КИЕВ (QHA) -

Актуальность темы определяет современное обострение геополитической ситуации и фактическое возобновление холодной войны и гонки вооружений, драматическая динамика мировых цен на сырьевые товары и накопление критического потенциала тектонических сдвигов в Российской Федерации. Именно последнее обстоятельство вызывает практический интерес у всего мира.

Недавнее исследование глобального политологического центра STRATFOR о мировой динамике в 2015-2025 годах прямо прогнозирует распад Российской Федерации. Такая вероятность заставляет каждого из мировых лидеров занять по этому поводу определенную позицию. Ситуация напоминает события конца 80-х и начала 90-х годов прошлого века, уроки которых могут сослужить хорошую службу всему миру.

В 1991 году произошли драматические события, связанные с распадом Союза ССР. Политические аспекты данного вопроса хорошо изучены и изложены. Однако вопросы экономические и особенно финансовые до сих пор остаются неизвестными большинству граждан 15 новых государств, появившихся на геополитической карте. Для остального мира они тоже остались незамеченными. Это дает возможность руководству нынешней России спекулировать и искажать факты в свою пользу.

Если говорить о макроэкономических причинах кризиса СССР конца 80-х – начала 90-х, то стоит прежде всего упомянуть о катастрофическом падении эффективности централизованных капитальных вложений, стагнации производительности труда, падении фондоотдачи. Так, к примеру, все капитальные вложения Союза в АПК в 1981-1985 годах дали нулевой прирост валовой продукции. Почти треть производственных фондов в промышленности была использована для ремонта действующих мощностей. Нефтедоллары, хлынувшие в 70-е годы, создали иллюзию благосостояния, и появились партийные директивы о ненужности повышения урожайности собственного зернового хозяйства, когда за тонну нефти можно купить тонну зерна.

Особую актуальность и важность данные аспекты имеют в связи со следующими тенденциями:

- нынешнее руководство Российской Федерации, по сути являющееся воплощением ГКЧП образца 1991 года, считая распад СССР «главной мировой трагедией ХХ века» и фактически поправ Хельсинский Акт 1975 года, занялось восстановлением империи и ревизией границ в Европе;

- население РФ не знает фактической информации о причинах краха СССР и стоит перед серьезнейшим социально-экономическим кризисом вроде кризиса, приведшего к распаду Союза в 1991 году;

- мир может столкнуться с фактом появления на политической карте многочисленных новых субъектов из 84 нынешних членов Российской Федерации, что весьма логично, опят же исходя из событий 1991 года;

- мирный и бескровный вариант данного процесса возможен при уяснении уроков и избежании ошибок 1991 года, что выгодно как россиянам, так и всему миру.

Что произошло в 1991 году

Мало кому из участников тех событий верилось в реальность быстрого распада Союза, который почти 70 лет вел строительство «нового мира» на одной шестой суши. Не будем повторять банальные истины. Обратимся к тем фактам, которые до сих пор остаются малоизвестными и которые будут ответом нынешним руководителям в Кремле.

Украина, как и весь Союз, бурлила. Политические процессы здесь шли медленнее, чем в Прибалтике, но все равно мы двигались к независимости. Весной 1991 года Министерству внешних экономических связей УССР в Киеве пришло приглашение принять участие в межреспубликанском совещании руководителей ведомств по вопросам взаимодействия в новых условиях. Инициатором совещания выступило ведомство РСФСР, а именно первый заместитель министра, народный депутат СССР Геннадий Иннокентьевич Фильшин.

Этому весьма тривиальному событию суждено было стать одним из катализаторов процесса распада Союза. Совещание посетили представители всех союзных республик, включая Прибалтику. Почему выделяю эти три государства? Вскоре они выйдут из данного формата, который к лету 1991 года приобретет постоянно действующий характер.

Первыми вопросами повестки дня стала информация о состоянии внешнеторгового баланса, текущего счета, валютных резервов и ликвидности главного оператора страны по валютным платежам – Внешэкономбанка СССР.

Пользуясь благосклонностью первого и последнего президента СССР Михаила Горбачева, хозяин совещания Фильшин приглашал «на ковер» высшее руководство экономических ведомств Союза – Госплана, МИД, МВЭС, ГКЭС, Минфина, Гохрана, Внешэкономбанка. В частности, с большим докладом выступил Степан Арамаисович Ситарян, сообщивший о плачевном состоянии союзного бюджета с дефицитом в 15% ВВП.

