КИЕВ (QHA) -

Впервые за новейшую историю Саудовской Аравии внутри правящей династии проходят массовые чистки. Многие даже успели назвать произошедшее в Саудовской Аравии новой “Ночью длинных ножей” (массовая расправа над внутренней оппозицией в НСДАП, учиненная Гитлером в 1934 г., — ред.). За один вечер были задержаны 4 действующих министра, 34 бывших министра и десятки других представителей саудовского истеблишмента, в том числе, 18 принцев. В частности, были схвачены заместитель министра обороны принц Фахд бин Абдалла бин Мухаммед, командующий ВМФ Саудовской Аравии вице-адмирал Абдалла Ас-Султан, председатель Королевского суда Халед Ат-Тувайджири, глава Саудовской телекоммуникационной компании Сауд Ад-Давиш. Но самыми влиятельными среди задержанных являются министр Национальной гвардии Мутааб бин Абдалла и миллиардер Аль-Валид Бин Талаль.

За несколько часов до этого король Салман Бен Абдель Азиз издал указ о создании Высшего комитета по борьбе с коррупцией во главе с наследным принцем королевства, которому позволено расследовать, арестовывать, запрещать поездки, замораживать счета, отслеживать средства и активы лиц, участвующих в коррупционных схемах. По всей видимости, репрессии под видом борьбы с коррупцией только набирают обороты в стране двух святынь.

Официальное обвинение ко всем задержанным — коррупция. Но так ли это на самом деле? Чтобы дать ответ на этот вопрос, нужно разобраться в том, что сейчас происходит в королевской семье.

Трудности реформ

Сейчас Саудовская Аравия переживает не лучшие времена. После падения цен на нефть королевство, как и большинство других нефтяных экспортеров, испытывает экономические трудности. Ситуация усугубляется огромными расходами на социальное обеспечение, ведь большинство подданных короля никогда не работало или же занимает номинальные посты в государственном аппарате и государственных компаниях.

У действующего короля Салмана бин Абдель Азиза и, что немаловажно, его сына и наследника Мохаммеда бин Салмана, который де-факто и управляет страной, есть программа выхода из кризиса — Saudi Vision 2030. Ее конечной целью является избавление экономики Саудовской Аравии от нефтяной зависимости и, в то же время — резкое уменьшение социальных расходов посредством уменьшения безработицы среди подданных королевства и поддержки малого и среднего бизнеса.

Несмотря на амбициозные цели, нужно сказать, что далеко не везде кронпринц в силу отсутствия опыта и профильного образования может похвастаться успехом. Многие реформы, как-то уменьшение бюрократического аппарата или трудовая реформа, сталкиваются с внутренним сопротивлением и саботажем.

Откладывается также и частичная продажа государственной нефтяной компании Saudi Aramco, 5% акций которой планировалось разместить на фондовой бирже. Вырученные средства планируется использовать для осуществления реформ.  Камнем преткновения стал вопрос, где размещать акции: Мохаммед бин Салман настаивает на американской бирже, а его оппоненты в семье и экономическом блоке правительства предпочитают британскую.

Неоднозначно воспринимаются и разного рода “прожекты” кронпринца. К примеру, в прошлом месяце он объявил о планах построить новый ультрасовременный город на северо-западе королевства, который должен стать локомотивом новой высокотехнологичной экономики.

Кроме того, именно молодой наследник был главным инициатором вторжения в Йемен и блокады Катара. Обе эти затеи провалились и выставили Саудовскую Аравию в нелицеприятном свете агрессора.

Таким образом, наследный принц для преодоления сопротивления должен консолидировать в своих руках власть и подавить все оппозиционные группы. И в этом он уже достиг некоторых успехов. Правда, вместе с тем, расшатывается система сдержек и противовесов, существующая в королевстве на протяжении десятилетий, когда представители разных кланов назначались на ключевые балансирующие друг друга должности. Кронпринц делает это по двум главным направлениям: политическому и экономическому.

Политика и жесткая сила

Стоит напомнить, что в отличие от большинства современных монархий, в Саудовской Аравии престолонаследование может происходить не только от отца к сыну, но и, к примеру, от брата к брату, или племяннику. Все зависит от того, как договорятся кланы внутри семьи. Поэтому, Мохаммед бин Салман не сразу стал наследником престола. Первоначально он был назначен всего лишь “наследником наследника” и получил в управление Министерство обороны. Преемником был определен представитель конкурирующего клана внутри королевской семьи Мохаммед бин Найеф, контролирующий Министерство внутренних дел и ответственный за всю антитеррористическую деятельность внутри страны. Но 21 июня неожиданно для всех он был отстранен от должности.

Одновременно, чтобы ослабить МВД, была создана новая силовая суперструктура Президиум государственной безопасности (State Security Presidency), в которую включили все спецслужбы страны, выделив их из других ведомств. Возглавил нового монстра человек из клана короля Абдель Азиз аль-Хауаирини. Основные задачи SSP включают расследование уголовных дел внутри королевства, борьбу с терроризмом и обеспечение авиационной безопасности. При этом о приоритетности ее работы говорит тот факт, что бюджет этой структуры, 5 млрд долл., в два раза больше расходов на Управление общей разведки (УОР), которое является главным инструментом саудовской внешней политики на Ближнем Востоке. Сейчас в подразделениях SSP идут чистки кадров лояльных другим кланам королевской семьи. После отстранения Мохаммеда бин Найефа в силовом блоке королевства осталась только одна фигура, способная на самостоятельность — командующий Национальной гвардией принц Мутааб бин Абдалла.

Нацгвардия занимает особое место в военной системе королевства. По численности она сопоставима с армией и насчитывает около 100 тыс. человек. Одной из главных ее функций является обеспечение безопасности и охрана членов королевской семьи. Таким образом, эта структура является важнейшим и самым надежным силовым инструментом в руках правящей династии в деле защиты монархического режима и поддержания внутриполитической стабильности в королевстве, что автоматически делает ее командующего очень важной фигурой. Теперь же на эту должность была назначена нейтральная фигура — принц Халед бин Айаф.

Те же процессы происходят в экономическом сегменте саудовской элиты, недовольной разрывом отношений с Катаром и реформами, которые проводит кронпринц. В июле по королевству прокатилась волна задержаний “сторонников братьев-мусульман”, которые признаны в Саудовской Аравии террористической организацией. Руководил операцией уже упоминаемый SSP.

При этом, большинство задержанных относились к клерикальной и бизнес-элите королевства, настроенной оппозиционно бен Салману, выступавшей за восстановление катарско-саудовских отношений. Сейчас же экономический блок был окончательно подавлен.

Таким образом, в Саудовской Аравии были устранены практически все оппозиционные группы внутри правящей семьи, что делает возможной передачу трона от престарелого короля Салмана к его сыну. Хотя и продвигаемые кронпринцем реформы и преобразования выглядят прогрессивно и, безусловно, давно назрели, есть сомнения в том, будет ли способен Мохаммед бин Салман их реализовать. Вызывает опасения и склонность к авантюрам кронпринца во внешней политике. Исходя из этого, королевство двух святынь может погрузиться в нестабильность и хаос.

Роман Кот

QHA