоря, существенные вопросы к докладу заканчиваются. Но не заканчиваются — к списку участников презентации, где кроме представителей «Агоры», КрымSOS и украинских журналистов, присутствовали и очень неоднозначные личности, к примеру, директор представительства Human Rights Watch в Украине Таня Купер, рассказавшая много любопытного... В частности, Купер была крайне возмущена запретом въезда в Украину десяткам журналистов из РФ, «ущемлением свободы слова» работников «Интера», деятельностью сайта «Миротворец» и закрытием российских соцсетей и ресурсов.

— Легитимность таких инициатив, которые нарушают права человека, права украинцев, которая объясняется российской агрессией, — недальновидна.(…) В последнее время мы наблюдаем в Украине, что государство все больше использует репрессивные методы для того, чтобы подавить свободу слова, свободу выражения, — заявила она.

Тремя неделями ранее, после критики Купер в адрес Порошенко в связи с блокировкой российских ресурсов, известный украинский журналист и политический обозреватель Виталий Портников указал на очень интересный момент. Возможно, недоказанный… Но все же.

— До того, как заняться Украиной, госпожа Купер работала в московском офисе организации. Отличное место для вербовки, скажу я вам. И если госпожа Купер ее избежала, то это не означает, что агентами ФСБ не стали десятки ее коллег, которыми буквально нашпигованы всевозможные правозащитные организации, — отметил Портников.

И с Портниковым трудно не согласиться. Если до войны подобные предположения чаще всего воспринимались со смехом, то сегодня выглядят более чем реальными.

Хорошо, конечно, что госпожа Купер помнит о нарушениях прав человека, но плохо, что забывает, в какой стране она находится. Многие правозащитники любят говорить, что ущемление прав (даже прав лживого российского пропагандиста) нельзя оправдать ни войной, ни агрессией соседней страны. Но думаю, что если бы таких правозащитников посадить в небольшой бусик и пыльными фронтовыми дорогами отправить на Донбасс, где наши ребята отбивают из окопов атаки рашистских приверженцев, возможно, подобных обсуждений стало бы меньше.

Да, впрочем, и заявления таких вот правозащитников, как они себя называют, здесь не самое главное. Правозащитники поговорили-поговорили, и все... Работа у них такая. Проблема в том, что подобные мероприятия потихоньку превращаются в места обитания россиян, сбежавших с родины, но упорно продолжающих видеть в украинцах немытого «младшего брата», которого учить да учить надо.

В качестве примера приведу выступление одного из присутствовавших экземпляров в куртке с воротником цветов российского флага. И как раз тема флага была поднята в его пренебрежительной реплике, обобщившей тон всего предыдущего разговора. А вопрос был поставлен так: почему укрАинцы (да, именно с таким ударением) так удивляются тому, что в России сажают за укрАинскую символику? А вот если бы в Украине кто-то что-то разрисовал в цвета российского триколора?..

Ну и как вам вопрос от россиянина в Украине? Хорошо хоть не спросил, почему украинцы как-то нехорошо реагируют на все российское. И в самом деле, ПОЧЕМУ?!

Роксолана К.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.

QHA