Почему союзные ведомства ставили вопросы платежей перед республиками? Вследствие «парада суверенитетов» одна за другой республики прекращали платить в союзный бюджет, а Россия, Узбекистан и Армения – перечислять валюту. Украина в этом отношении выглядела поскромнее, ибо по формату специализации в рамках Совета Экономической Взаимопомощи вынуждена была экспортировать сырье и топливо в страны этого лагеря и взамен получать переводные рубли, на которые невозможно было купить «валютный» товар.

Сегодня с полной уверенностью можно заявить, что главным двигателем разрушения Союза выступила власть Российской Федерации, руководители которой уже тогда, в середине 1991 года, видели себя в креслах ведомств страны. Сегодняшние заявления Путина о решающей роли Украины в развале СССР лишены смысла и не подкреплены фактами. В то время в Киеве Горбачев чувствовал поддержку, а Украина в целом была тогда «коммунистическим заповедником», не представлявшим для союзного центра угрозы. Правительство советской Украины управляло лишь 6% основных производственных фондов, находящихся на ее территории. Поэтому даже достоверной информации о собственном потенциале в Киеве не было. К примеру, вся геологическая информация о найденных полезных ископаемых, в которых содержались руды титана, циркония, гафния, золота, урана и пр., секретилась и отправлялась в Московский всесоюзный институт редкоземельных и драгоценных металлов, откуда мы до сих пор не можем ее получить.

Не знали в союзных республиках и истинного положения дел с московскими финансами, как не знают нынешние руководители периферийных российских автономий, есть ли деньги в центре и куда они поступают. Представить себе тогда, в 1991 году, что СССР – банкрот, не мог даже самый отчаянный сепаратист. Ведь президент Горбачев в то время колесил по миру и везде подписывал новые кредитные соглашения.

Совещание руководителей внешнеэкономических ведомств республик заслушало информацию о катастрофическом состоянии союзных финансов и было поставлено перед вопросом: где брать деньги во избежание дефолта? С этим вопросом к присутствующим обратился Анатолий Петрович Носко, председатель правления ВЭБа. Ныне популярное слово, употребляемое по поводу и без, – дефолт  в 1991 году звучало сакраментально. А его сочетание с названием такой державы, как СССР, вообще не воспринималось. Президент СССР объезжал иностранные государства – и практически везде ему предоставляли новые кредиты, либо товарные, либо, как Южная Корея и Саудовская Аравия, не связанные, чисто финансовые кредиты на много миллиардов долларов. Весь мир не представлял, что происходило в Москве, и одновременно боялся этого. Особенно щедрыми были немцы с их Deutsche Bank, которые традиционно верили в выгодные сделки с Союзом.

Никто тогда еще не ведал, что КПСС и КГБ вели интенсивную работу по «эвакуации активов» за рубеж для последующего возрождения империи, что можно наблюдать уже сегодня в виде так называемого проекта «Россия».

Никто из представителей республиканских ведомств не представлял, как и где брать валюту или золото и прочие активы, легко превращаемые в валюту. Кроме уже указанных РФ, Узбекистана и Армении, которые поставляли золото, прочие республики валюты зарабатывали мало. Еще не были разработаны месторождения углеводородов Казахстана, Азербайджана, еще малоосвоенными были месторождения Туркменистана и Узбекистана. Поэтому необходимо было искать альтернативный выход и вести диалог с кредиторами.

Но для такого диалога было необходимо разработать концептуальные подходы и обозначить предмет переговоров. Союзные ведомства долго определялись с общей суммой задолженности перед внешними кредиторами, которая впоследствии станет называться внешним государственным долгом СССР по состоянию на определенную дату. Никто не мог себе даже представить, как в дальнейшем эту сумму будут обслуживать и кто это будет делать.

Пример показали прибалтийские республики, представители которых летом 1991 года заявили, что они не имеют никаких финансовых обязательств из наследия СССР и не претендуют ни на какие активы, так как их государства были захвачены Союзом. Выход из совещания трех прибалтийских стран никак не оспаривался. Представители оставшихся 12 республик поняли, что финансовое наследие придется делить на 12 частей. Выход прибалтийских республик по формуле «ни долгов, ни активов» впоследствии стал называться «нулевым вариантом». Этот процесс стал де-факто распадом СССР, который зимой закрепили политическим соглашением в Беловежской пуще.

