КИЕВ (QHA) -

В среду на повестке дня заседания Комитета Верховной Рады Украины по вопросам государственного строительства, региональной политики и местного самоуправления значилось несколько вопросов, но главным из них была судьба резонансного (если не сказать – скандального) законопроекта «О временно оккупированной территории Украины» №3593-Д.

Амбивалентное восприятие этого проекта закона в украинском обществе обусловлено в первую очередь гибридным характером агрессии Российской Федерации против Украины и определенным законодательным дефицитом в деле юридической классификации происходящих на Востоке Украины событий.

Как произнес Петр Порошенко накануне избрания на пост главы государства:

– Антитеррористическая операция не может и не будет продолжаться два-три месяца. Она должна и будет длиться часы.

Эти слова, сказанные в мае 2014 года, Верховному Главнокомандующему теперь частенько припоминают. Ради справедливости стоит уточнить, что регулярные российские войска засветились на Донбассе несколько позже, но очень скоро – летом того же года.

Все эксперты считают серьезным дипломатическим и информационно-пропагандистским успехом Кремля тот факт, что в 2014 году Москве удалось разделить вопросы Крыма и Донбасса, представив мировой общественности донбасские события как чисто внутриукраинский конфликт. И хотя европейцы быстро сообразили, в чем тут подвох, наше согласие на Минский формат урегулирования конфликта позволило им «умыть руки» и просто периодически выражать свою озабоченность.

Напомним, что закон Украины «Об обеспечении прав и свобод граждан и правовом режиме на временно оккупированной территории Украины» (№ 1207-VII) был принят Верховной Радой еще 15 апреля 2014 года – после аннексии Россией Крыма. А вот положение жителей Донбасса остается юридически невразумительным, поскольку, в отличие от Крыма, свое присутствие на востоке Украины Россия отрицает. Более-менее нормировано лишь пенсионное обеспечение, хотя для урегулирования этого вопроса пенсионер должен приехать на контролируемую Украиной территорию.

Хотя в свое время Верховная Рада приняла соответствующее постановление уже с учетом российского присутствия на Донбассе, согласитесь, статус закона – более значимый. Постановление – это преимущественно политический документ, а для полноценной дипломатически-правовой борьбы с оккупантом на международной арене важно иметь и собственное законодательство по актуальной проблематике.

О том, как сложно проходило первое заседание комитета, на котором рассматривали законопроект Оксаны Сыроид, мы писали еще в начале февраля.

Напомним, что тогда, под воздействием общественных организаций и международных партнеров, члены комитета не рискнули выносить сырой законопроект для принятия в первом чтении, а сформировали на базе комитета рабочую группу для согласования позиций фракций и комитетов, с учетом позиций исполнительной власти, гражданского и экспертного сообщества.

И вот сейчас выяснилось, что рабочая группа настолько качественно «подсушила» первоначальный текст, что он изменился кардинально.

Более того, изменились и обстоятельства: на прошлой недели СНБО благословил транспортную блокаду ОРДЛО, которую до того явочным порядком проводили однопартийцы той же Оксаны Сыроид.

Тема блокады – достаточно сложная. О том, чем отличается подход Семенченко и Ко от позиции государства, вернее, о том, как СНБО был вынужден отреагировать на создавшуюся на Востоке Украины ситуацию после так называемой национализации сепаратистами украинских объектов на территории ОРДЛО, мы уже писали в еженедельном обзоре резонансных событий «О блокаде, ревизорах, трехлетии «Крымнаша» и выборах в ЕС и у нас».

Но вернемся к заседанию комитета. Теперь главная загвоздка состоит в объединении усилий парламентариев и общественности. Но на пути этого естественного «микса» лежит регламент. Согласно нынешней практике, если законопроект не был отклонен, именно его первоначальный текст до какой-либо правки и должен рассматриваться в сессионном зале, а замечания рабочей группы (пусть даже и сверхгениальные) могут учитываться лишь в формате факультативных рекомендаций.

Возможен другой вариант: парламент отклоняет первоначальный зарегистрированный вариант, и инициаторы законопроекта, учтя все пожелания общественности, регистрируют консолидированный законопроект с новым номером и, возможно, названием. На комитете предлагалось – ЗУ «О возвращении временно оккупированных территорий».

Кроме того, выяснилось, что свои законодательные соображения по проблематике оккупированных территорий имеют фракция «Народного фронта», нардеп Мустафа Найем и даже сам глава государства.

В конце концов, из четырех предложений, поставленных руководителем комитета Сергеем Власенко на голосование, победила опция «продолжить обсуждение законопроекта в составе рабочей группы, дополнив ее состав новыми участниками, в том числе представителями президента Украины, и до середины апреля вынести текст законопроекта на первое чтение», на что секретарь комитета Алексей Гончаренко скептически заметил:

– Уверен, что ровно через две недели мы вернемся к тому, чем занимались сегодня – битых два часа будем дискутировать о том, как законным образом объединить усилия инициаторов закона и наработки рабочей группы.

Вероятно, подобные юридические коллизии возникают и при рассмотрении других законопроектов в работе других профильных комитетов. Вывод: если трудно достичь элементарного – значит, стоит поменять регламент работы парламента, сделав его менее категоричным.

Александр Воронин

ФОТО: интернет

QHA