Для работы над проектом соглашения имелась лишь небольшая международно-правовая база и скромный массив прецедентов. В частности, участники ссылались на Устав ООН и Венскую конвенцию о правопреемстве государств в отношении договоров от 23 августа 1978 года. Конвенция установила отношения правопреемства между государствами-предшественниками и государствами-преемниками. По логике, СССР выступал в качестве предшественника, а 12 республик – в качестве его преемниц. Имелась также еще не вступившая в силу Венская конвенция о правопреемстве государств в отношении государственной собственности, государственных архивов и государственных долгов от 8 апреля 1983 года. Последний документ служил источником международно-правового обычая, как минимум для однозначного толкования и понимания сложного вопроса правопреемства между государствами путем разделения.

Международное право и обычай не имели прецедентов мирного разделения единого государства, тем более его финансово-имущественного наследия. По нормам Конвенции 1983 года республики должны были однозначно исходить из факта прекращения или ликвидации Союза ССР, что в период до августовского путча было затруднительно. Для правопреемства в отношении долгов источники предлагали делить не только долги, но и полученные в результате их освоения активы. Для Украины это, например, объекты Криворожского горно-обогатительного комбината окисленных руд, трансконтинентальных газо-и нефтепроводов, подземных газохранилищ и прочего.

Украинская делегация, получив санкцию на Президиуме Верховной Рады Украины, при поддержке делегаций Грузии, Молдовы и Азербайджана начала разрабатывать проект межреспубликанского договора о порядке погашения внешнего государственного долга Союза ССР. Но если для валютодобывающих республик было понятно, где брать валюту, то Украине, Белоруссии, Молдавии, Грузии, Азербайджану, Туркмении, Киргизии, Таджикистану, Узбекистану и Казахстану надо было придумать, как обеспечить валютные взносы.

Ответ нашелся после анализа жизненных процессов советского государства, которые имели наследие не только в виде долга, но и совместно нажитых активов. В июньском варианте проекта соглашения активы записывались в длинный перечень – внешние финансовые требования СССР к заемщикам и коммерческим дебиторам, союзный алмазный фонд, золотовалютный резерв, инвестиции союзных ведомств за рубежом, активы шести советских заграничных банков с двумя филиалами, квоты на освоение минерально-сырьевых ресурсов Мирового океана, на вылов ценных сортов морепродуктов, офисная, промышленная и жилая недвижимость и прочие материальные и нематериальные объекты. Их стоимость необходимо было оценить и включить в перечень общего наследия, что послужило бы обеспечением своевременного и полного выполнения долговых обязательств.

Представители союзного центра не допускали мысли о возможности раздела активов Союза. На переговорах они иронично ставили республикам вопрос: «Как будете пилить советские посольства на 12 частей?» Вместе с тем ни точных данных о советском государственном долге, ни информации об активах они не предоставляли. Поэтому инициаторы соглашения искали необходимую информацию самостоятельно. Благодаря наличию в советской дипломатии представителей разных наций появилась возможность ставить вопросы и получать ответы неформально. Так, один из сотрудников посольства СССР в Италии сообщил, что стоимость одной из 23 вилл в исторической части Рима, принадлежащей МИД, составляет, по данным риелторов, два миллиарда долларов. (И это не ошибка, так как речь идет о, возможно, самой известной в Риме «Вилла де Боргезе», перешедшей в свое время от грузинских царей Российской академии художеств.) В то же время бухгалтерия МИД давала балансовую стоимость в два миллиона рублей! Деловоды ведомства объяснили такую разницу необходимостью экономии на налоге. Таким образом, была проведена эмпирическая оценка разницы между фиктивно-учетной и фактической рыночной стоимостью объектов недвижимости в Европе, Северной Америке, Азии, Африке. По предварительной оценке инициаторов соглашения о разделе долга и активов последние по актуальной стоимости значительно превышали величину долга, неофициальная информация о котором появилась к июлю 1991 года.

Вот почему появилась идея о формуле выплаты своей части долга и обеспечении этого обязательства своей долей в активах. Если республика – участница соглашения вовремя и полностью погашает свой долг, то ее часть в активах остается неизменной, и наоборот.

Поэтому в первом варианте проекта будущего договора написано, что «суверенные республики – участники Соглашения гарантируют обслуживание и погашение внешнего долга СССР при условии получения соответствующей доли платежей по долговым обязательствам иностранных государств перед Советским Союзом и разделении золотого запаса, алмазного и валютного фондов СССР, недвижимости и инвестиций за рубежом».

Так как кредиторы настаивали, а ВЭБ транслировал их требования, то в следующей статье проекта было указано, что «гарантия суверенных республик вступает в силу с 1 декабря 1992 года с фиксированием общей суммы долговых обязательств и квот по каждой республике, являющейся субъектом Союза ССР».

Следующим принципиальным вопросом стало определение квот, по которым республики поделят на доли внешний государственный долг, и активов, которые могут служить обеспечением по выполнению платежных обязательств. Разные республики по-своему трактовали определение квот, но сам принцип одинакового применения их и к долгу, и к активам расставлял точки над «i».

Уже к августу было согласовано, что НИИ Госплана СССР сведет в пятилетнюю матрицу удельные показатели республик в ВВП, населении, экспорте и импорте за 1981-1986 годы и определит, таким образом, искомые квоты. Данный исторический период был относительно стабильным и десятая пятилетка еще не очень была «искажена» показателями цены на энергоносители и 15%-ным дефицитом союзного бюджета.

В итоге показатель Российской Федерации составил 61,02%, Украины – 16,37% и т.д. Ни одна из республик не опротестовала вычисленные предложенным образом показатели доли во внешнем государственном долге и соответствующих активах СССР. К чести участников совещания, которое, как уже было сказано, превратилось в постоянно действующий форум, можно отметить, что данный показатель стал своего рода лидером для тех стран, которые вследствие крушения империй искали подобное решение. Речь идет о странах-правопреемницах Австро-Венгрии и о республиках бывшей Социалистической Федеративной Республики Югославии. Лишь Чехии и Словакии удалось договориться о дележе наследия в пропорции 2 к 1.

Реакция кредиторов СССР

Летом 1991 года уже можно было говорить о реакции кредиторов на действия, о которых частично их информировали руководители ВЭБа. Кредиторами Союза были 18 государств и около 600 коммерческих банков. Кроме того, кредиторами «по принуждению» стали коммерческие и производственные предприятия, которым не заплатили по счетам. Среди таковых следует упомянуть о Черноморском морском и Балтийском морском пароходствах, на которые приходилась основная часть экспортно-импортных перевозок грузов. Конфискация правительством СССР валюты и неоплата счетов союзными внешнеторговыми организациями привели в 1992-1995 годах к фактическому банкротству этих крупнейших в мире пароходств.

Главными же кредиторами являлись 18 правительств, которые давали деньги Союзу прежде всего для последующего экспорта туда своей продукции. В последние годы существования СССР большинство кредитов использовалось для закупок продовольствия и товаров первой необходимости, которые в основном поставлялись на внутренний рынок Москвы и Ленинграда, где кроме 15-миллионного населения «отоваривались» и все приезжие из провинций империи, куда импорт никогда не попадал. Вот почему важно было установить, кто и как использовал кредитные ресурсы, полученные СССР во второй половине 80-х и начале 90-х годов.

Для организационного оформления и урегулирования проблем с неплатежеспособностью суверенных государств еще в 1956 году был сформирован набор правил, который по сей день работает под названием «Парижский клуб». Функции секретариата данного неформального объединения традиционно выполняет аппарат Министерства финансов Франции в Париже, откуда клуб и взял свое название. Главным принципом «клубного подхода» является равное отношение ко всем кредиторам, исходя из реальных финансовых возможностей должника.

Подход к проблеме неплатежеспособности Союза, однако, не был формальным и традиционным. Сегодня можно вполне уверенно утверждать, что кредиторы надеялсиь не допустить раздела долга и не хотели говорить об активах. Политический подход к экономическим и финансовым проблемам Москвы был сформулирован в известной речи президента США Дж. Буша-старшего перед депутатами Верховной Рады УССР. Президент США заявил, что проблемы СССР временны, и президент СССР Горбачев с ними справится, а Запад предоставит для укрепления рубля шесть миллиардов долларов финансовой помощи.

Парижский клуб кредиторов СССР, действуя на опережение и исходя из вышесказанного президентом США в Киеве, решил связать распадающийся Союз стальным обручем долга.

Меморандум «солидарной» ответственности

28 октября 1991 года в президент-отеле «Октябрьский» в Москве собрались все страны-кредиторы и должники во главе с союзными деятелями. Парижский клуб возглавил государственный казначей Франции Жан-Клод Трише, с которым европейцам в дальнейшем пришлось познакомиться в роли главы Центрального банка ЕС и который ныне является почетным президентом Банка Франции. Украинскую делегацию возглавлял первый премьер-министр независимой Украины Витольд Павлович Фокин.

На рассмотрение сторон был вынесен документ под названием «Меморандум о солидарной ответственности СССР и его правопреемников в отношении внешнего государственного долга». Для нас был специально изобретен термин о солидарной (по-английски – joint and several) ответственности. Это означало, что все  и Союз (его окончательной судьбы еще не знали), и республики, посчитавшие себя кредиторами, будут солидарно отвечать до полной выплаты всей основной суммы, процентов и штрафных санкций за невыплаты, независимо от того, выплатит ли какая-либо из республик свою часть долга. Это означало, что СССР еще по крайней мере лет 20-25 будет формально существовать, ибо такова воля его кредиторов.

Подписание Меморандума было бы вполне логично использовать сторонникам сохранения Союза, ради чего тогда писались проекты и проводились плебисциты. Говорить о геополитическом пасьянсе в этом вопросе тяжело, однако настойчивость кредиторов и желание политиков сохранить правление президента Горбачева свидетельствует о таких планах.

Когда никакие отговорки и доводы республиканских лидеров не были восприняты, и они начали с послушной безысходностью подписываться под Меморандумом, свою историческую роль сыграла позиция делегации Украины. Витольд Фокин отказался подписывать данный документ. Он заявил, что «Украина не может подписывать вексель, на котором не указана сумма», и покинул зал заседаний. Эти замечания были справедливыми и касались того, что до 28 октября республики так и не получили от союзных властей ни конкретной информации о сумме внешнего государственного долга, ни информации о валютных активах Союза. Украина продемонстрировала тем республикам, которые еще не успели подписать Меморандум, как можно действовать. Таким образом грандиозный план по спасению Союза финансовыми методами был сорван.

Нам еще предстоит оценить этот поступок, который руководитель Парижского клуба Трише безапелляционно прокомментировал: «Политика пустого кресла на переговорах всегда проигрышна». Однако в результате данного демарша Украины был открыт путь к разделу советского долга и нажитых за 70 лет активов, что и произошло в той же Москве 4 декабря 1991 года.

Соглашение о разделе долга и активов

Соглашение о разделе долга и активов поддержали все республики, за исключением прибалтийских. К ним в принципе не было никаких претензий: они уже повели серьезную борьбу за независимость, показав всем пример.

Отдельно следует оценить мотивы поведения руководителей России и Беларуси. Российская команда, возглавляемая Б.Н. Ельциным, в которую входили такие сильные экономисты, как Е. Гайдар, А. Шохин, В. Геращенко, П. Авен и другие, делала все для развала Союза. Однако их мотивом вряд ли была независимость России. Скорее следует говорить о реализации собственных амбициозных планов относительно реформирования, демократизации, приватизации и прочего. Что касается независимости – настрой россиян был таков, что все это временно, и в ближайшем будущем Союз будет восстановлен в новом виде.

Белорусские представители сначала выступали за разделение по предложенному проекту, однако вскоре они были заменены на более консервативных, просоветских бюрократов. Таким образом, позиция Беларуси заключалась в необходимости сохранения Союза и, соответственно, отказе от раздела государственного долга и активов. Впрочем, к 1992 году все республики подписали Соглашение и договорились создать Межгосударственный совет по управлению долгом и активами, а операционные моменты оставить за Внешэкономбанком СССР.

Традиционными сторонниками и партнерами Украины по рассматриваемому вопросу являлись Молдова, Грузия и Азербайджан.

Кредитная блокада Украины

Позиция Украины в отношении Меморандума и Соглашения о разделе долга и активов была встречена кредиторами Союза с непониманием. Поэтому с момента правопреемства, определенного с 1 декабря 1991-го по 26 марта 1992 года Украина оказалась в негласной кредитной блокаде  со стороны как официальных кредиторов от 18 развитых государств мира, так и более 600 коммерческих и инвестиционных банков.

Эта блокада усиливалась наметившейся после поражения ГКЧП тенденцией российских властей к занятию позиций союзного центра. Команда Ельцина – Бурбулиса – Гайдара уже осваивала кабинеты союзных руководителей и «заражалась» соответствующим духом этих стен. Украину, которая едва становилась на ноги, уже в 1992 году стали ускоренными темпами переводить на мировые импортные цены топлива, лишая жизненно важного доступа к союзным кредитам. Особенно провокационными стали два события, о которых следует упомянуть отдельно.

Во-первых, это конфискация союзным центром вкладов граждан во всех конторах союзно-республиканских банков якобы для последующего финансирования дефицита союзного бюджета (более 15% ВВП в 1991 году). Таким образом вклады украинских граждан в учреждения Сберегательного банка СССР в сумме 92 млрд рублей в 1992-1993 годах ушли на финансирование дефицита бюджета Российской Федерации. Туда же были направлены конфискованные республиканские валютные средства, в том числе эквивалент 620 млн долларов США, из которых 150 млн долларов принадлежали республиканскому валютному фонду. Таким же образом «ушли» деньги, аккумулированные союзным Минфином для погашения облигаций внутреннего государственного займа 1982-1990 годов, страховые вклады и так далее.

Во-вторых, именно политическое руководство РФ в 1992 году «вытолкнуло» Украину из рублевой зоны, вынудив катастрофическими темпами вводить суррогатные денежные знаки. В 1991-1992 годах республиканская контора Госбанка СССР практически не получала новых денежных купюр, а только что рожденный Национальный банк Украины был переведен на единые корреспондентские счета с условной фиксацией «долгов» по межреспубликанским расчетам. Если вспомнить, что в это время происходило в Крыму и с ядерными арсеналами, то вполне можно понять, как новорожденные российские лидеры перебирали на себя функции отжившей советской империи.

Окончательное урегулирование

Украина искала разнообразные пути выхода из сложившейся крайне неблагоприятной ситуации, учитывая, что большинство граждан ожидало от независимости обещанного политиками улучшения жизненного уровня. Важным этапом стал компромисс с западными кредиторами, который был найден в трудном диалоге премьер-министра Фокина с руководителем Парижского клуба Трише.

«Обменное письмо» от 26 марта 1992 года открыло дорогу к урегулированию вопросов правопреемства в отношении государственного долга и активов СССР. Кредиторы Парижского клуба дали Украине возможность решить вопросы с Россией, а также со своей стороны содействовали выявлению объективных величин долга и активов.

Это открыло нам путь к вступлению в 1992 году в МВФ, Группу Мирового банка, ЕБРР и другие международные организации, подготовило фундамент для введения национальной валюты и решения многих других вопросов, жизненно важных для независимого государства. Однако окончательного решения вопроса правопреемства в отношении государственного долга и активов СССР найдено не было.

Политическую основу урегулирования финансовых вопросов удалось заложить в Виннипеге (Канада) на конференции, организованной Мировым банком. Все кредиторы и руководители России и Туркменистана совместно одобрили декларацию о помощи Украине в выходе из кризиса и создании условий для социально-экономических реформ.

В 1994 году под давлением западных кредиторов правительство РФ пошло на уступки по реструктуризации задолженности Украины по выданным коммерческим кредитам и накопившейся задолженности перед РАО «Газпром». 9 декабря того года премьер-министр Украины В.А. Масол подписал с руководителем правительства РФ В.С. Черномырдиным соглашение об окончательном урегулировании вопроса по внешнему государственному долгу и активам СССР – так называемый «нулевой вариант». Этот документ формально до сих пор является не вступившим в силу. Однако, несмотря на этот факт, кредиторы пошли на урегулирование задолженности. Последние платежи по советскому долгу Россия должна будет погасить в 2030 году.

Соглашение до сих пор остается не ратифицированным Верховной Радой Украины. Россия не выполнила большей части взятых на себя обязательств, прежде всего, по информированию о долге и активах, по возмещению конфискованных средств граждан (за исключением 20 млн долларов вкладчикам Внешэкономбанка, что создало прецедент), предприятий и т.д. Справедливым вариантом окончательного урегулирования стало бы подписание всеми странами-правопреемницами СССР комплексного соглашения об урегулировании вопросов финансового наследия. Проект такого соглашения Киев разработал еще в 1992 году, пригласив к этой работе все заинтересованные стороны. Но из-за обструкции руководства Российской Федерации форум не провели, и проект не рассмотрен до сих пор.

Уроки для потенциальных наследников империи

Уроки из событий 1991-1993 годов должны быть извлечены всеми их участниками и остальным миром. Огромная страна, занимавшая одну шестую часть суши, со вторым по величине ядерным потенциалом, прекратила свое существование. Изложенные здесь факты свидетельствуют, что главной причиной коллапса стал конфликт между утопическими коммунистическими идеями и неизменной и закономерной эволюцией общества в сторону свободы личности.

Оказалось, что империя не погибла. Она сохранилась в виде федерации 84 административно-территориальных образований, к которым в 2014 году Москва в результате вооруженного нападения на Украину присоединила еще и 85-е – Автономную Республику Крым с Севастополем, нынче «припрятанные» в Ростовской области.

По утверждениям многих известных аналитиков и солидных мировых центров, процесс распада российского имперского образования уже начался. Главная причина аналогична причине распада СССР – неэффективность организации и управления огромной территории, ведущая к социально-экономической деградации и развитию мощных центробежных сил.

Не буду приводить известные факты и статистику. Очевидна аналогия с падением уровня доходов в бюджет СССР в 1990-1991 годах, хроническим невыполнением планов по обеспечению внутреннего потребительского рынка – эти процессы начались в Российской Федерации еще с 2010 года и ускорились под давлением мировых санкций после вооруженной агрессии против Украины.

Очевидно, что уроки начала 90-х годов прошлого столетия как никогда актуальны и для остального мира, который снова заговорил о необходимости «умиротворения» Кремля, и для 84 субъектов Российской Федерации, которым Москва не предоставляет объективной информации о существующих экономических и финансовых проблемах.

Если в начале 90-х еще не было олигархов, в основном порожденных альянсом КГБ-ФСБ-ГРУ и организованной преступностью, то сегодня олигархи являются новым фактором, влияние которого на указанные процессы следует оценить отдельно.

Но процессы постепенного распада империи уже необратимы  и народам России, соседним государствам и Западу выгодно заблаговременно подготовиться к цивилизованному «разводу», чтобы избежать кровопролития при разделе наследия федерации 84 субъектами.

Таким образом, для всех субъектов сегодняшней России, как для 15 советских республик в 90-е годы, актуальным является:

- получение и проверка объективной информации о реальном состоянии федерального бюджета и его составляющих, пенсионных и других социальных фондах, золотовалютном и алмазном фондах, инвестициях и долговых требованиях за рубежом, прочих активах, которые могут быть использованы для нормализации потребительского рынка;

- подготовка в качестве запасного варианта проектов соглашений между всеми 84 субъектами и федеральным центром (пока он существует) касательно всех вопросов правопреемства в отношении финансового наследия федерации;

- подготовка вариантов урегулирования возможных претензий кредиторов, в том числе по примеру так называемой «солидарной ответственности»,

- согласование формулы раздела долгов и активов, которые субъекты федерации и их кредиторы признают в качестве объекта правопреемства.

Нет сомнений в необходимости завершения формальностей со вступлением в силу Венской конвенции о правопреемстве государств в отношении государственной собственности, государственных архивов и государственных долгов от 8 апреля 1983 года. Очевидно, правопреемникам СССР следовало бы вернуться к проекту соглашения о комплексном урегулировании вопросов правопреемства в отношении финансовой системы СССР. Все это создаст условия для выхода из перманентного кризиса и успешного развития нашей части мира.

Борис Соболев, заместитель и первый заместитель Министра внешнеэкономических связей Украины в 1991-1993 годах, сопредседатель Межгосударственного совета по управлению государственным внешним долгом и активами СССР

ФОТО: интернет

QHA